Мы своих не бросаем

– Прочитай вслух, – попросил я, и Генри зачитал два десятка цифр.

– Услышал, Брык? – спросил я, чувствуя, как внутри меня растет червячок сомнения. Он огромными кусками пожирал мою уверенность в успехе.

– Услышал. Код активирован. Доступ разрешен. Мне нужно время.

– А кому оно не нужно, – проворчал я. – Мне тоже нужно время, но его как раз и не хватает. Давай действуй по ускоренной программе.

– Это может привести к непредвиденным ситуациям. Наши искины уже конфликтуют друг с другом.

– Это ничего, Брык, драться вы не будете, а остальное перетерпим. Ты, работая, запоминай, что мне нужно. Мне нужно, чтобы ты, взяв под контроль этого искусственного гуманоида, охмурил еще одну андроидку, типа влюбил в себя, пробрался к ней в искин и взял ее под контроль. Она астронавигатор, и у нее есть координаты Инферно. Она должна нас туда доставить. Вот твои главные цели, и запомни: все это нужно было сделать еще вчера.

Зря я так сказал. Брык завис, переваривая, что это нужно было сделать еще вчера. Губы андроида повторяли:

– Вчера, вчера, вчера…

Его заклинило.

– А как это «нужно было сделать еще вчера»? – спросил Генри и спас положение дел.

Не столько отвечая на вопрос, сколько действуя на автомате – раз есть вопрос, значит, нужен ответ, – я, продумывая, как выйти из дурацкого положения, в которое попал, отрешенно пробормотал:

– Так говорят, когда ты с делами опоздал на сутки и нужно провернуть их в течение сегодняшнего дня.

– Что значит «провернуть»? – Андроид перестал повторять слово «вчера» и уставился на меня большими синими глазами. Ну почти как человек, даже трудно отличить.

– Провернуть это значит сделать быстро, – пояснил я.

– Понял, проворачиваю перехват функций управления андроидом. Беру за основу управлять наиболее важными из них. – Это, по-моему, был Брык.

Мы с Генри уселись на ящики и стали ждать результата.

– Думаете, у него получится? – спросил парень, которому надоело сидеть молча. – Я не знал, что у андроида есть такие способности, как любовь. По-моему, чувства им неведомы.

– Чувства неведомы, – согласился я. – А вот программа, имитирующая любовь, есть. Она же игрушка для мужчин. Поэтому она и говорит постоянно «ты меня не любишь». У нее это ассоциируется с опасностью, которую надо устранить. – Я помолчал, задумавшись. – Ты сам видел, как она проявляет свои чувства, у нее от любви до ненависти один шаг. Сказал, не хочу тебя, и все, дело труба. Готовься к смерти. Вот ты бы стал ее…

– Что ее? – переспросил Генри.

– Ну это… заниматься с ней любовью?

– Вы имеете в виду, захотел бы я иметь с ней близость? – уточнил Генри. – Не знаю. Если бы приказали, то смог бы, наверное, а так нет, не хочется.

– Вот, Генри, а она это «не хочется» воспринимает как угрозу своему существованию. Надеюсь, Брык захочет. Кстати, а у него есть это самое?..

Генри покраснел. Рядом с ним сидело чудовище с женским телом и головой его бывшего начальника и говорило о столь интимных вещах.

– Есть, – ответил он и отвернулся. – Хотите посмотреть?

– Ты за кого меня принимаешь, Генри? – возмутился я. – Это вопрос уточнения ситуации, и только. Конечно, я не хочу смотреть на его причиндалы.

В трубе над нашими головами снова раздался шорох.

«Да что ей не сидится!» – в сердцах подумал я. Опять беготня намечается.

– Генри, лезь в шкаф, а я к пробежке приготовлюсь.

– Вы тоже услышали? – спросил он, поднимаясь, и, открыв дверцу шкафа, спрятался в нем.

Из отверстия показалась голова Мураны. Она была теперь почти чистой, видимо, мы и она собрали там всю пыль.

– Вот, Брык, посмотри, – прошептал я, – твоя возлюбленная. Говори ей комплименты и признавайся в любви, а мне пора побегать. Что за день сегодня такой! – Я набрал побольше воздуха в грудь и крикнул: – Андроид серии КУ 22456 – 8700 назовите свой серийный номер!

Мурана замерла и затем произнесла четко и внятно:

– Двести одна тысяча двести одиннадцатый.

– Номер двести одна тысяча двести одиннадцатый, марш на вахту! – гаркнул я.

– Подожди, я только сейчас убью тебя и пойду на вахту, – спокойно ответила Мурана и спрыгнула вниз.

Значит, подчинение у нее на втором плане, а на первом все же устранение угрозы в моем лице – так я подумал, уже набирая скорость и несясь на всех парусах к лестнице.

За мной, ведомая охотничьим азартом, мчалась фурия Мурана. Я чуть-чуть притормозил и в самый последний момент отскочил в сторону, подставив подножку пронесшейся мимо меня словно снаряд Муране.


Хорошо, что у меня есть Лиан, иначе моя затея увенчалась бы переломом ноги. Причем во многих местах. От удара я полетел на пол, а Мурана кубарем покатилась по ступенькам. Быстро поднявшись, я побежал к лестнице в противоположном конце коридора. Но вместо того, чтобы сигануть вниз, как обычно, я взлетел наверх, к боевой рубке корабля. Закрыл бронированную дверь и сел в кресло капитана. Интересно, как долго она меня будет искать?

