Ледяная королева

«Ведь кому нужна принцесса, когда ты можешь обладать королевой?»

Такой была моя правда.

Эльзира выдохнула столь холодный воздух, что у меня заболел нос.

«Ах, да. Мне нужна принцесса, поскольку королева буквально исчезает на моих глазах. Мне нужна сила. Мощь. Нужен доступ в Скрытые земли. Война Духа реальна, я знаю это. И ледяная королева — лишь ступенька на пути к цели. Я не должен переворачивать ее, чтобы посмотреть, что она скрывала под своим платьем. Мне нужно лишь ее использовать».

— Все началось, когда мне исполнилось восемнадцать, — пробормотала Эльзира, ее глаза постепенно становились жесткими.

Я выпустил ее запястья, ослабив хватку, а потом провел ладонью снизу вверх по тонкой руке, чтобы снова согреть королеву. Когда достиг впадины под ее рукой, я задержался там на мгновение, а потом скользнул ладонью по ее груди. Эльзира судорожно вздохнула, что никак не помогло моему возбужденному состоянию. Неохотно я поднял пальцы к ее ребрам и остановился там, надеясь поднять температуру тела королевы.

«Почему?»

«Зачем делать так, чтобы ей было удобнее?»

«Потому что могу».

Все очень просто.

— Продолжай, — потребовал я, проводя большим пальцем по бриллианту, пришитому к ее платью.

— Я была зла, — прошептала Эльзира. — К нам приехали гости с родины мачехи. Двоюродная сестра Янны с мужем. Они были так счастливы. У них пять детей. Все они улыбались и носились по дворцу, ни о чем не заботясь. Они были хорошими родителями, по-настоящему любившими друг друга. Это сквозило в их улыбках и том, как они прикасались друг к другу, — она поджала губы. — А у меня была Янна. Не мой ребенок, но я несла за нее ответственность. Я люблю свою сестру, но тогда чувствовала обиду на нее. Ведь когда-нибудь она заживет жизнью своей кузины. А все потому, что я создам для нее эти условия, — Эльзира сглотнула, в ее глазах мелькнула вина. — Но кто сделает то же самое для меня? Никто. Я смирилась с тем, что у меня никогда не будет нормальной жизни.

— Ты королева, — напомнил я ей. — Это лучше.

Она посмотрела на меня, и на ее губах мелькнула легкая улыбка. Сердце сжалось в моей груди. Затем Эльзира снова посерьезнела и продолжила.

— Во мне разрастался гнев. Я хотела что-нибудь сделать. Уничтожить. Кого-то обидеть. Я не могу объяснить свою злобу. Внутри меня будто сидел зверь.

Это не было похоже на то, как я вызывал свой огонь.

Интересно.

Мне и самому было почти восемнадцать, когда после смерти матери я стал испытывать злость. Сильные эмоции выявляли способности. Как только я научился управлять этим чувством, то легко смог манипулировать им в своих интересах. Это стало второй натурой. Так же легко, как дышать.

— Что потом? — спросил я.

— Я никогда не сталкивалась с Проклятыми. Слышала лишь рассказы отца и видела издалека, — она затравленно посмотрела на меня. — Страх был движущей силой во всех моих поступках. Вот только на этот раз гнев повел меня прямо к гнезду Проклятых.

Я нахмурился, представив юную Эльзиру, шагавшую по заснеженным землям в одиночестве, испытывавшую гнев и втайне напуганную. Прямо в гнездо Проклятых. Настоящее самоубийство. В гнезде обычно сотни, если не тысячи Проклятых.

— Ты знаешь, они спали, — прошептала она. — Прижавшись друг к другу, чтобы было теплее. Так напоминают людей, которыми были раньше.

Когда-то они убивали, крали, насиловали или совершали другие преступления, за которые их и изгоняли. Проклятые были нехорошими людьми. Это монстры, которых ждало наказание в виде безумства. А потом их вели на ледяную смерть. Мой народ — то же самое делали правители западных и восточных королевств — гнал их в Экваторию. Бесплодную пустыню. Ничего живого там не было, кроме деревьев кимиллы, ломящихся от сочных плодов. И просто умолявших, чтобы их попробовали. Независимо от того, как сильны были люди или как они узнавали о том, что творил с ними плод, они всегда поддавались. Голод и жажда заставляли даже самых стойких людей сдаться и поддаться искушению. Однако плод кимиллы становился началом конца для них. Он отравлял их разум и мутил рассудок. И когда пустоши становились слишком многолюдны, вулки убивали Проклятых, но не раньше, чем загоняли на северные Ледяные земли.

