Ответный визит

Терри, видя, что со мной что-то не так, подсовывала мне мятные леденцы в липких бумажках, но с вопросами не лезла. Чувствовала, что ответить не могу. Вообще, если б не Академия, я б ушла из Лайяра годика на три куда глаза глядят… жаль, нельзя.

Поэтому я просто погрузилась в учёбу. Колин тихо осатаневал от моего желания постичь древнеферейский. Встреч с лордом Тиуррой я не искала. Да, я буду благодарна ему всегда и постараюсь отплатить за всё добро… но не собой. Быть вместе нам, похоже, не судьба. И вообще, если б целью моей жизни была кормушка с кормёжкой, я бы пристроилась куда раньше.



Кстати, я выполнила обещание, данное принцу Уотригу на Зимнем балу, и устроила представление в «Трости и свече». На мне была пышная юбка чуть короче обычной, белые — как я видела в опере — чулочки и удобные туфельки без каблуков. В паре локтей от пола был натянут между двумя столбиками канат, и я, гуляя по нему туда-сюда и пританцовывая, спела слегка игривую песенку о двух кошках «Прогулка по крышам», закончив балетным па и громким «Мя-яу!». Судя по реакции, публике понравилось. А Уотриг просто захлопал в ладоши.

Чувство триумфа подпортило то, что выйдя из освещённого крута, я заметила знакомую спину, исчезающую за дверью. Зачем его сюда принесло? Лучше нам друг друга не видеть, тогда через год или два он спокойно выберет себе одарённую жену-домоседку и заживёт счастливо, как мечтал. К чему ему ведьма?

И, наконец, я сподобилась заглянуть в компании Колина в морг при Сыскном департаменте. Долго таращилась на рассечённую трахею с малосимпатичными складками-«шторками» по бокам, которые и звались голосовыми связками, соображая, как это работает. М-да, что-то не похоже, что получится приспособить приобретённое знание к делу. А у брата на лице явственно читалось желание покрутить пальцем у виска. Когда вышли из приземистого флигеля морга на свежий воздух, я щёлкнула пальцами.

«Чушь!» — уверенно отозвался ветер.

Согласна.



Первое заклинание по вербализации визуального я выбрала, исходя из своего куцего словарного запаса. Двухдневные муки вылились в следующий стих:

Явись кинжал из пламени

и будь прочней чем каменный,

острее будь чем бритва,

явись кинжал для битвы.





Удивительно, но после того, как я произнесла всё без запинок, на середине чердака действительно возник кинжал! Похоже, Ферейя и впрямь — родина магии!

Полюбовавшись синеватым клинком, решила попробовать, отличается ли он чем-то от того, что я мастерила раньше. Оказалось, да, и очень! Для тренировок я использовала прикрытую щитом тыкву — к этим пузатым уютным овощам я вообще питала слабость, хотя есть их не особо любила, — и обычно меч или кинжал просто отскакивали от щита. Но этот клинок пропорол щит — и испортил мою драгоценную тыкву, едва не развалив напополам. Выходило, что стих на древнеферейском действительно усиливает магию.

«А я что тебе говорил? Слова суть фокус!» — уставился на меня Хаос из кресла.

«Про древнеферейский ты ничего не говорил», — укоризненно покосилась я на кота.

«Укороти заклинание, если хочешь реально им пользоваться!»

Гм, а он прав. Пока такой стих прочтёшь, саму всю три раза кинжалами истыкают. Только короче я пока не умею. Но буду стараться!



Прошло уже больше месяца с начала семестра, когда вдруг вечером в башне объявился лорд Тиурра. И заявил без предисловий:

— Собирайся, завтра утром мы уезжаем.

— Куда и зачем? — опешила я.

— По дороге расскажу.

— Зачем мне с вами ехать? Ведь нет сомнений, что вы прекрасно справитесь и один, лорд Велани.

— Затем, что ты до сих пор моя ученица. И останешься ей до тех пор, пока твои знания будут уступать моим.

— Не хочу. Как видите, я и без вас занимаюсь. Вдобавок я вообще не понимаю, какой вам смысл учить меня, лорд. Показать мир, чтобы потом запереть в четырёх стенах? Не вижу логики. Скажите просто, что нужно сделать для того, чтобы разорвать соглашение о наставничестве? Я думаю, что лучше нам какое-то время друг друга не видеть, — уф, сколько наговорила!

