Коронованная звездами

Из соседнего зала вышла пожилая женщина со стопкой книг в руках. Кажется, Арманде так же неловко, как и мне, хотя она лучше это скрывает. На ее губах – ни намека на сердечную улыбку, которую я помню. Видимо, кресло и вторая чашка предназначены ей.

– Пока вы не начали, – Кассиан касается моих волос, заправляет прядь за ухо, – я хочу кое-что спросить. После побега из дворца ты некоторое время странствовала в одиночку.

О нет. Он что-то подозревает. Он что-то знает…

– Куда именно ты отправилась, Майлин?

Кассиан сидит у меня за спиной, и я не вижу его лица, но по взгляду Арманды понимаю: он смотрит на нее. «Не выдавай меня!» – думаю со всем усилием, на которое только способна. Вполне возможно, Арманда что-то знает, ведь Лиам и Алис говорили о ней после того, как вытащили меня из воды. В суматохе я совсем забыла об этом и вот вспомнила только сейчас.

– Я собиралась спрятаться в лесах, – отвечаю я. – Тех, что вы называете Жадными. Я хотела отправиться туда.

– Там довольно опасно.

– Верно. – Опускаю голову. – Мне бы радоваться, что генерал так вовремя отправил меня домой.

– Хорошо, – удовлетворенно отзывается Кассиан, откидываясь на спинку кресла. – В таком случае начинайте урок.

Арманда зачитывает первую историю о Лиаскай. Здесь повествуется о некой богине, которая так сильно любила моря и небеса, день и ночь, что решила в них раствориться, чтобы как можно лучше защищать свой любимый народ и заботиться о нем. Но народ не понимал языка Лиаскай, и Лиаскай была очень одинока. Поэтому она искала подругу, с которой сможет говорить, которая будет ей помогать и в то же время станет мостиком между богиней и людьми. Лиаскай избирала одну Королеву за другой, но никто не выдерживал долгой связи с богиней.

История полна имен, подробностей и дат, которые ни о чем мне не говорят, ведь я не знаю, от чего ведется летоисчисление. Да и вообще, я не могу похвастаться внимательностью. Все мысли – только о закованном в цепи Лиаме. Мне нужно к нему. Как угодно!

Сюжет заканчивается на том, что Лиаскай впадает в отчаяние: с одной стороны, она не хотела вредить своему народу, с другой – чтобы общаться с людьми и слышать их голоса, ей нужны Королевы. Лиаскай погрузилась в тысячелетний сон, подсказавший ей решение. Этот сон она посылала всем последующим Королевам. Так родилось пророчество, согласно которому однажды отыщется истинная Королева. И появится она из Завременья.

– И с тех пор вы похищаете девушек, – тихо произнесла я, о чем тут же и пожалела – Кассиан без предупреждения ударил меня в поясницу. От страха и боли у меня вырывается стон.

– Во время уроков ты говоришь только тогда, когда тебе задали вопрос. А вопросов будет много, для народа важно, чтобы ты разбиралась в священных текстах. Понятно?

– Конечно, – отвечаю я, стиснув зубы, и беззвучно добавляю: – Шоу должно продолжаться.

– За правильными ответами последует награда. – Наклонившись вперед, Кассиан откидывает мне волосы за плечо, гладит меня по шее. – За неправильными – наказание.

И вдруг снова наносит удар, от неожиданности я сгибаюсь пополам. На глаза наворачиваются слезы боли и злости: мне придется играть роль коврика для ног.

– Надеюсь, ты слушала внимательно. Кто была первой Королевой Лиаскай?

На долю секунды меня охватывает искушение ответить неправильно, ибо даже боль ничто рядом с отвращением, которое я испытываю от его прикосновений. И этот гад женился на моей сестре… Сама мысль об этом тошнотворна.

– Ее звали Мелиша, ей было восемь лет, когда она заняла трон, и девять, когда умерла.

Нет смысла нарываться на побои, тем более что Кассиан наверняка получает от них удовольствие. Надо придерживаться плана, усыпить его бдительность и ждать своего шанса.

Мне и так достается, потому что я не могу ответить на половину вопросов. На обратном пути в свою комнату двигаюсь неловко и медленно, как какая-нибудь старуха, и беззвучно лью слезы. Натаниель открывает передо мной дверь, входит следом и закрывает ее за собой.

– Что случилось? – заинтересованно спрашивает он. Пока мы шли по коридорам, он казался безмятежным, но теперь его лицо искажено мукой.

Испытываю непреодолимое желание врезать ему как следует.

– Я встречалась со своим будущим супругом, – с вызовом ответила сквозь сопли и слезы. – И он уже сейчас знает, что мне нравится. Убирайся из моей комнаты, Натаниель. Вон!

