Последнее «долго и счастливо»

Капитан Крюк взмахнул рукой, Тедрос вскинул меч, и сталь звонко ударилась о сталь.

Если честно, Софи еще никогда не доводилось драться со взрослым мужчиной, поэтому она не была готова к тому, что Сми вывернется, да еще и навалится на нее своим грузным животом. Прижатая спиной к земле, Софи беспомощно сучила ногами и руками, но пирату это было нипочем.

– Какая славная девочка, – хихикнул Сми. – Второй такой красотки, пожалуй, во всей Нетландии не найти!

Он наклонился ниже, и уж тут Софи не растерялась и от всей души вцепилась ногтями в его плохо зашитое лицо. Сми моментально рассвирепел и, оставив грубоватые пиратские комплименты, сдавил Софи горло своими пальцами-клешнями.

– Эй! – прохрипела Софи. – Меня… нельзя… убивать… Не велено…

Но то ли Сми забыл про этот запрет, то ли ему было на него наплевать – во всяком случае, клешни свои он не разжал, и теперь Софи медленно умирала от удушья всего в каких-нибудь нескольких шагах от своего принца.

Краешком глаза она успела увидеть, как Капитан Крюк подножкой опрокинул Тедроса на спину и ударил сплеча, а принц вздрогнул и закричал от боли. Затем Софи перевела свои навсегда закатывающиеся глаза на Сми…

Горящая, заостренная с одного конца ветка проткнула голову Сми, и на его черепе сразу же заиграли веселые голубые язычки пламени.

Пират выпучил глаза, отпустил Софи и повалился на спину.

Увидев, что тело Сми охвачено огнем, Капитан Крюк бросил Тедроса и повернулся лицом к приближающемуся по тропинке широкоплечему черноволосому юноше, палец которого пылал голубым магическим светом.

– О, да я же знаю тебя, парень, сто селедок мне в карман! – удивленно воскликнул Крюк. – Ты сын Скоури. Ты родился и вырос на моем судне…

Тут из груди Крюка показался кончик Экскалибура, пробившего насквозь тело пирата. Капитан Крюк удивленно открыл рот, а затем ничком свалился на тропу.

На месте упавшего пирата показался Тедрос. Он вытер о труп Капитана окровавленный клинок Экскалибура и только после этого принялся рассматривать свою рану под правым ребром, нанесенную ему крюком. Разобравшись с ней, Тедрос успокоился – рана оказалась неглубокой и уж точно не смертельной.

– Я обязан тебе жизнью, Хорт, – сказал Тедрос, поднимая голову.

– Я спасал ее, – ответил Хорт, блеснув в лунном свете своими безупречными зубами. – Ее, а не тебя.

Пришедшая в себя Софи видела, как разъярен Хорт: казалось, еще чуть-чуть – и он взорвется. Внезапно она все поняла и хриплым после клешней Сми голосом спросила:

– Но… Но ты же сказал, что больше меня не любишь?

– Солгал, – коротко ответил Хорт, оборачиваясь к ней.

Софи смутилась, не зная, что сказать. Но она точно знала, что не заставит Хорта и дальше идти в одиночестве – ведь он только что спас ей жизнь.

Время, отведенное ей, чтобы оставаться с Тедросом наедине, закончилось.

«Вот и все, – с горечью подумала она. – Тедрос почти поцеловал меня, но не более того. А значит, вопросы остаются». И она с тяжелым сердцем посмотрела на кольцо Рафала. Невредимое, холодное, оно продолжало блестеть на ее пальце.

Вскоре они двинулись дальше, теперь уже втроем, и Софи молчала, опасаясь разговаривать с Тедросом при Хорте. Молчали и Хорт с Тедросом – у них не было ни малейшего желания выяснять отношения в присутствии Софи. Но стоило Софи подумать о том, что не может быть ничего хуже, чем идти в таком молчаливом напряжении, как оказалось, что – может. Дойдя до поворота, Софи в последний раз обернулась и…

– Эй, парни! – воскликнула она.

