Коронованная звездами

«Это понятно, – мысленно отвечаю ему я. – И вы совершенно уверены, что никуда я отсюда не денусь».



И только в обед у Вики нашлось для меня время! Но Кассиан обедает с нами, поэтому я не могу обсудить с сестрой, как нам вернуться домой. Помимо данной темы, весьма деликатной, меня не покидает чувство, что Кассиан следит за нами, и это не просто интерес к заботам жены и свояченицы. Нет, здесь кроется нечто большее! Вдруг он один из тех, кто подозревает, что я причиню Вики вред и сама стану Королевой? Наверное, стоит познакомиться с ним поближе, понять, кто он такой?

После еды Вики предлагает мне прогуляться. И наконец-то, наконец-то мы ненадолго остаемся наедине! Шествуем под ручку по какому-то коридору – я здесь еще не бывала. Повсюду такая роскошь! От удивления не могу вымолвить ни слова! То и дело останавливаюсь поглазеть на картину, статую или искусно сотканный гобелен. По всему коридору расставлены диванчики и кресла, а перед ними – маленькие столики. На каждом столике подставка с кофейником.

– Очень удобно, – одобряю я, обращаясь к Вики. – Идешь из спальни в столовую, а по пути культурно просвещаешься!

Оглядев себя в зеркало, Вики поправляет серебряную заколку и оборачивается ко мне.

– Тяжело тебе? Все никак не привыкнешь? Как же тебе помочь? Ты скажи, я все сделаю!

– Мне поможет только возвращение домой, – без обиняков заявляю я. – Наверняка есть способ – ты же Королева! Прикажи междумирцу…

– Ты совершенно права, – перебивает Вики. – Я Королева. Полагаешь, я могу просто взять и исчезнуть?

Напрашивается пугающий вывод.

– Тебя что, держат здесь силой?

Вики рассмеялась. Звонко, но как-то неискренне, фальшиво.

– Пойдем!

Она берет меня за руку, и мы идем дальше.

И вот перед нами изящные дверцы, ведущие в зимний сад. Вики толкает дверцы, и мы заходим внутрь.

– Вернуться, говоришь? – Она осторожно затворяет сверкающие дверцы.

Это же птичья клетка! Вольер, усаженный деревьями, просто громадный, больше столовки в моей школе! Куда ни глянь – повсюду птицы! У птиц оперение, у оперения цвета, краски. На ветках под самым стеклянным куполом все щебечет и чирикает, галдеж страшный, и сестра повышает голос:

– Мэй, ты посмотри вокруг! Зачем мне возвращаться? Все здесь: моя жизнь, мой муж, мой народ! Моя страна.

Я смотрю – и не могу наглядеться. Зал, а в нем сотворили целый мир! Кручу головой по сторонам. Какая красота! Дух захватывает! Белки играют в салочки, прыгают с ветки на ветку и соскакивают прямо в море цветов, спугивая бабочек. И недели не хватит, чтобы изучить хотя бы половину этой чудной флоры и фауны. Вики высвистывает какую-то мелодию, и на вытянутую руку садится огромная птица, оперение которой переливается синим и фиолетовым.

– Раньше мне всегда хотелось завести птичку, – произносит сестра очень тихо, словно обращаясь к птице, а та слушает ее, поблескивая умным взглядом. – Но мать не разрешала. Потому что ты их боялась, представляешь, Мэй? Стоило тебе завидеть птиц, ты начинала реветь.

Качаю головой.

– Я не боялась. А плакала, потому что те птицы были заперты в клетках. Я никогда не говорила тебе об этом. Ты ведь тоже хотела птичку в клетке.

– В самом деле? – Вики улыбается. – Здесь клеток нет.

Как она ошибается!

Вот оно, то неясное безымянное чувство, которое скреблось у меня на душе все эти дни! Стоя перед Вики, я наконец понимаю, что имя ему – сомнение. Эта Вики совсем чужой мне человек! Кто же она? Сестра, любимая мной, несмотря ни на что? Незнакомая молодая женщина? Королева – Ее Величество?

А может, все вместе? Просто я слишком глупая и не вижу дальше собственного носа?

– Вики, неужели ты совсем не думаешь о маме?

Ее лицо не дрогнуло – ни тени боли или горечи! Неужели так хорошо скрывает чувства?

– Ты хоть понимаешь, через что она проходит каждый день? Вики, ты в бодрствующей коме! Ты носишь подгузники, стоит недоглядеть, у тебя образуются пролежни! Ты пускаешь слюни, харкаешь…

– Прекрати, – шепчет Вики, а мне кажется, что она кричит в голос.

Птица улетает.

– Я не желаю об этом слышать.

– Но ты должна услышать!

– Я ничего не должна. Мэй, я понимаю, у тебя душа рвется на части. Со мной было так же. Но я исцелилась, смирившись с тем, что Завременье больше не мой дом. И никогда им не был.

Ее взгляд летит по саду подобно птице. Свободно. Взмывает к самой стеклянной крыше.

