Князь тьмы и я

Все бы ничего, но это он «пошел», а вот мне пришлось побежать.

***

Бежать мне пришлось в разных направлениях – влево, вверх, вправо, вверх, по первому этажу здания в горах, а ранее мы получается передвигались по подвалу, до самого упора крытой галереи, в помещение, где все вампиры подскочили, едва мы вошли.

Вампиров тут было около полусотни, мониторов втрое больше, и если в первый миг я подумала что это охрана и на экранах вид с камер, то уже в следующее мгновение, я поняла, что эти мониторы отслеживают вовсе не обстановку вокруг замка – они контролируют сеть.

– Чего встали? За работу, – прорычал Навьен.

Вампиры торопливо вернулись к своим далеко не столь безобидным, как могло бы показаться обязанностям, а тысячник повел меня к одному из столов у окна. Его столу, судя по тому, как по-хозяйски он водрузил на его край мои туфли, после чего указал на слишком громадное для меня кресло и приказал:

– Садись.

Опасливо обойдя его, я села, и вздрогнула, едва на экране в великолепном разрешении начала воспроизводится запись, которую я уже видела! Дважды! Один раз вчера утром мельком, потом мне именно ее продемонстрировала Малисент, а теперь вот…

– Я не буду это смотреть! – разъяренно сообщила вампиру.

– Да ладно, – Навьен притянул ближайший свободный стул, сел. – Ты же в полиции работаешь. В смысле вы работали, княгиня. А теперь посмотрите на эту запись как работник исполнительных органов, а не перепуганная девчонка.

Я смерила Навьена самым уничижительным взглядом из всех, на которые только была способна, повернулась к монитору, вгляделась и… это был не Даркан.

Я не поверила в первый момент, прикоснулась к экрану, отмотала запись, поставила в более замедленном режиме и через несколько секунд начала грызть ногти, плевать что накрашенные. Потому как в большом разрешении, и в замедленной съемке, отчетливо поняла – князя подставили. Очень качественно. Майк вчера распространил видео, а кто ему его передал? И почему у Малисент оказалось видео гораздо в гораздо лучшем разрешении, чем то что ушло в сеть, чем даже то, что сейчас мне показывал Навьен.

– У вас не первоисточник, – заключила я.

– Откуда инфа? – мгновенно напрягся вампир.

– Догадалась, – ответила, внимательно вглядываясь в черты князя, который князем не был, – у Малисент на телефоне было видео в гораздо лучшем качестве.

– Видео у леди Малисент? – переспросил вампир.

Искоса взглянула на него и ехидно поинтересовалась:

– А с чего бы, по-вашему, девочку посетило желание бежать?

– Мало ли, – Навьен пожал плечами, – предсвадебный мандраж, нервы, гормоны.

Высказал все это, понял что сказал, и в ответ на что, нахмурился, глянул на меня и до него дошло очевидное:

– Подставили девочку.

Я сначала кивнула, потом припомнила наш разговор с князем, и особенно его: «Вчера я сорвался. Это не свойственно мне, и вызывает гнев на самого себя. Возможно, стоило бы убить тебя сразу, но слезы в глазах леди Малисент мне понравились. И ее поза на коленях. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я?»

И как-то им сказанное мало вязалось с тем, что сказал Навьен про выбор невесты князя, и с тем, что произошло за завтраком и… и в целом.

Я остановила видеозапись, увеличила кадр и на правом шее фальшивого «князя» увидела основательно закрашенную тоником, но слегка заметную татуировку. Ни разобрать что это за рисунок, ни определить к чему он относится я бы не смогла, но – шею князя я сегодня имела несчастье наблюдать, и на ней никаких татуировок не было. Абсолютно никаких.

– Вы это видели? – спросила у вампира.

– Да, – Навьен скривился, – судя по всему свежак, они стандартно прикрывают укус татуировкой, но кто конкретно выяснить не удалось.

– Свежак? – не поняла я.

– Свежеподчиненный, – нехотя пояснил Навьен.

– Подчиненный? – я все еще не могла понять, что это за градация вообще. – Может быть «обращенный»?

– Обращенные – это уже вампиры, а тут клыки поддельные, – пояснил Навьен. – Присмотрись.

Я присмотрелась – поняла, что в клыках явно не разбираюсь.

Вампир скорбно вздохнул и оскалился, предлагая мне возможность свериться с оригиналом. Учитывая, что Навьену лет было дохрена, и оскал у него был… зверский. В общем:

– Извини, я не спец, разницы не вижу, – честно призналась вампиру.

