Мой нежный и кусачий змей
Часть 2 из 26 Информация о книге
Глава 1 Лето, деревенский домик-игрушка, сложенный из сосновых бревен, зеленая поляна перед домом, шашлычки, неподалеку курится ароматным дымком банька… картина полного и незамутненного счастья. И тем неприятнее, когда во дворе домика звонко и отчетливо раздается: – Да пошел ты, козел! Слова сорвались с губ высокой женщины в синем сарафане. – Я… да кому ты нужна-то, корова жирная? «Корова» презрительно посмотрела на мужика, но решила не бодаться. Стряхивай потом с рогов всякое-разное… обошлась презрительным: – Кому бы ни нужна, а тебе не достанется. – И уже к хозяйке, вежливо: – Извини, Марин. Не хотелось портить вечер, но с этим я больше на одном гектаре не сяду. Аня отбросила назад косу и встала из-за стола. Решительно и бесповоротно, как айсберг на пути «Титаника». Мужчина сверкнул ясными очами, но выглядела женщина вовсе не коровой. Скорее, валькирией, а с этими дамами связываться опасно, и он позволил перехватить себя за руку и усадить назад. Вроде бы он и не испугался, его просто удержали, а то бы он тут – ух! По-мужски вопрос решил… Марина, худенькая брюнетка в стильных очках, чем-то похожая на больную ворону, закивала, и рваная челка заметалась из стороны в сторону. – Ань… да… – Все в порядке. – Анна презрительно глянула на сидящего рядом мужчину, повела литым плечиком. – Пойду я, а то завтра вставать рано. – Да, конечно… Именинница явно испытала облегчение, понимая, что дальше конфликт не разовьется, и помчалась провожать подругу. Мужичка уже успокаивал ее супруг, нашептывая на ухо что-то утешительное и подливая водки. Аня улыбнулась подруге уже у калитки: – Марин, когда ты перестанешь мне всякую шушеру подсовывать? – На тебя не угодишь! Между прочим, очень выгодный кадр, на фабрике работает, у него такое случилось! Жуть! Как ни обижена была Анна, но любопытство пересилило обиду. Что такого случилось у бедолаги, что он под столом, на втором часу после знакомства, начал щупать ее коленку? Причем это была уже и не коленка, а намного выше… тоже мне, гинеколог-любитель. Таких вольностей Аня никому не позволяла, она женщина, а не пепельница, в которую любому стряхнуть не лень. И не надо песен про зажатость, комплексы и здоровые инстинкты. Уважать себя – вот что надо. Любой женщине. – Он себя в зеркало увидел? – Нет. – Маришке было неловко, и она болтала втрое больше. Еще бы, подсунуть подруге такую свинью… она отлично знала Аню еще со времен учебы в меде, и знала, что женщина просто так не разозлится. – У него жена нашла себе любовника, привела прямо в родной дом, никого не спросясь… а они с детьми живут, с родителями… ее родителями, правда… Твою змею! – Мексика, ах эта Мексика… – Он дверью хлопнул и ушел. А ведь двадцать пять лет жили… Анна фыркнула. – Ну… в жизни всякое бывает. – Но? – правильно угадала ее настроение подруга. – Мариш, меня это не касается. Поехала я, ладно? До дома еще пилить и пилить… – Да у нас тут каких-то сорок километров до города, скоро дома будешь, – махнула рукой Марина, радуясь, что подруга не обиделась. – Ты ведь не пила совсем. – Потому и не пила, что мне за руль надо. – А у нас мужчины все перепились… Ань, может, все-таки Сеню с собой прихватишь? – Кого? – Ну… Семена. Это вот этот… Аня посмотрела на подругу, как на идиотку. Да, бывает у Маришки такое, иногда она пробуксовывает на поворотах. Куда она намерена ей впихнуть этого болвана? Аня ж его по дороге в канаву выкинет! – Козел? Перебьется! На крайняк постелешь ему в сарае, там таким козлам самое место. Откуда он вообще у вас взялся? – У меня Димка, сама знаешь… Аня знала. Дима был электриком – золотые руки, из тех, которые могут проложить проводку на века. Даже ввернуть обычную лампочку Димка умудрялся так, что она служила втрое дольше. Любые работы с электрикой, любое дело было ему по плечу. Аня и сама воспользовалась пару раз… – Вот. У нас же фабрику строят по производству удобрений, Димка там им половину линий монтировал, вот и подружились с Сеней… – Ну-ну… – Они недавно переехали, живут в соседнем селе, Сеня теперь вообще в городе… – Меня это не касается, – проговорила Аня. – Все, бывай… И уехала. * * * Одной на трассе не страшно. Днем. А вот поздним вечером, когда фары выхватывают из темноты кусты и деревья самых злодейских очертаний, когда слепят встречные машины, когда просто жутковато… Машина у Ани была не то чтобы сильно героическая – купила себе по случаю старушку «короллу», которую прозвала «коровкой». «Тойота» красного цвета кряхтела, стонала, но тянула исправно, главное, не забывать баловать ее хорошим маслом и почесывать брюшко на регулярных ТО. Зато девушка умещалась на водительском сиденье, вытягивала ноги и даже не до конца отодвигала кресло. А это было важно… Метр семьдесят пять роста, четвертый размер груди, объемные бедра… Пятьдесят второй размер одежды. Если бы не тонкая талия, которая отлично вмещалась и в сорок шестой… Аня по этому поводу не комплексовала. Если так сложилось, что похудеть не удается, грудь и попа видны в любой одежде и «вешалкой» ты не была никогда, даже в детстве… ну и наплюй! Прокачай талию так, чтобы осы завидовали, нацепи десятисантиметровые каблуки и плюй на всех. С такой высоты – отлично получится прицелиться. Аня пошла еще дальше. Обладая от природы русыми волосами и большими голубыми глазами, она отрастила косу и одевалась исключительно в джинсы и разных видов свитера. Иногда в платья, но только приталенные, с глубоким вырезом и расклешенной юбкой. Вот в платьях такого фасона Аня выглядела очень сексуально, Сеню можно было понять. Попа слегка маскировалась, а грудь вызывала слюноотделение у всех мужчин, включая импотентов и безнадежно женатых. Юбки Аня забросила в дальний угол, девушку они превращали просто в свиноматку. Мини-юбки и юбки в обтяжку – тем более. И то сказать… Есть полные люди, у которых складка на складку наползает. Есть ширококостные, которым нельзя худеть ниже определенного порога. Если под одеждой у тебя перекатываются мышцы, а не бублики с салом, ты не толстая. Что бы там ни говорили журналы и каналы. У моделей анорексию не долечили, а мы страдаем? Вот еще не хватало! Человек индивидуален. Ты личность, вот и не подгоняй себя под стандарты. Это как маску на лицо наложить, а потом откромсать все, что из-под нее выбивается. Глупо? Так что ж вы этим занимаетесь-то? Так Аня и размышляла, катя на скорости восемьдесят километров по трассе, когда свет фар выхватил из темноты лежащую на обочине фигуру. Кажется, старик, с седыми волосами… бомж? Да, наверное… А если человеку плохо и ему помощь нужна? «Аня, ты дура! Нет, ты клиническая кретинка. Которой прилетело по башке клятвой Гиппократа, которую вы, кстати, еще и не давали, как младший медперсонал…» Тьфу! Внутренний голос заткнулся, когда Аня свернула на обочину. Потом достала из-под сиденья газовый ключ и баллончик с перцем и вышла из машины. Подошла к человеку, наклонилась, настороженно оглядываясь по сторонам… Опа! Бомжи, говорите?