– Разве ты никогда не чувствовала, что принадлежишь другому миру? Искала какое-то место, ощущение, человека какого-то – искала и никак не могла найти… Спрашивала себя снова и снова: откуда эта тоска? Что она пытается тебе сказать?

Я хочу возразить, но не могу выдавить из себя ни звука. Мне солгать? Или признать: Вики права. Странное ощущение, что я ее не знаю, зато она прекрасно знает меня.

– Прислушайся к себе, – шепчет Вики. – Вспомни то чувство, ту тоску. Что она говорит?


Я опять промолчала, и это молчание красноречивее любых слов. Тоска, снедавшая меня дома, без следа исчезла… Не чувствую ее с тех пор, как оказалась в Лиаскай.

Вики кладет руку мне на плечо.

– Майлин, как же хорошо, что ты в Лиаскай! Даже помыслить себе не можешь, насколько это для меня важно! Твое появление решило все мои проблемы. Ты настоящее спасение!

Вики порывисто обнимает меня, крепко прижимая к себе. И я обнимаю ее в ответ. Мои слезы капают на ее платье.

Вики вздыхает:

– Мэй, ты нужна мне здесь. Без тебя я… без тебя все рухнет. И знай: если бы путь домой был, я бы тебе сказала. Но обратной дороги нет.

Довольно долго мы с Вики пробыли в огромной птичьей клетке. Здесь нам удалось спокойно поговорить. И мне даже кажется, что преграда, разделявшая меня и Вики, исчезла. Разумеется, у сестры есть тайны – но разве их нет у меня? Вики тоже кое-чего не знает. Да, я сдержала свое обещание никому не рассказывать о Питере. Но все равно не могу выбросить его из головы.

Ближе к вечеру Вики, извинившись, засобиралась. Мол, ей еще надо написать письма, а этим она лучше займется в своих покоях. Я проводила ее до Тронного зала.

– Точно хочешь еще поработать? – осведомляюсь я, сжимая на прощание ее руку. – Такая бледная… Совсем вчера не спала, что ли?

Вики помассировала виски.

– Так и есть. И позавчера, и два дня назад, и еще… Твоя правда, вздремну ненадолго. Передавай генералу от меня привет.

– С чего ты взяла, что я пойду к нему? – слукавила я, но румянец выдает меня с головой. Я ведь действительно подумывала заглянуть в его кабинет!

– Да так, – усмехнулась Вики. – Не будь я замужем за королем, последовала бы твоему примеру. Хорошо тебе провести время, милая!

С пылающими щеками стучу в дверь кабинета. Ероша рукой свои короткие волосы, Натаниель корпит над какими-то бумагами. Завидев меня, он с каким-то облегчением трет лицо ладонями.

– Не помешаю? Разбираешься с налогами?

– Да, что-то вроде. Входи, Майлин.

– Вообще-то я надеялась, что ты покажешь мне окрестности дворца. Надоело целый день находиться в четырех стенах! Хочу подышать свежим воздухом.

И вот мы гуляем по пастбищам, раскинувшимся от дворца до южной стены. Здесь мне гораздо лучше. К тому же в деревянной изгороди точно не прячутся невидимые королевские воины и за мной никто не шпионит. Ветер в последние дни стих, уступив место летнему теплу.

– Над чем ты так усердно трудился? – полюбопытствовала я. – Опять этот треклятый Крис Босуорт?

Почему-то его имя меня очень заинтересовало.

Натаниель потер переносицу.

– А как же. Но сейчас я готовлюсь к поездке в Амису. Это страна на юге, самая большая на континенте. В Амисе много неуправляемой магии. Путь предстоит тяжелый.

Не нравится мне эта затея!

– А зачем тебе туда? Понадобится твой медальон?

Я не собиралась его расспрашивать, но, раз такое дело, нельзя упускать возможность что-нибудь выяснить!

Он кивает.

– С ним гораздо удобнее, да и путешествовать легко. Но во-первых, магия Церцериса не безгранична, после прыжка потребуется время на ее восстановление. Незачем жертвовать магией ради удовольствия. А во-вторых, я поеду не один.

– А с кем?

Может, король тоже едет? Тогда у нас с Вики будет больше времени, чтобы пообщаться наедине.

Однако Натаниель отвечает:

– Полдюжины королевских воинов и все наши рекруты. Для них это своеобразный экзамен. Несколько недель будут очень непростыми. Лишь те рекруты, кто выдержит все тяготы пути, станут обучаться на королевских воинов.

– Жестко. А кто тогда поймает Босуорта?

Натаниель изогнул бровь:

– Знаешь, кое-кто из моих людей твердо уверен, что ты шпионка Босуорта.

– Надеюсь, они не из тех, кто караулит мою спальню.

На губах Натаниеля играет улыбка.

– А что, они караулили бы очень добросовестно. Но я тоже задаюсь вопросом, вдруг они правы? Интересно, какова твоя роль во всей этой истории.