Исчезновение Слоан Салливан

Марк сел за стол и покрутил в руках лямки моего рюкзака.

– Как школа? – спросил он. – Что интересного?

Меня охватил ужас. «Они знают. Они знают о Джейсоне. Вот о чем серьезном говорил Марк. Сейчас он скажет, что я допустила огромную ошибку и что нам нужно срочно уезжать». Я опустила плечи. Мне нужно его отговорить, объяснить, что я не могу так больше жить. «Хотя подожди… Если бы Марк узнал о Джейсоне, то вел бы себя иначе. Он бы просто сказал, что нам нужно немедленно уехать. Возможно, он знает не все».

Я взяла йогурт и развернулась. Нужно было понять, что именно он знал.

– Сегодня у тебя появился племянник.

Марк вскинул брови.

– Это… не то, что я ожидал услышать.

– Я случайно назвала друга Джейсом вместо Джейсона. Я тут же придумала отговорку, что я всегда так называла своего двоюродного брата.

«Готово. Дорога ко всем темам, связанным с Джейсоном, открыта. Теперь расскажи мне все, что знаешь».

Марк окинул меня насмешливым взглядом.

– Я всегда любил Джейсона, – серьезно заявил он. – Он – мой любимый выдуманный племянник.

Я сжала губы: «И это все?»

– Он – твой единственный выдуманный племянник.

– А, ну да, – улыбнулся Марк.

«Хорошо».

– Что ты ожидал услышать от меня?

Марк поднял руки.

– Не знаю. Может, что-нибудь об «Охоте за сокровищами». Как часто человеку выпадает возможность поучаствовать в таких мероприятиях, даже если он, как и ты, побывал в десятке школ?

– В целом, весело, – пожала плечами я. – Лучше, чем торчать на уроках.

– И?

– Как твой день? Что интересного?

Марк нахмурился.

– Ничего. А разве должно было быть?

Я тоже вскинула руки. «Да, ты ведь говорил с агентом обо мне!»

– Да, потому что сегодня твой первый день на новой работе.

– Ах да. – Уголки его рта слегка дернулись. – В целом, весело. Лучше, чем торчать дома.

Я фыркнула.

Марк встал и одним резким движением схватил мой йогурт с ложкой. Через две секунды упаковка из-под йогурта была пуста.

– Я иду на пробежку, а потом хочу сыграть в баскетбол, – объявил он мне, бросив пустую упаковку в мусорное ведро. – Хочешь пойти со мной? Но предупреждаю: если пойдешь, я заставлю тебя рассказать подробнее об «Охоте за сокровищами». Одним «В целом, весело» ты не отделаешься.

Марк вышел из кухни, что-то напевая себе под нос.

Я смотрела ему вслед. Что сейчас произошло? Я дала ему идеальную возможность поговорить о Джейсоне, а он ею не воспользовался. Марк захлопнул дверь в свою комнату, и я поняла, что собиралась сделать.

– Иду! – крикнула я.

Я побежала в свою комнату переодеваться, бросив взгляд на его закрытую дверь. «Если ты не собираешься говорить мне, что происходит, я сама все выясню».





Семь





На следующее утро я проснулась ни свет ни заря, готовясь применить свои «особые навыки». Я оделась как можно тише, все время прислушиваясь, как Марк собирается на работу. Когда в доме перестало пахнуть его утренним кофе, я вышла из комнаты и направилась в его спальню.

От чувства вины, теперь ставшего таким знакомым, на моей шее выступил пот. Я впервые в жизни вошла в спальню Марка. Я еще никогда не рылась в его вещах. Наши отношения строились на доверии, и у нас не было секретов друг от друга. Ну, кроме того огромного секрета о Джейсоне. Но отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Я осторожно шла по холодному паркету, внимательно осматривая мебель, которая шла с нашим домом по договору аренды: большую кровать, застеленную покрывалом с рисунком морских звезд, прикроватную тумбочку медового цвета и такого же цвета комод, над которым висело круглое зеркало с аппликацией в виде ракушек. Я тряхнула головой. Все дома, в которых мы жили, были с мебелью, поэтому декор нам выбирать не приходилось. Но эта комната не подходила Марку. Максимальный порядок – единственное, что заставило меня поверить, что он жил здесь. Я осмотрелась. «Где мистер Чистюля мог что-нибудь спрятать?»