Натаниель выдержал мой взгляд, кивнул, отвернулся и оставил меня в одиночестве. Захлопнув за ним дверь, я прислонилась к ней ноющей спиной и сползла на пол.





Глава 40




Ночь бархатным покрывалом опустилась на дворец, и будто стало легче дышать. Стемнело, на крыше зажглись огоньки, и меня наконец оставили в покое.

Весь вечер я ломаю голову: как передать весточку Лиаму? Есть у меня несколько идей, но все они невыполнимы. Выход я вижу только один: Грейс. Но разве я могу требовать, чтобы она так рисковала? Снова?

Сквозь мрак ночи в мою спальню льется звездный свет. За стеной, над сверкающей крышей дворца всходит луна.

Интересно, Вики тоже сейчас ее видит? Представляю себе, что луна может отразить не только свет солнца, но и мою глубокую веру. И я тихо клянусь Вики, что найду способ вернуться.

Смотрю на ночное небо и неожиданно замечаю: несколько звезд выстроились в изогнутую линию. Если включить воображение, то линия чем-то похожа на весы! «Луна на весах». Да, все так.

Скорее бы луна легла на весы, а то мое терпение уже на исходе! Сегодня луна плывет по небу ужасно медленно. Но вот время пришло. Я стучусь в дверь.

– Миледи? – откликнулся из-за двери часовой.


– Простите, но мне срочно нужно в уборную.

– Это так необходимо?

Сердце бешено бьется.

– Пожалуйста!

Ответа не последовало. Но в следующий миг послышался шорох ключа в замочной скважине, и дверь открылась.

– Прошу вас, только недолго.

Холод камней больно жжет ноги. Босиком я спешу по коридору, стражник следует за мной. Оказавшись у двери в ванную, благодарю его улыбкой и забегаю внутрь.

На мгновение меня охватывает разочарование. Но вот за ванной мелькнула тень! Быстро и беззвучно, словно ночная кошка, ко мне подошла Грейс. Не говоря ни слова, мы крепко обнялись.

– Ты подвергаешь себя огромной опасности! – шепчу я ей на ухо, поглаживая ее коротко стриженные волосы. – Король что-то подозревает?

– Нет, – тихо отвечает Грейс. – Иначе мне отрезали бы не только волосы… – Она широко улыбается, а меня мутит. – Но как же они тебя схватили?

– Я сглупила.

– Ничего страшного. – Грейс морщит носик, будто мы здесь шепчемся о моде или о симпатичных мальчишках. – Попробуем еще раз.

Я качаю головой.

– Нет. Нельзя так. Слишком опасно! Король – просто коварство во плоти, если он узнает, что ты…

Грейс прижимает пальчик к моим губам.

– Но ты должна сбежать.

– Ты стольким рискуешь ради меня…

– Ты подарила мне гораздо больше, – возражает она, кладя руку на сердце. – Слова. Имя. Мое самое я.

– Но это же…

– Пустяк, – договаривает Грейс за меня. – Но ты сделала его. Именно ты. Никто другой. Ты освободила меня, Майлин. А со мной и многих других, таких же, как я. И теперь мы тебе поможем.

– Мы?

– Грейс, – гордо произносит она. – Руби, Дейзи, Виллоу, Лайне, Бобби, Константин, Алек, Мартин и Том.

Меня всю трясет, не знаю, то ли от страха, то ли от решимости. В любом случае одно с другим тесно связано.

– Многие из нас страстно желали обрести речь и имя. Но все думали, что предание не лжет, – объясняет Грейс.

– Какое еще предание?

– Что по воле Матери слова задушат нас, слуг, когда мы попытаемся их произнести. – Грейс неловко облизывает губы. – А вот я никогда в это не верила. Лиаскай добрая Матерь, да и в книгах нет такого предания. Но мне не хватало духа заговорить… Ты вдохнула в меня мужество. И я передала его другим, показав, что говорить – совсем не страшно. Майлин, ты нам всем очень помогла. А теперь мы хотим помочь тебе.

И я соглашаюсь:

– Хорошо, мы попытаемся. Но только когда будет не так опасно.

Тут раздался стук в дверь, и мы обе вздрогнули.

– Миледи, прошу, поторопитесь.

Стражник!

– Да, я сейчас! – громко отзываюсь я, сжимая руку Грейс.

– Есть один узник, – шепчу я ей. Грейс сразу понимает, о ком я, и глаза у нее округлились от ужаса. Я продолжаю: – Без него я отсюда не выйду. Мне надо с ним как-то поговорить. Или написать ему. Что думаешь?..

Она кивнула.

– Я все устрою. А теперь уходи, скорее! Приходи через три дня в это же время.

Обняв меня напоследок, Грейс исчезает во мраке, а я тенью возвращаюсь обратно в спальню.