Сюрприз для отца-одиночки

Я думаю, что есть кто-то с настоящим ключом. А еще там наверняка есть охранник, чья основная работа — просто следить за дверью.

Кроме того, весьма вероятно, что кто-то получил какую-то ценную информацию, которая может запустить цепочку событий. Думаю, что это будет детектив, которого я должна найти.

Моя роль убийцы дает мне важнейшую обязанность: быть тем, кто имеет абсолютную власть над тем, кого мы убиваем. Даже если все члены моей команды проголосуют и согласятся, что тот или иной игрок является VIP-персоной, окончательное решение остается за мной. По этой причине мне не дали никакой реальной ключевой информации в моем списке персонажей.

— Ты же знаешь, — говорит Тео. — Полости, сверление, корневые каналы... все эти зубоврачебные штучки.

Я смеюсь.

— Твоя ужасная игра маскирует твою роль более эффективно, чем что-либо другое.

— Не выходи из роли! — огрызается он. — И моя актерская игра великолепна.

— Конечно-конечно, — говорю я.

— А чем же занимаетесь вы? — спрашивает он.

— Я механик, — отвечаю я.

— Подозрительно непримечательно, — усмехается он. — Мой грузовик издает немного удушливый звук, когда я запускаю его после того, как двигатель остывает, как думаете, что это может быть?

Он одаривает меня дерзкой ухмылкой, и я просто игриво пихаю его.

— Заткнись, Тео. Я самый известный механик в Мовдании, и если вам нужно получить консультацию, то приходите в мой магазин и заплатить за мои услуги.

Он поднимает бровь.

— Я уже однажды заходил в ваш магазин.

— Заткнись! — говорю я, хихикая, и отталкиваю его. Я делаю большой глоток вина и полностью возвращаюсь к своей роли. — Ну, мистер дантист, было приятно поговорить с вами, но мне кажется, что я вижу там своего друга.

Я неопределенно киваю и поворачиваюсь к нему спиной. Надеюсь, что он смотрит на мою задницу, когда я ухожу. Я решила обернуться и проверить, и мои щеки горят, когда я вижу, как он смотрит на мою задницу в обтягивающем платье. Я улыбаюсь ему в ответ, когда он смотрит мне в глаза. Он даже не пытается притвориться, что не смотрит.

Я перехожу в другую комнату. В ту, где есть хорошие диваны. Я решила просто сесть на один из диванов и попить свое вино, ожидая, пока кто-нибудь поговорит со мной.

Наконец-то кто-то это делает. Это парень с коротко стриженной головой. На нем галстук-бабочка и подтяжки. Вся его одежда выглядит беспорядочно и скомкано — я знаю, что это место сдает одежду напрокат, так что, вероятно, это то, что у них есть.

— Привет, — говорит он. — Ты выглядишь сексуально.

— Прошу прощения? — спрашиваю я, нахмурившись.

Он пожимает плечами.

— Мой персонаж — фотограф. Так что я просто восхищаюсь тем, как фотогенично ты выглядишь.

Я закатываю глаза.

— Твое описание персонажей не дает тебе права подкатывать ко мне.

— Не выходи из роли, — говорит он, и я замечаю, что его глаза прикованы к моему декольте.

— Я здесь, наверху, — говорю я, указывая на свое лицо.

— Извини, — моргает он, — мой персонаж сексуально притягивается к твоему персонажу.

— И кто сейчас вышел из роли? — спрашиваю я.

Он ухмыляется.

— Так как мы оба сейчас вышли из ролей, могу я предложить гамбит?

— Что это такое? — спрашиваю я.

Он достает листок бумаги, разрывает его пополам и протягивает мне одну половинку.

— Просто напиши, на чьей ты стороне. Тебе не нужно объяснять мне свою роль, просто скажи, на чьей ты стороне.

— А зачем мне это делать? — пытаюсь выяснить я.

— Потому что, — поясняет он, — я собираюсь сделать то же самое.

— Откуда мне знать, что ты скажешь правду?


— Ни откуда, — пожимает он плечами. — Но... подумай об этом вот так. Если окажется, что мы по разные стороны, я просто уйду. Я все еще не знаю твоей роли, только твою сторону. И ты узнаешь мою. Это минимальный риск для потенциально высокой награды.

Не могу ничего возразить против этого. Я смотрю, как он что-то нацарапывает, пряча от меня свой клочок бумаги. Он складывает его и кладет на диван передо мной.

— Теперь ты.

Я беру у него ручку и делаю то же самое, положив свою записку рядом с его.

Он разворачивает их обе, и там написано: «контрреволюционер».

— Мы на одной стороне, — шепчет он. — Это значит, что мой персонаж будет проводить больше времени в вашем великолепном обществе.

— Я здесь со своим парнем, — сразу говорю я.

— Твой персонаж или...

Я указываю в столовую на Тео, который разговаривает с пожилым мужчиной.

— Мой реальный парень.

— Ну, — задумывается он, — мой персонаж не может видеть за пределами игры, так что ты сама поймешь, если он все еще влюблен в тебя.

Я очень громко вздыхаю.

— Просто скажи мне свою роль.

— Детектив, — говорит он.

Я смотрю ему прямо в глаза.

— А я убийца.

— Докажи это, — он прищуривает глаза.

— Сначала ты докажи.

Он достает очень фальшивый на вид значок шерифа.

— Я могу использовать его один раз на ком угодно. Как только я показываю значок и спрашиваю, они должны сказать мне свою роль.

— Даже VIP? — спрашиваю я.

Он кивает головой.

— Загвоздка в том, что у того, кого я спрашиваю, есть пять минут, прежде чем они мне скажут. — Он держит в руках таймер. — Для этого они мне дали таймер.

— Так что, если ты спросишь VIP-персону, — пытаюсь разобраться я. — Он перейдет в режим паники и попытается сбежать, прежде чем ему придется признаться тебе.

Детектив кивает.

— Но у нас есть фора. Теперь, когда я нашел тебя, как только я узнаю, кто у нас VIP-персона, ты сможешь убить его.



Глава 23

ТЕО



— Мы должны найти телохранителя, — говорит пожилой мужчина.

— Откуда мне знать, что ты тот самый водитель для побега? — спрашиваю я.

Он закатывает глаза и смотрит на меня.

— Я здесь должен быть растерянным стариком. Тебе еще и сорока нет, смирись с этим.

Он отвешивает мне подзатыльник, и я свирепо смотрю на него.

— Телохранитель может убрать швейцара, — говорит мне водитель для побега. — Как только мы его найдем, считай, что мы свободны.

— Вообще-то, — говорю я. — Пока никто не видел, я подергал дверь. Она заперта. Там есть большая очевидная замочная скважина. Я думаю, что у кого-то есть ключ.

— А ты не удивился, почему я был так уверен, что ты VIP-персона?