— Я так злилась на свою слабость. Злилась, что у меня нет возможности выбрать свое будущее. Злилась на тех, кто был счастлив. Была в бешенстве, что у меня не обнаружилось дара, как у моего отца, — одинокая слеза скатилась по ее виску. — Я хотела умереть.

Внутри меня поднялась ярость. Эльзира была королевой. А они никогда не сдавались лишь из-за того, что все шло не так, как им хотелось. Это буквально кричало о слабости. Неудивительно, что она таяла на глазах. Эльзира была недостойна быть королевой. Ее сердце на это не способно.

— Я стояла перед ними, — прошептала она. — И ждала. Наконец, они учуяли меня. Сперва лишь один. Он поднял голову и посмотрел на меня совершенно бездушным взглядом. Голодным. Они ведь едят человеческую плоть.

Да, я знал.

Слишком многим моим людям перегрызали глотки эти безмозглые дикари.

— Он издал какой-то крик, который насторожил остальных. А потом они все уставились на меня своими черными глазами. Даже самые маленькие.

Может, Проклятые и становились абсолютно безумными, однако их не покидало врожденное стремление размножаться. Так они растили еще больше монстров. С детьми дела обстояли куда хуже. Большинство из них не переживали младенчества, поскольку родители были совершенно нерадивыми. Однако некоторые все же выживали. И по мере взросления становились еще более дикими, чем остальные. У них не было даже крошечного воспоминания о том, как быть человеком. Маленькие ужасные существа.

— Они кинулись на меня, — выдохнула Эльзира, голубые глаза сверкнули ярче. — Я побежала. Так быстро. Я хотела умереть, а потом просто не смогла. Страх отступил под натиском гнева, и я побежала, спасая свою жизнь. Только представила, каково это — быть съеденной этими монстрами, а потом взорвалась от переполнявших меня эмоций. Зверь внутри меня, которого я принимала за гнев, вдруг взревел, Райк. Он вышел на свободу и разошелся волной, — Эльзира протянула мне свою руку. — Зверь буквально сорвался с моих пальцев. Холодный и злой. Ему очень хотелось сбежать. Поэтому я направила зверя на них. На живые оболочки, — Эльзира несколько раз моргнула, а потом на ее лице расцвела зловещая улыбка. — Зверь оказался моим даром. Холодный. Смертоносный. Словно алмазные лезвия. Оружие, сделанное изо льда. Я осветила ночное небо ярко-голубым светом, уничтожая всех Проклятых. Всех до единого. Даже самых маленьких. За пару минут я уничтожила все гнездо.

— Ты нашла свой дар, Каратель, — произнес я, довольный поворотом истории. — А теперь расскажи, как ты его потеряла.



ГЛАВА 5



Эльзира

Я не ненавидела тепло. Ни капельки. Жар Райка растапливал мой лед. Заставлял думать яснее, чем когда-либо. В то же время король был ужасным человеком с гнусными намерениями в отношении моей сестры, но я не могла втайне не благодарить его за то, что пробудил меня, выведя из тумана.


Может, Райк и был совершенно восхитительным на вид и соблазнительно пах, но я знала, кем он являлся. Кем был. Райк — враг, который хотел уничтожить то, что принадлежало мне. Забрать это. Только я никогда не позволю этому случиться.

— Мой дар по-прежнему со мной, — солгала я, прищурившись.

Безумно красивый мужчина ухмыльнулся.

— Нет, это не так.

— То, что я воздерживаюсь от использования дара, еще не означает его отсутствие, — на этот раз я говорила правду. Я знала, что дар живет во мне. Зверь дремал или спал. Слабый и умирающий. Но он все еще был там.

— Думаю, этому можно верить. Расскажи мне, почему ты так слаба. Когда это началось? Это как-то связано с твоей матерью?

Упоминание о матери привело меня в бешенство. Я попыталась оттолкнуть от себя его большое тело.

— Слезь с меня! — прорычала я. Однако прежде чем я успела снова вцепиться в его лицо, черты Райка пугающе исказились, а потом он снова сжал мои запястья.