Он втянул клыки и челюсть, вздохнул и устало повторил сказанное ранее:

– Это не вампиры.

Я перекрутила видео на момент, где лже-князь разрывает захлебывающейся девушке горло и жадно пьет ее кровь.

– Свежак, я же говорю, – Навьен подпер подбородок кулаком, – только им не хватает мозгов проверить кровь перед ее употреблением. Мало ли, вдруг там паразиты, болезни, еще что-либо, особенно сейчас, когда молодежь на наркоту подсаживается. Представь себе, перекусил и получил в неожиданный дар тягу к героину.

– Герой на героине, героиня на героине… – почему-то сказала я.


– Групповуха? – по-своему понял меня Навьен.

– Нет, песня про наркотики, – я снова вернулась к просмотру видео.

Теперь уже гораздо внимательнее, присматриваясь к деталям и да – герой был на героине, и героиня на героине, и исполнители насильственных действий так же. Причем Навьен это понял так же, потому что начал поочередно увеличивать изображение таким образом, чтобы рассмотреть глаза участников действий и да – пришел к тем же выводам, что и я.

Некоторое время мы сидели молча, сделав стоп кадр и взирая на него с печалью и грустью.

А потом вдруг что-то щелкнуло, и я переключила на девушку. На само лицо смотреть было сложно, его почти постоянно прикрывали, но вот туфли…

– Упыр, ты это видишь? – спросила я, указывая на обувь.

Навьен моего «упыр» явно мне не простит, но это потом… а сейчас он, как и я, внимательно всматривался в обувь. В босоножку облепленную стразами. Одну, вторая где-то посеялась, но эта одна…

– Знакомые босоножки, – приглядевшись повнимательнее, задумчиво проговорила я.

Руки тут же потянулись к телефону, не обнаружили ни его, ни карманов, ни вообще ничего.

– Серьезно?

– Увы.

Я сдвинула в сторону мои собственные туфли, быстро сделала скрин, выставила его на одну часть рабочего стола, на второй набрала адрес вчерашнего торгового центра и… и, в общем, на их сайте вообще коллекции не выставлялись.

Но если мое предположение верно, то для начала нужно бы смотаться в морг. А уже затем к той, кто вчера так и не исправил свое свободное положение, за счет устранения соперницы. Но, если девушкой на видео была та, которую мы вчера обнаружили в торговом бутике Ивгены Женьер, то, спрашивается – а за каким дохлым тараканом, она вообще притащила к себе труп?!

– Так, – постукивая ногтями, которые мне нацепили поверх моих, мрачно вглядывалась в экран компа, – сначала в морг. Потом в торговый центр. Потом допросить неудавшуюся новобрачную.

Тысячник, посидел возле меня, переводя взгляд с меня на монитор, затем нехотя озвучил:

– Не выйдет.

– В смысле? – не поняла я.

– В смысле, княгиня, – он почесал подбородок, который был способен двигать вперед на основательное расстояние, – вы теперь – княгиня. Покидать дом князя вы можете по двум причинам – шопинг и салон красоты. Все.

И пока я сидела, шокировано взирая на вампира, он пожал плечами и сообщил:

– Таковы правила.

– У нас тут зацепка! – возмутилась я.

– А у нас правила, – пожал плечами он.

Блин!

Я посидела, подумала. Спорить как бы было бесполезно, но… тут как с Малисент вчера – всегда есть способы обойти запреты.

– Спа? – поинтересовалась осторожно.

Навьен, поразмыслив, кивнул, и произнес:

– В принципе входит в понятие «салон красоты».

– Тогда… погнали, – решила я, подхватив подол платья, и намеренно «забыв» туфли на столе вампира.

– Княгиня, – окликнул Навьен.

– Время, – сказала ему я.

***

Разрешение покинуть дворец Навьен получил, когда я уже нервно подпрыгивала на заднем сиденье, в окружении двух вампиров по бокам, ну и двое имелись впереди. Ждали мы этого разрешения минут двадцать – князь все был занят, а без его разрешения, даже Навьен не рискнул вывести меня с охраняемой территории.

Но, наконец, тысячник запрыгнул на переднее сидение, рядом с водителем, и сказал:

– Выезжаем.

И мне, полуобернувшись:

– Два часа.

– Не катит, – я сидела во все том же платье, ничего другого мне не доставили, зато хотя бы украшения удалось с себя снять, зверски тяжелые штуки. – Слушай, скажи, что я это… кератиновый тритмент хочу, это четыре часа минимум.