Он посмотрел на меня долгим взглядом, плечи опущены, глаза грустные:

— Эль, если ты уходишь, то окончательно? И тебе совсем не жаль того, что между нами было?

— Лорд, кто в здравом уме пойдёт замуж, чтобы стать заведомо несчастной? Ладно бы я жертвовала собой ради державы или спасала город… а тут зачем?

— Ты меня не любишь?

— Нет, это вы меня не любите. Предлагаю закрыть эту тему и больше не поднимать. Когда мне захочется посидеть век-другой в тихой клетке, повешу плакат себе на шею «Ищу мужа». Но подозреваю, это произойдёт не скоро.

— Почему ты такая злая?

— Ну да, девицам с сомнительным прошлым следует быть скромнее и покладистее. Кстати, откуда леди Марсиалла узнала о моём прошлом?


— Прошу прощения за бабушку. Как я говорил, на неё очень повлияла смерть моей матери.

— Тогда извинитесь не передо мной, а перед Хаосом. Это его назвали «зверушкой» и сказали, что данное ему слово не важно.

Судя по выражению лица лорда Тиурры, о «зверушке» он ещё не слышал. Похоже, то, что бабушка потопталась и на котике, стало новостью.

Помолчав минуту, он заговорил снова.

— Хорошо, я понимаю. Обещаю не затрагивать тему наших взаимоотношений. Но мне нужен помощник, а дело не терпит отлагательств, болеют люди. Надеюсь, леди Эль, вы не станете ставить личное выше жизней невинных горожан. Так что жду вас завтра утром в карете.

И, не слушая моего ответа, вышел вон.

Вот блин! Теперь мне на ночь глядя придётся бежать в «Трость и свечу». Надо же предупредить господина Фосса, что завтра меня не будет?



Пробурчав «Сдобрмутрм, лрд», забралась в карету, зажгла над плечом огонёк, похожий на язычок свечи, и уткнулась в грамматику древнеферейского. Хаос потоптался в корзине, зевнул — и снова задремал. На лорда Тиурру я решила не обращать внимания. Чем быстрее мы оба начнём относиться друг к другу как к посторонним, тем легче будет. Поэтому я листала страницы, время от времени закрывая глаза и начиная проговаривать про себя то, что вычитала. Небесная пятёрка, что в этом языке творится с глаголами?

Наверное, я бы так и молчала всю дорогу, если бы лорд Тиурра не обратился ко мне на древнеферейском.

Я немедленно оторвала глаза от книжки и уставилась на него — я не ослышалась?

Он усмехнулся. И повторил фразу. Признаюсь, я поняла не всё. Но уловила достаточно, чтобы уяснить, что мы едем в городишко Озирд, что в полутора днях пути от Лайяра, потому что там на склады с зерном напала какая-то нечисть. Какая именно — осталось покрыто туманом. Ничего, увижу, разберусь.

— Теперь я знаю, как привлечь ваше внимание, леди, — произнёс он снова на ферейском. Вот же! Даже если не хочешь — всё равно будешь вслушиваться.

Оказалось, что на городские запасы напали чумовки. Юркие как мыши серенькие твари не разносили чуму на самом деле, но люди рядом с колонией мелкой нежити начинали хворать, а если ели потравленное чумовками зерно, то могли заболеть всерьёз и даже умереть, причём особенно страдали дети.

На складе, куда нас привели, я раскинула руки, прислушиваясь к ощущениям. Мамочки, да здесь этой заразы больше, чем мышей в нормальном деревенском амбаре! И, кажется, что в основном нежить прячется под полом, наверное, там много старых мышиных ходов. Вон Хаос неподвижно застыл у одной из норок, только кончик хвоста нервно подрагивает!

Ну и что мы должны тут сделать — переловить тварюжек по одной или сжечь склады вместе с чумовками и зерном?

Выяснилось, не то и не это.

— Запоминайте заклинание, — произнёс уже на гелейском лорд Тиурра. — Оно создаёт решётку из прутьев, которые не по зубам ни одной нечисти. Но что интереснее, сама клетка легко проходит сквозь материальные объекты.

