Напряжение

— Ладно. Может быть, обойдется. — Дядька провел рукой по лицу и вздохнул, успокаиваясь.

— Обязательно обойдется, — убежденно согласился я, с опаской глядя, как восьмиклассник убирает очки в карман, продолжая неотрывно смотреть в мою сторону.

Что-то это никакая не Лайка!

— Семен, давай дружить! У меня бинокль есть!

— Да? — с недоверием рыкнул старый тигр, замерев перед прыжком и подслеповато прищуриваясь.

— Нет у тебя никакого бинокля, — фыркнул сторож.

— Р-ра! — метнулось навстречу мне тело.

В подушку влетело нечто огромное, переворачивая меня на спину и прижимая к постели. По бокам подушки часто-часто захлопали несильные удары, не добираясь до меня, а сверху зло пыхтел Семен.

— Замерли, резко! — гаркнул в ухо голос сторожа. — Максим, кто это?

— Это мой новый учитель физики, — пропыхтел я, пытаясь освободиться.

— А, ну тогда продолжайте, — протянул удаляющийся голос.

— То есть все нормально, да?!

— Хм, да не очень. Парень, бей чуть ниже.

— А я?!

— А ты — месяц без сахара! Работорговец хренов… Как будто мне больше делать нечего, там еще какой-то придурок ботинки в канализацию смыл… — И хлопнула входная дверь.

Следующие удары попали точь-в-точь по ребрам. Я зашарил руками, пытаясь вцепиться и опрокинуть противника на пол, но он был слишком тяжел, а я вдобавок вжат в самый центр матраса, вогнувшегося под нашим весом. Но тут мне улыбнулась удача!

— Не делай резких движений — я настроен очень серьезно! — Я схватил руками нечто очень дорогое Семену и чуть дернул на себя.

— Ай! Отпусти! — запаниковал парень.

— Еще одно резкое движение, и я сожму руку! Я не шучу! — добавил я строгости в голос.

— Ты не посмеешь!.. — А уверенности-то в голосе маловато!

— Проверим? У меня силы хватит — никто потом не починит!

— Спокойно, не делай глупостей, — с тревогой произнес Семен.

— Медленно поднимись! Медленно, я сказал!

— Я делаю, делаю, видишь? — Подняв руки вверх, парень сел на кровать, все еще находясь над моими ногами.

Я скинул подушку на пол, продолжая крепко держать его за самое ценное.

— Ногу на пол! Встаешь очень осторожно!

— Максим, только не нервничай, мы все решим, — сглотнул он, глядя вниз.

— На счет «три» я отпускаю. — Пододвинувшись к столу, я ухватил банку с водой другой рукой. — Только дернешься — замочу!

— Я все понял! — закивал восьмиклассник.

— Раз, два, три!

Семен осторожно опустил руку и выудил из кармана очки.

— Уф, целые, — с великим облегчением произнес он, протирая линзы и цепляя пластик на переносицу. — Если б ты их разбил, я не знаю, что с тобой сделал бы…

— Еще не поздно проверить, — угрожающе придвинулся я.

— Спокойно! Претензий нет, расходимся миром! — попятился он к двери, держа руки на виду.

— Стой. Один вопрос. — Кое-что в случившемся не давало покоя.

— Слушаю?

— Почему у тебя тройка по физкультуре?


— Я на уроках дерусь, — вздохнув, честно признался Семен. — А ты правда император? Или… того… — как-то странно покрутил он рукой у виска.

— Нет, — шмыгнул я, потирая ребра. — Но обязательно стану! Только физику выучу… И без тебя справлюсь!

— Чем тебе физика-то поможет? — не понимая, пожал он плечами.

— Тайна, — насупился в ответ.

Семен недоверчиво покачал головой, но приставать не стал.

— Слушай, а что там с биноклем? — со сдержанным любопытством произнес он, уже хватаясь за дверную ручку.

— Вон в том ранце лежит, но трогать дядька запрещает, — скривился я, ткнув пальцем под кровать. — Зато есть вещь поинтереснее! Книга! Волшебная, кстати.

Я выудил из тайника под тумбой ту самую книгу, что не дал мне посмотреть сторож, и с загадочным видом раскрыл перед Семеном.

— Ух ты! — раскрыл он рот, глядя на красочные картинки. — Вот это да-а!..

— Ага, такого ты нигде не увидишь! — с важным видом кивнул я, листнул еще две страницы и захлопнул книгу перед его носом.

— А может, в библиотеке есть? — усомнился Семен, с надеждой глядя на закрытый том.

— Такого точно нет! — припечатал я ладонью по обложке.

— Посмотреть все равно стоит.

— Ну-ну, надейся, — упрятал я книгу обратно, подальше от светящихся глаз Семена.

— Я название запомнил, проверю, — прогудел он.

— Удачи! — отвернулся я, прощаясь с последней надеждой чем-то заинтересовать несостоявшегося учителя.

— Слушай, Максим…

— Мм?

— Ну, если не найду, покажешь книгу еще раз? — робко поинтересовался Семен с порога.

— Только в обмен на уроки! — ухмыльнулся я, стоя к нему спиной.

— Заметано! — обрадовался парень и осторожно прикрыл дверь.

Попался! Я вновь выудил ту книгу и с благодарностью провел по гладкой поверхности.

— А ты действительно волшебная, — признался ей и с нежностью назвал по имени: — «Ка-маз. Ин-струк-ци-я по эк-сплу-а-та-ции и ре-мон-ту».

Прибрался, сходил на ужин, вновь восхищенно поразглядывал красивые, яркие изображения огромного красного автомобиля, а потом пришел мокрый и очень злой дядька. Книга лежала уже на своем месте, а я с умным видом уставился в «Физику», разглядывая непонятные загогулины. Сторож вобрал было воздух в легкие — явно не для того, чтобы похвалить, но тут я легонько пододвинул одеяло, показывая ботинки под кроватью, рядом с кедами.

— Ладно, — выдохнул он. — Помоги переодеться.

— Я потом погуляю?

— Иди, — устало завалился он на кровать, разминая ногу рукой.

Чуть позже, подхватив ботинки, я осторожно прокрался в дверь, рыскнул глазами по коридору, пока не заметил призывное движение рукой под лестницей.

— Спасибо, друг, — ссыпал я в ладошку Сашке два куска сахара и вернул ботинки.

— Обращайся, — счастливо шмыгнул парень, уносясь к себе в комнату.

Надеюсь, к утру дядька про ботинки забудет. Так и получилось — наверное, еще и потому, что ночью к нему заявилась нянечка и меня выставили на полчаса в коридор. Походив под дверью и окном и прислушиваясь к длинным стонам, поначалу подумал — пытает дядька вражину. А как встретил потом раскрасневшуюся и довольную нянечку в коридоре, сразу все понял. Сахар мой ели.





Глава 6

Одиночество и кошки




— Это Маша, она будет жить с нами! — уверенно заявил я с порога комнаты в спину распивающему чай дядьке.