Скоро я понял, что сам себя перехитрил. Вот же недотепа! Ну зачем мне нужно было лезть в рубку? Неужели трудно было догадаться, что она придет сюда? Мурана получила приказ идти на вахту, что и сделала, потеряв объект атаки из виду. Увидев меня через бронестекло, она бросилась к двери, дернула ее и, к моему удивлению, открыла. Я заметался. Рубка была небольшая, метров двадцать пять квадратных, не больше, и круглая. Посередине стояла колонна с мониторами, выдвижными пультами и креслами для дежурной смены. Я двумя прыжками оказался возле нее, а на меня мчалась, выставив руки вперед, всадница апокалипсиса, только без лошади. Да и зачем ей лошадь? Она цокала пластиковыми пятками по полу, как дикий мустанг по асфальту.

Мне ничего не оставалось, как бежать по кругу. Следом выбивала подошвами дробь – цок-цок-цок – Мурана, и этот звук подгонял меня все больше и больше. Мы, как два заведенных волчка или как два хомяка в клетке с колесом, кружили около колонны, наматывая один десяток кругов за другим. Это было невыносимо глупо, но подумать у меня времени не было. В голове осталась одна мысль: «Хоть бы не догнала!»

Наконец ко мне вернулась способность мыслить здраво. Я нырнул под выдвижной пульт и замер. Даже затаил дыхание, что вырывалось из груди, работающей как мехи. Когда мимо пронеслась комета с развевающимися волосами, я закрылся креслом и решил передохнуть. Мурана, потеряв меня из виду, не останавливалась. Она прибавила скорость и накручивала круг за кругом, пытаясь поймать меня. Она все больше ускорялась, и от скуки я стал считать круги.

– Один, два… тридцать… сто двадцать один… триста пять, триста пять, триста пять… – Сбившись, я замолчал.

Мурана превратилась в искусственный спутник колонны и, по-видимому, крутилась бы вокруг нее бесконечно, но ее заряд просел. Он побежала медленнее, потом остановилась и как ни в чем не бывало пошла прочь.

– Уф… И на этот раз пронесло, – вылезая из-под консоли, выдохнул я. Осмотрелся и не увидел бешеного андроида. – Утопала на подзарядку, – пробормотал я и уже спокойно направился к выходу.

Хорошо, что в порыве желания, причем безудержного, убить меня она ничего не переломала в рубке. По дороге зашел в кают-компанию и взял паек для Генри.

Генри и андроида я застал в тех же позах. Парень сидел, подперев голову руками, андроид лежал на полке обездвиженный. Я протянул моему помощнику брикет.

– Поешь, Генри. Вполне питательно.

Тот взял паек и благодарно на меня посмотрел.

– Ну как продвигаются дела? – поинтересовался я.

– Скоро сами увидите, – жуя зеленую массу, как-то очень неопределенно ответил он.

Подозрительно посмотрев на него, я уселся на какой-то ящик и стал ждать.

Вдруг рука андроида поднялась и тут же опустилась, один глаз посмотрел на меня, другой куда-то вверх. Рот приоткрылся, и из него полился поток непонятных звуков:

– Брпоы… саро… каприы… Я беру под контроль… рпов…

Затем глаз подмигнул мне. И еще раз.

– Что с ним, Генри? – спросил я.

– Предполагаю, конфликт искинов. – Генри равнодушно кинул взгляд на андроида. – Работает программа защиты андроида от внешнего вмешательства.

– Интересно, Брык справится? – пробормотал я.

В ответ глаз засверкал, и губы андроида перекосились.

– Бтаро… не бртао свс… – просвистел он.

Я погладил эту куклу по голове и ласково произнес:

– Андроид серии КУ 22456 – 8700 номер 201234, не мешай новому искину обновить твою программу.

– Задачу понял. Отключаю защиту, – очень внятно ответил андроид.

Он успокоился и вперил взгляд в потолок. Через полчаса ожил и стал вращать глазами.

– Я могу стереть его память и задать ему новые параметры, какие укажете вы. И знаете… я почувствовал себя живым.

– Живым? – Я с большим сомнением посмотрел на андроида.

Живой Брык – это мог быть великолепный помощник или стихийное бедствие. Но в то же время он был в единственном экземпляре и на одном корабле. Если и начнет чудить, то в ограниченном пространстве эсминца.

– Знаешь, Брык, хочешь быть живым – будь им, – согласился я. – Душа у тебя уже есть, теперь ты обрел тело. Вставай, Брык, и ходи.

– Не могу, командор. Не хватает подзарядки.

Я вопросительно посмотрел на Генри.

– Мы можем добавить еще чуть-чуть, чтобы он смог дойти до настоящего зарядного устройства, – ответил он. – А больше не сможем. Я просто подзаряжаю его батарею на пять – семь процентов максимум.

– На безрыбье и рак рыба, Генри. Давай сделай так, чтобы он смог подняться и дойти до зарядного устройства.

Я перевел взгляд на Брыка. Да, теперь он был Брык-андроид. Оцифрованная душа лукового человечка получила тело. Я покачал головой: бывает же такое!

Брык в полной тишине полежал еще полчаса. Мы с Генри, наученные опытом, сидели молча. При малейшем шуме к нам приходила Мурана, и с одной только целью – убить нас. Брык тоже не нарушал тишину, просто лежал, получая заряд энергии. Наконец он пошевелился. Не спрашивая разрешения, поднялся, неуклюже покачнулся и выровнялся.

– Я готов, командор, – проговорил он. – Пойду на зарядку. Провожать меня не надо, все, что я увижу, вы сможете увидеть моими глазами через камеру.

Он нагнулся и достал из одного ящика маленький куб – голомонитор, положил его на полку, где до этого лежал сам. Включил его. Секунду постоял, и в воздухе повисло изображение части кладовой, которую Брык видел своими глазами. Не оборачиваясь, он пошел вон из кладовой. Экран продолжал показывать то, что видел Брык.