Медлячок

Лихорадочно стала дожидаться ответа, нервно постукивая по экрану ногтем, и он не заставил себя долго ждать.

— Милочка… — услышала глухой надломленный голос, ощутив, как по телу во все стороны расползается липкий озноб.

— Мам, что стряслось? Ты где…?

— Я в городской клинической больнице № 1! Господи, как же это не вовремя, дочка… Прямо перед Новым годом, столько дел… Контрольные у ребятишек… — её голос задрожал, а затем и вовсе затих…

— МАМА, да говори ты!!! Что случилось???

— Я упала с лестницы, когда выходила из павильона рынка… И так неудачно… Опять на левую ногу. Сложный перелом со смещением… Аж лицо сводит от боли! Скорее бы врач осмотрел…

— Мамочка… Ужас какой… — губы задрожали, и пришлось сделать усилие, чтобы не разреветься.

— Да, дочка! Думаю, проведу в больнице не меньше недели. Это в лучшем случае… — она тяжело вдохнула, а потом, после небольшой паузы добавила. — Собери мне вещи и вызывай такси! Сейчас отправлю список всего необходимого…

— Да, конечно… Я сейчас примчусь!





* * *


Через полчаса, когда я вылетела из подъезда с баулом под мышкой, уже почти стемнело. С ног чуть не сшиб пронизывающий до костей порыв ветра, и я действительно пожалела, что не надела зимний пуховик. Ещё вчера была аномально теплая для последнего дня ноября погода, и я абсолютно комфортно чувствовала себя в новом пальто, зато сегодня зима по-настоящему вступила в свои права.

Внимательно обвела глазами двор в поисках нужной машины, но как назло, такси до сих пор не приехало, хотя вызвала его заранее. Опять двадцать пять! Ждала, переминаясь с ноги на ногу, ощущая, как внутри всё трепещет от подступающих к горлу слез.

Ну, как же так, мамочка? Вот если бы я получила этот чертов аванс не вчера, а на несколько дней раньше… Знала, что она так и не купила себе зимнюю обувь и хотела сама выбрать в подарок какие-нибудь красивые модные сапоги, но не успела. Мама пошла по скользким дорогам в осенних ботинках, и так неудачно упала…

Почувствовала небольшое облегчение, когда во двор въехала машина с характерной желтой шашечкой на крыше, но по иронии судьбы, она затормозила около другого подъезда.

— Блин! — матерясь про себя, понеслась вперед, но в ту же секунду поскользнулась, теряя равновесие. Сама удержалась, а вот сумка от неожиданности вывалилась из рук, и, скрутив в воздухе сальто, с глухим ударом угодила на землю. В то же мгновение по обледеневшему асфальту посыпались мои вещи. В спешке забыла ее застегнуть…

— Черт! Да что за невезуха такая… — присела на корточки, стремительно закидывая обратно рассыпавшееся барахло. — Так, зеркальце, расческа… Вроде ничего больше не потеряла…





* * *


Нам с мамой толком и не удалось пообщаться. Передала вещи через медсестру, узнав лишь скудные подробности происшествия. Она поскользнулась и кубарем слетела с лестницы. В приемном покое сообщили, что сегодня сюда доставили полгорода с вывихами, ушибами и переломами. Никто не ожидал, что на улице такая скользина…

— Да, Милочка, да, мне всё передали! Спасибо большое… Сделали рентген… Сложный перелом со смещением… Несколько дней придется полежать на вытяжке, а когда отек спадет, сделают операцию. Врач обнадежил — после операции должно быстро заживать. Надеюсь, к середине декабря уже смогу вернуться домой… Вот такие дела, дорогая! — услышала потерянный голос самого близкого и родного человека, ощущая внутри полнейшее опустошение.

— Да, мамочка… Я приду завтра в приемные часы, приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое… Всё будет хорошо… Обещаю! Вместе мы справимся!

— Спасибо, дочурка. А теперь вызывай такси, и марш домой, уже очень поздно! И напиши мне, как вернешься. Дверь не забудь закрыть…





* * *


Когда двери нашего многострадального лифта, после нескольких минут ожидания, наконец, распахнулись, под какофонию безумных звуков в ушах, я вышла на лестничную площадку, опасливо озираясь по сторонам. Ну, мало ли… Редко возвращалась домой так поздно. Больничные часы показывали одиннадцать вечера, когда я смотрела на них в последний раз…

Остановилась у двери, стараясь унять взволнованное дыхание и скорее отыскать в сумке ключи от квартиры. Они всегда лежали в одном и том же отделе. Но пока в подушечку пальца уперся лишь зазубренный кончик большого ключа от тату салона.

— Да где эти чертовы ключи?! — озлобленно отправила вопрос в космос, мечтая поскорее закончить этот поганый день в своей уютной кроватке.

Прошло минут пять, как я лихорадочно шарила по всем отсекам сумки в поисках пропажи, но так ничего и не нашла. Присела на корточки, стараясь глубоко дышать и быстро соображая, как мне теперь попасть в квартиру.

