Работа над ошибкой

– Ничего странного.

– Может, и нам сдать верхнюю одежду?

Алена не ответила. Она украдкой следила за персоной нон грата. Эмиль пожал плечами и принялся осматривать помещение, в котором ему, возможно, предстоит провести много времени. В детстве он ходил в эту же школу. Ни свежая плитка на полу, ни подкрашенные бледно-желтые стены с художественной шпатлевкой не смогли существенно изменить атмосферу данного заведения. Зевотная прохлада школы со временем никуда не исчезла. Может быть, поэтому, а может, из-за предстоящей встречи с директором Эмиль чувствовал легкую слабость в теле. Прозвенел звонок.

– Нам на второй этаж.

Алена прошмыгнула к лестнице, Эмиль без разговоров отправился за ней. Следуя по опустевшим коридорам, он вдруг начал осознавать, что оказался в месте, напичканном воспоминаниями из детства. Все это время, пока Эмиль отсутствовал, они хранились здесь. На каждом метре пути возникала картинка из прошлого. «На этом подоконнике мы играли в марки, а об эту батарею я ударился головой, когда демонстрировал скольжение по свежевымытому полу. Шрам остался на всю жизнь. Хотя после превращения он, кажется, исчез. А в этом кабинете географичка запустила в меня горшком с цветком. Герань, как сейчас помню. На этой лестнице маленькая Алена в белом фартучке ждала меня после уроков, чтобы вместе пойти домой», – вспоминал Времянкин. Поднявшись на второй этаж, брат с сестрой дошли до двери с табличкой «Канцелярия». Они остановились и переглянулись.

– Стучим? – робела Алена.

– Стучим, конечно, – излучал уверенность Эмиль. – Ты, кстати, отлично выглядишь! И прическа, и вообще. Красавица!

Сестра улыбнулась, выдохнула и тихонько постучала в дверь.

– Войдите! – ответил из канцелярии высокий женский голос.

Алена осторожно приоткрыла дверь и просунула в образовавшуюся щель голову.

– Доброе утро! – обратилась она к кому-то.

– Здравствуйте! – ответил тот же высокий голос.

– Скажите, а директор у себя?

– Что вы хотели?

– Да, у нас тут…

Алена открыла дверь пошире, чтобы ее собеседница могла увидеть Эмиля.

– …мальчик, – добавила сестра.

Времянкин теперь тоже мог видеть обладательницу канцелярского сопрано. В небольшой, заставленной мебелью приемной за столом сидела миниатюрная женщина в очках, с химической завивкой на голове. Судя по всему, она была секретарем директора. Женщина посмотрела на Алену поверх линз, затем ее взгляд опустился на Эмиля.

– И что, мальчик? Я не совсем вас поняла, простите.

– Она мама одного из учеников школы. Ей нужно поговорить с директором, – решительно вступил в разговор Эмиль.

– Да! Ученик четвертого «Б», – подтвердила Алена.

– Минуту, – сказала секретарша.

Она сняла с аппарата телефонную трубку, поднесла ее к уху и нажала на какую-то кнопку.

– Светлана Владиславовна, к вам мама ученика.

После своих слов женщина выслушала ответ и, прикрыв микрофон рукой, обратилась к Алене:

– По какому вопросу?

Алена замешкалась.

– По личному, – вмешался Эмиль.

– По личному, – повторила Алена.

– По личному, – передала секретарша в интерком. – Я вас поняла, хорошо.

Повесив трубку, женщина указала посетителям на потертый диван, стоящий у самого входа.

– Присядьте, вас пригласят.

– Спасибо, – стыдливо произнесла Алена и почему-то на цыпочках вошла в приемную.

Она дождалась, пока Эмиль прикроет дверь и одновременно с ним уселась на диван.

– Вы можете снять верхнюю одежду, – предложила секретарь.

– Да, конечно.

Алена вскочила с места, сняла пальто, перекинула его через руку, заботливо забрала куртку у брата и села рядом.

– В углу стоит вешалка, – выдержав паузу, добавила секретарша.


– Да, конечно, – быстро согласилась Алена.

Она подошла к вешалке и повесила свое пальто и пуховик Эмиля на один крючок. Вернувшись к дивану, пригладила юбку и села на край обтянутой синим дерматином подушки.

Тянулось ожидание. Секретарша печатала что-то за компьютером. Брат с сестрой молча сидели напротив закрытой двери, ведущей в кабинет директора. Оттуда доносились голоса. Мужской и женский. Обсуждались какие-то хозяйственные вопросы.