— Еще раз меня оцарапаешь, и я пройдусь хлыстом по твоей заднице, — выплюнул он.

Я изумленно посмотрела на него. Представив, как склоненная над кроватью стояла бы с задранным на спину платьем, я испытала неприятный жар, обжегший мои щеки.

— Ты не посмеешь.

— Я бы с большим удовольствием раскрасил твою задницу, королева.

— Ты ужасен, — прошипела я. — Как твой народ выносит твое присутствие? — я прищурилась. — Ах, верно. Они и не выносят. Твои люди грабят и нападают на других, за что попадают в Экваторию, чтобы быть подальше от тебя, — я рассмеялась. — Я бы тоже съела кимиллу, чтобы больше тебя не видеть.

— Твои колкие фразы никогда не смогут меня задеть, — с самодовольным видом отозвался Райк. — Но я готов аплодировать тебе за старания.

Я хотела снова начать унижать его, но боль вдруг скрутила живот. Всхлипнув, я закрыла глаза. В последнее время боли появлялись все чаще. За ними следовали головокружения и слабость. Желудок избавлялся от содержимого — все происходило почти так же, как было с моей матерью — и единственное, что мне помогало: мой чай фарсоп и тоники. Если бы не отчаянные попытки Янны узнать, что убило мою маму, и ее желание убедиться, чтобы меня не постигла та же участь, я бы уже давно умерла. Янна почти не отрывалась от книг по приготовлению тоников, она постоянно искала нечто, способное помочь мне с моим состоянием. Тоник из биллибона снимал боль в животе. Тоник из листьев воксина дарил энергию. А тоник из желтых ягод мог противостоять скрытым болезням. Ежедневно принимая их, я могла удерживать смерть в страхе.

— Мне нужны мои тоники, — пробормотала я. — Пожалуйста. Моя сестра останется совсем одна, если я умру.

— Она будет со мной, — парировал Райк, его глаза лукаво блеснули.

— Не по своей воле, — ответила я. — Возможно, мы придем к какому-то соглашению. Тому, что устроит всех нас. Но я не смогу придумать его из-под земли.

Прежде чем он успел ответить, раздался стук в дверь. На мгновение мое сердце затрепетало в надежде, что это Янна. Но потом я вспомнила, что она никогда не стучалась. Янна ведь была мне сестрой, и спокойно входила в мои покои. Мы были будто двумя половинками одного целого.

— Войдите, — рявкнул Райк, отпуская меня, чтобы сесть.

В комнату вошел мужчина с подносом. За ним последовал еще один. Оба с любопытством взглянули на меня. Взгляд одного из них задержался на моей груди, и я натянула на себя одеяло, чтобы избежать его взора.

— Где Джорши и Фэйден? — холодно спросил Райк, подходя к мужчинам.

— Встречаются с Дэнсером, — ответил тот, что с любопытством меня разглядывал.

Райк стиснул зубы, посмотрев на него сверху вниз.

— И откуда мне знать, что эта еда не отравлена, Гортен?

Гортен резко повернул голову к двери, в которую в этот миг вошел невысокий полноватый мужчина с красным лицом.

— Ты всегда можешь доверять Яшке, — произнес коротышка. — Ты же знаешь.

Райк заметно расслабился.

— Надеюсь, эта еда годится для королевы?

Яшка охнул, словно Райк его ударил.

— Прошу прощения, Ваше Величество? Вы смеете оскорблять лучшего повара всех земель?

Гортен и его спутник напряглись, будто опасаясь гнева Райка. Однако, по всей видимости, у Яшки было право свободно говорить с королем, поскольку Райк лишь усмехнулся.

— Прошу меня извинить, Яшка, — произнес он. — Мы с нетерпением ждем трапезы.

Райк отпустил всех троих. И как только они ушли, я села и попыталась встать, но комната закружилась вокруг меня.

— Я не е-ем т-такое, — сказала я королю, прижав руку к животу, когда тот снова пронзила боль. — Наверное, она пропитана ядом.

Райк поднял крышку с подноса и взял кусок мяса. Закинув его в рот, он стал громко жевать, а потом слизал жир с пальцев.

— Как видишь, я все еще жив.

— К сожалению, — проворчала я.