Скорее всего, выронила их, когда бежала к такси. Вторая связка находилась у мамы, но ехать в полночь в больницу и расстраивать её еще больше, тоже, конечно не вариант.

В голове неожиданно вспыхнула идея. Трясущимися пальцами достала из сумки телефон, выжимая номер подруги.

— Алло, Мила, привет! Ты чего так поздно? Все нормально? — затрещал озабоченный голос Дашки, и от сердца немного отлегло.

— Даш, вы уже вернулись? — порывисто выдохнула вопрос, скрестив пальцы левой руки.


— Нет еще! Мама разругалась со своей старшей сестрой из-за помощи бабушке, и мы весь вечер пытались их помирить… Ну, ты знаешь эту историю… Только выезжаем из Подмосковья. Вернемся часа через два, не раньше… Кажется, я прогуляю завтра первую пару…

— А ясно… Так вы ещё там…

— Ну, да! Целый день в этой глуши! Мне уже плохо. Так, а что ты хотела?

— Нет-нет, ничего… — поспешно отключилась, стараясь протолкнуть вздох, который так и застрял в гортани, и еще раз медленно обшарила сумку и карманы пальто в поисках ключей от квартиры.

Но так ничего и не нашла. Отец и бабушка жили в Питере, а единственные близкие друзья и те находились в Подмосковье у родственников.

Вот черт. Мне просто некуда пойти ночевать… Хоть поднимайся к Крис на десятый этаж… Подавив истерический смешок, тут же отсекла эту мысль, стараясь справиться с нешуточным волнением, которое уже сквозило из всех щелей моей измученной души.

Палец вновь уперся в кончик ключа от тату салона, и я вздрогнула, медленно вытолкнув из горла отчаянный хриплый вздох.

Другого выхода нет. Переночую сегодня там, на диванчике у входа… Никто и не узнает…





* * *


Зашла в «Волчью пасть» ровно в полночь, ежась от кружащих вихрем в душе разрушительных эмоций. Готова была выть белугой от жалости к самой себе.

— Вот, Мила-растеряша!.. — с горечью просипела, включая повсюду свет.

Ну, вот, дожились, буду ночевать как бездомная бродяжка на диванчике для посетителей! Саркастично выдохнула смешок, скидывая пальто и залезая с ногами на тахту.

Подсунула под голову маленькую декоративную подушку, сжимая ноги в коленях, а ладони укладывая себе между ног. Я так устала и перенервничала, что сразу же была готова отдаться в объятия Морфея…

Ресницы задрожали, а по телу моментально стало разливаться блаженное тепло, когда вдруг кто-то с силой сжал мою щиколотку… Вскрикнула от неожиданности, распахивая глаза и испуганно щурясь, чтобы разглядеть того, кто плюхнулся на диван рядом со мной…

— Демид…? — проговорила на выдохе, стараясь собрать себя в кучу и скорее занять сидячее положение. Черт, он увидел, что я прилегла здесь поспать…

Во взгляде парня сквозило неподдельное изумление. Несколько секунд мы, молча, пожирали друг друга глазами, после чего, взъерошив пальцами темно-каштановые волосы, он прерывисто озвучил.

— Новый Год ещё только через месяц, а подарки уже начали поступать… Сама Милочка решила остаться у меня на ночь… — Страхов продолжал сцеплять пальцы вокруг моей тонкой щиколотки, с каждой секундой всё сильнее надавливая на какую-то волшебную точку в центре ступни…





Глава 17




Мила Лапина

— Демид… — повторила я судорожно, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы описать сложившуюся ситуацию. Воздух вокруг стал тягучим и разряженным, как будто мы находились высоко в горах.

— Лапа… — прошептал настолько тихо, что мне показалось, я слышу звук биения его сердца.

Наши взгляды зависли друг на друге, будто бы в компьютерной программе случился сбой. Нужно было что-то сказать, но язык словно прирос к нёбу.

— Ладно, всё ясно! — вдруг властно проговорил парень, подскакивая и хватая меня за руку.

— Чтооо…? — глаза округлились от изумления, когда его сильные руки подняли меня с дивана.

Страхов снял моё пальто с вешалки и буквально заставил протолкнуть руки в рукава, после чего сам стал застегивать пуговицы. Я очумело наблюдала за действиями парня, пытаясь понять, что у него в голове.

— Демид, не гони меня отсюда, пожалуйста… Мне просто некуда больше пойти… Я… — в уголках глаз замаячили слёзы.

— Пошли, пошли… — шептал, подталкивая меня к входным дверям.

— Но Демид…

— Дома поговорим! Ладно? — сказал вдруг резко, отчего от лица отхлынула вся кровь.

— Дома…? — ответила не своим голосом, стараясь вникнуть в смысл сказанных им слов.

— Да… у меня ДОМА! — босс буквально прорычал последнее слово, утягивая за дверь.

— Но я не могу поехать к тебе… — изумленно повернула голову, врезаясь глазами в его рассерженный взгляд.