Принц и телохранитель обернулись.

За плечом Софи все еще дымилось, догорая, рядом с тропой тело Сми.

А вот тело Крюка исчезло.

– Но я же ему проткнул сердце! – удивился Тедрос.

– Начнем с того, что у зомби нет сердца, – сердито огрызнулся Хорт. – Почему, как ты думаешь, я поджег Сми? Потому что единственный способ уничтожить зомби – это его сжечь.

– Почему ты об этом сразу не сказал?

– Надеялся, что Крюк тебя убьет!

– Пожалуйста, пойдемте скорее, – хмуро сказала Софи.

Испуганные исчезновением Капитана Крюка, они поспешили вперед и вскоре дошли до последнего уголька Мерлина. Он лежал прямо у входа в пещеру, где наши путешественники и переночевали – каждый в своем углу. На рассвете они отправились дальше, и тропа повела их через покрытую голубоватым инеем тундру Морозных долин. Кутаясь в свои плащи, двое юношей и девушка брели и брели по заснеженному полю, которому, казалось, не будет конца.

Но кончается все, и вот на белом листе тундры показалось темное пятнышко, оно росло и довольно скоро превратилось в маленькое полуостровное королевство, расположенное на выступе высокого утеса, с перламутровыми изящными башенками, нависающими над серыми морскими волнами. Могучие штормовые волны разбивались о берег, от их ударов гудели железные створки приоткрытых огромных городских ворот.

Бах! Шшшш! Бабах! Шшшш!

Наши путешественники с опаской прошли сквозь ворота, но за ними никого не было, никто не вышел им навстречу, лишь поднимались к небу белые башни без окон и дверей. А перегнувшись через перила сбегающих вниз мраморных лестниц, можно было рассмотреть внизу странное озеро – оно соединялось с бушующим океаном, но при этом в самом озере серо-стальная вода оставалась совершенно неподвижной, зеркально гладкой.

– Это что, край Земли? – спросила Софи.

Затем она увидела лицо Тедроса – счастливое и спокойное.


– Это Авалон, – сказал он.

– Ты уже бывал здесь раньше? – спросил Хорт.

– Нет, – покачал головой Тедрос, – но мой отец нарисовал это место в своем завещании. Просил похоронить его в тайном убежище здесь, на Авалоне. Так что Мерлин привел нас к могиле моего отца.

– Вот это называется тайным убежищем? – усмехнулась Софи, спускаясь вместе со всеми по лестнице к озеру. – Городские ворота нараспашку, в башнях нет ни окон, ни…

Она резко замолчала, заметив Агату, сидевшую спиной к ним на пожухлой траве у берега озера, и при виде этой одинокой фигуры Софи вдруг стало не по себе. Что-то не так было в этой картине, явно не так. У Софи возникло стойкое ощущение, что чего-то здесь не хватает… Или кого-то… Так, словно не может, ну никак не может Агата закончить свою сказку в одиночестве!

Услышав шаги, Агата обернулась и улыбнулась, радуясь, что ее лучшие друзья благополучно закончили свое долгое путешествие.

У Софи слегка отлегло от сердца, и она придвинулась ближе к принцу. Волноваться и переживать причины не было. Агата? А что Агата? Она всегда умела быть счастливой, оставаясь наедине с собой, сумеет и сейчас.

– А, дошли наконец, – раздался голос за спиной Софи. Она обернулась и увидела Мерлина – зевая и потягиваясь, он поднимался из-за камня, под которым прилег вздремнуть. – Долго же вы добирались. О, смотрите, и телохранитель с вами, – добавил старый волшебник, заметив спускавшегося по лестнице Хорта.

– Тайное убежище… Оно ведь там, на дне, верно? – спросил Тедрос, подходя к самой кромке воды. – И могила моего отца тоже.

Он бросил в воду камешек и последил за тем, как тот опускается на дно.