Алена опустила взгляд в пол и погрузилась в свои мысли. Она задумчиво наматывала на палец ремешок от своей сумочки. Эмиль разглядывал приемную. Его внимание привлекли развешанные на стенах самодельные плакаты и фотографии с различных школьных мероприятий. Один снимок с шахматного турнира «Юный гроссмейстер», другой – с танцевального конкурса «Стартики», на третьем улыбался взъерошенный пятиклассник – победитель математической олимпиады. Взгляд Времянкина остановился на фотоколлаже с музыкального конкурса. Рядом с фотографией детского хора красовался снимок довольной девочки с домрой и не менее счастливого мальчика с аккордеоном. Под плакатом располагалась надпись: «Поздравляем победителей конкурса «Юные дарования»! В номинации «Мисс дарование» – ученица третьего «А» класса Юлия Бегунок. В номинации «Мистер дарование» – ученик пятого класса «В» Глеб Черкасов».

– Больше нет, – пробурчал себе под нос Эмиль.

– А? – вынырнув из раздумий, задала вопрос Алена.

– Я сам с собой, не обращай внимания.

– А.

Сестра вернулась к своим мыслям, а Эмиль к своим. «Я низвергну тебя, Глеб Черкасов», – подумал Времянкин.

Дверь кабинета директора отворилась, и оттуда вышел полноватый мужчина с кипой бумаг в руках. Он стремительно покинул приемную. Алена и Эмиль дружно поднялись с дивана. Через дверной проем можно было видеть часть кабинета директора. Из глубины помещения приближалась женщина в темном брючном костюме. Алена расплылась в угодливой улыбке.

– Здрасте! – покорно кивнув, тихо произнесла она.

Худощавая дама в возрасте остановилась у двери и обратилась к молодой женщине.

– Здравствуйте! Вы хотели поговорить? – спросила она сиплым голосом и откашлялась в украшенный кольцами кулачок. – Извините. Вы хотели что-то обсудить со мной? – повторила она вопрос.

– Да, – ответила Алена.

– Проходите.

Светлана Владиславовна развернулась и направилась к своему рабочему месту. Брат с сестрой вошли в кабинет. Эмиль остановился у длинного Т-образного стола, занимавшего почти все помещение. Алена задержалась у двери, взявшись за ручку. Она дождалась, пока директриса усядется в свое кресло.

– Закрыть дверь? – уточнила она, прикрывая дверь.

– Оставьте открытой, – просипела директриса.

– Открытой?

Алена кивнула, распахнула дверь, отпустила ее и направилась к столу. Ударившись о стоппер, дверь поехала в обратном направлении и захлопнулась. Алена уже собралась вернуться, чтобы исправить положение, но Светлана Владиславовна остановила ее:

– Оставьте уже. Пусть будет закрыта. – Женщина указала на стулья, стоящие за переговорным столом. – Садитесь, прошу вас.

Эмиль видел, что его сестра теряет самообладание. Она суетилась и часто улыбалась. Времянкин знал, что в таком состоянии Алена может ляпнуть что-нибудь неподходящее. Она взялась за спинку стула, чтобы выдвинуть его из-за стола. Ножка зацепилась за шов ковролина, и стул, выскользнув из рук женщины, с грохотом упал на пол.

– Ой… Прошу прощения, – мгновенно покраснев, промямлила она и потянулась за стулом.

– Я подниму, – опередил ее Эмиль.

Он взялся двумя руками за деревянную спинку и, поджав губы, поставил стул на ножки.

– Садись, пожалуйста.

– Да.

Сестра села. Мальчик аккуратно отодвинул соседний стул и взобрался на него. Визитеры расположились прямо напротив окон, чуть боком к директрисе.

– У нас тут джентльмен, – заметила Светлана Владиславовна.

Женщина улыбнулась. Между передними зубами нижнего ряда темнел никотиновый налет.

– Ну и как нас зовут?

Она выпучила глаза, уставившись на мальчика. Эмиль давно отвык от подобных взглядов да и не помнил уже, когда в последний раз на него смотрели с такой покровительственной благожелательностью, с какой смотрят на очаровательных детей. Он и был очаровательным: миловидное лицо, сосредоточенный взгляд, копна волнистых волос, белый воротничок, выглядывающий из-под темно-синего свитера. Растянутая гримаса директрисы вызвала улыбку и у мальчика.

– Нас зовут Эмиль, – ответил он, чем развеселил женщину.

Она посмеялась тихим сипом, потом кашлянула пару раз.

– Извините, приболела, кажется.

– Да, он у нас джентльмен, – выдала Алена невпопад.

Светлана Владиславовна тут же переключилась на нее.