Ух ты, действительно интересно! Я верно понимаю, что задуманное похоже на ловлю кильки неводом?

Оказалось, всё так и есть. Лорд Тиурра сотворил глубоко уходящие под землю изогнутые прутья по всему периметру амбара, а потом начал их сдвигать, выдавливая чумовок в середину помещения. И, наконец, когда кривые прутья внизу сомкнулись, поднял в воздух золотистую клеть, полную извивающихся дымчато-серых призрачных тварей, и заключил её в кокон голубого пламени.

— Вот и всё. Эль, ваша задача проверить, что никто здесь не уцелел. Если заметите чумовку, поступайте как я — поймать несколько штук по очереди ваших сил заведомо хватит. А я пошёл на следующий склад. Закончите — догоняйте. Как обойдём все, сможем отдохнуть. А завтра проверим ещё раз. Зерно, кстати, надо окурить дымом — список трав я продиктую чуть позже — тогда его можно спокойно есть.

Ух ты!

Вот если б он на мне женился, и мы так ездили и помогали людям… Увы, не судьба. Выходит либо «женился», либо «ездили». Выбираю второе.

До вечера мы обошли все восемь амбаров, и я буквально валилась с ног. Но всё равно в трактире настояла на том, что заплачу за комнату сама. Может, и глупо, но брать что-то у него я больше не имею права. Зашла в комнату и, не раздеваясь, рухнула на кровать. Пусть ужинает без меня, а я — сплю!

На следующий день мы выловили только трёх чумовок, хотя искали вдвоём. Потом меня заставили написать отчёт для мэрии со списком рекомендуемых мер в конце, и мы погрузились в карету. Я немедленно снова уткнулась в учебник.



Но чумовками дело не кончилось. Мы начали колесить то туда, то сюда подозрительно часто, по два-три раза в месяц. То где-то призрак завёлся прямо в Храме, то на кладбище звучат замогильные голоса — а какие ещё, спрашиваются, там могут звучать? Из нового я узнала о существовании зомби — твари опасной, агрессивной и вонючей, а ещё полюбовалась на настоящую кикимору.

Я думала, что живущие в лесу старушонки, которые крадут не успевших побывать в Храме новорожденных из люлек, оставляя вместо них завёрнутое в пелёнки полено, — это сказки. Оказалось, что нет. В одной из южных деревень пропали аж целых четыре младенца, после чего жители обратились за помощью к магам.

Поскольку нашей задачей было не только уничтожить кикимору, но и попытаться найти похищенных малышей, которые иначе в свою очередь переродятся в нечисть, мы пошли на смелый, даже, можно сказать, революционный шаг. Замечу, что к этому времени мы с лордом Тиуррой стали уже почти нормально разговаривать, правда, аккуратно избегая личных тем. Я старательно делала вид, что ничего у нас и не было, он тоже был холоден и деловит.

Гениальная идея состояла в том, чтобы выдать за младенца Хаоса. Сначала я устроила коту допрос.

— Ты в Храме был?

«Шутишь? Что бы я стал там делать?»

— Отлично! — довольно потёрла я ладони. — Ребёночек ты увесистый, не всякая кикимора уволочёт… Похоже, пеленать придётся в целую простыню. Я никогда раньше этого не делала, так что потерпи.

Крестьянка с новорожденным на руках, в доме которой происходило это безобразие, обалдело смотрела на то, как я старательно заматываю кота в две извлечённые из её сундука с приданым простыни. Потом пришла в себя:

— Не так! Надо класть наискосок, нижний угол между задними лапами пропустить, а только потом заворачивать.

Гм, а хвост тогда куда?

Хаос страдальчески закатил глаза. Лорд Тиурра подпирал стену в углу и кусал кулак, чтобы не расхохотаться. Одна я стоически сохраняла серьёзность, хотя тоже хотелось заржать в голос. Или хотя бы захрюкать, глядя на торчащую из пелёнок рыжую усатую морду моего «дитятки».

Эх, надеюсь, всё получится. Если запелёнатый кот пролежит всю ночь в колыбели зря, он мне не простит… Точнее, простит, но куриные грудки, которые придётся купить в извинение, потянут на месячную стипендию.