– Но как убежище может находиться в… – нахмурилась Софи, но не договорила.

На том месте, куда упал брошенный Тедросом камешек, вода взвихрилась, образовав воронку, края которой крутились все быстрее, быстрее, быстрее – и вот уже взбилась воздушная пена, и поднялась над озером, и уплотнилась, и соткалась в женскую фигуру…

Похожая на бледный призрак, серебряноволосая нимфа в белом платье поднялась из воды, повисла в воздухе и повернула голову к своим гостям. Лицо у нее было мраморно-белым, с длинным прямым носом и большими темными глазами, которые остановились на Тедросе. Затем на карминных губах нимфы появилась улыбка.

– Другого такого нет в целом свете, – сказала она.

В первый миг Тедрос подумал, что нимфа говорит о нем, но потом заметил, что смотрит она вовсе не на него, а на висящий у его пояса меч.

– Экскалибур… Это вы его создали? Вы – Леди Озера!

Нимфа снова улыбнулась, на этот раз повернувшись к Мерлину.

– Ну привет, красавчик! Давненько не виделись, – пропела она низким мелодичным голосом. – Дай-ка угадаю с двух раз, зачем ты пожаловал… Повидаться? Как бы не так… Ладно, говори, что тебе нужно.

– Прости, но у меня действительно к тебе дело. Очень серьезное, – ответил Мерлин.

– Еще один меч? Эликсир для продления жизни? А может быть, сразу Святой Грааль? Ну, чтобы не мелочиться? – хмыкнула нимфа. – Приходите в гости к Леди Озера – и она сделает для вас все, что только под силу ее магии!

– Я хочу вновь попросить тебя о том же, о чем просил некоторое время назад для других людей, – строго и торжественно произнес Мерлин. – Я прошу тебя спрятать этих детей в твоем убежище и позволить им оставаться в нем столько, сколько потребуется.

Леди Озера перестала улыбаться. Маг и волшебница какое-то время напряженно смотрели друг другу в глаза.

– Мерлин, дорогой, ты понимаешь, о чем просишь? – мрачно спросила Леди Озера.

Мерлин мельком глянул на Тедроса, затем снова перевел взгляд на нимфу и твердо ответил:

– Вполне.

Софи удивленно посмотрела на Агату, та недоуменно пожала в ответ плечами.

Леди Озера глубоко вдохнула и сказала, строго взглянув на четверых учеников:

– Хорошо. Идите за мной, дети. Не бойтесь, вода теплая.

– Вода? Мы будем плавать? – забормотал Хорт, глядя на воду. – Или нас… туда? Но разве может человек жить под во…

Мерлин раздраженно вздохнул и столкнул Хорта в озеро.

Мелькнула яркая белая вспышка, и Хорт моментально исчез под водой.

Агата, Софи и Тедрос ошеломленно уставились на Мерлина.

– А почему, думаете, именно вода служила порталом в школьном саду Мерлина? – усмехнулся старый маг.

Он взмахнул руками – и трое ребят полетели в воду. Перед глазами Софи мелькнула белая вспышка, потом стало тепло и тихо. Вода обволакивала Софи, но не прикасалась к ней – было такое ощущение, что ее тело окружено невидимой, но прочной оболочкой. Пузырем, если хотите. И в этом пузыре она погружалась все глубже и глубже, и вот наконец вода отступила, блеснул солнечный свет, и Софи, совершенно сухая, оказалась лежащей на теплом золотистом песке.

– Где это мы? – раздался откуда-то сверху голос Агаты.

Софи повернула голову и увидела Агату, Хорта и Тедроса. Они стояли на краю пышного зеленого луга, блестевшего на солнце капельками росы.

Софи тоже поднялась на ноги и увидела разделяющие луг живые изгороди, за которыми паслись овцы, коровы и лошади. После умирающих Бескрайних лесов это место казалось раем.

– Смотрите, – сказала Агата.