Я поправила черные вязаные перчатки – урок № 7: «Помни об отпечатках пальцев». Я не знала, что именно ищу, но чувствовала, что узнаю, когда увижу. Поиски начались с прикроватной тумбочки. Ничего интересного, кроме пары книг, там не было. Я открыла комод, но нашла лишь футболки, носки и белье. Даже в шкафу, который всегда был идеальным тайником в фильмах, ничего не было.

Я села на кровать и уставилась в пол, пытаясь понять, где Марк мог спрятать вещь в небольшом доме. Я не глядя смотрела на узоры на паркете, вспоминая остальные комнаты. В какой-то момент я заметила покрывало, свисавшее с кровати. В одном месте оно было смято, словно кто-то поднимал его и не поправил. Я опустилась на пол и заглянула под кровать. «Бинго».

Там стоял маленький черный сейф. Он был чуть больше, чем стопка бумаги. Замок был простым, как в шкафах для бумаг. Я побежала в свою комнату за скрепкой и невидимкой для волос. Благодаря уроку № 9, замок был открыт меньше чем за минуту. Все это время я пыталась унять дрожь.

Но в сейфе были бумаги. Я нахмурилась. Сверху лежал договор аренды на наш дом. Ниже были распечатки с сайта риэлтерского агентства. Я помню, как мы вместе просматривали объявления, когда решили уехать в Северную Каролину. Теперь эти распечатки лежали в сейфе. Мы выбрали этот дом, потому что он находился ближе всего к школе, и мы арендовали его за несколько месяцев до приезда, просто чтобы он был свободен в любой момент. Я вздохнула и взяла в руки следующую стопку бумаг.

Здесь тоже были распечатки с сайта риэлтерского агентства, но уже на другой дом. Судя по количеству ракушек в декоре, дом явно располагался на пляже. Я изучила распечатанную карту и поняла, что он находился в получасе езды по побережью. Я не помнила, чтобы мы с Марком смотрели этот дом. Впрочем, в этом не было ничего странного. Марк всегда предлагал несколько вариантов, и я выбирала лучший. Красивая веранда и множество окон говорили о том, что этот дом был красивее, чем наш. К тому же он был более изолированным, так как стоял вдалеке от соседних домов. Это было плюсом. Но прочитав, что дом находился в районе под названием Авалон, я поняла, почему он не вошел в список финалистов. Я бы сочла рискованным возвращаться на Восточное побережье и точно бы усомнилась в адекватности Марка, если бы он предложил арендовать дом практически по соседству с моим родным городом.

Внезапно мой телефон зазвенел, напоминая о том, что через пятнадцать минут приедет школьный автобус. Я не могла опаздывать в школу два дня подряд. Я пробежала глазами по остальным документам в сейфе и вздохнула.

– Для людей в бегах мы живем слишком скучно и почти без секретов, – пробормотала я.

Я аккуратно сложила бумаги в сейф, закрыла его своими самодельными инструментами и вернула на место. Напоследок я разгладила покрывало, чтобы Марк не заподозрил, что я была в его комнате.

За чисткой зубов мне пришла в голову мысль. Возможно, стоило взглянуть на последние вызовы на телефоне Марка. Но какая польза от номера агента? Я ведь не смогу позвонить этому человеку и спросить, знает ли Марк что-то о Джейсоне. Я пошла на кухню в поисках завтрака и почти отбросила эту идею, как вдруг увидела телефон Марка на столе.

На долю секунды у меня в животе вспорхнули бабочки. Не стоило так быстро отказываться от идеи проверить его телефон. Но затем по спине поползло чувство страха.



– Марк?

Я бросила рюкзак на пол. Телефон Марка лежал рядом с открытой книгой. Из кухни шел умопомрачительный запах шоколада. Меня встретили светло-зеленые стены, шкафы из темного дерева и противень горячих брауни на плите. Но Марка на кухне не было.

Я остановилась напротив духовки. Марк пообещал испечь брауни на собрание по поводу окончания учебного года, поэтому я не удивилась. Но затем я заметила большой нож, который лежал на самом краю. Обычно Марк всегда клал вещи на свои места, особенно свои драгоценные кухонные приборы. Я не помнила, когда в последний раз видела нож, лежащий просто так. Я одним пальцем отодвинула его подальше от края.

– Марк?

Ответа не последовало.

Я вышла в коридор, ведущий к комнатам, и медленно подошла к своей спальне. Что-то заставило меня войти внутрь. Воздух в ней изменился: стал прохладным, пустым и тревожным. Мне стало не по себе. Нужно найти Марка.

Я дважды постучала в дверь его закрытой комнаты.

– Марк?

Тишина.

Я постучала еще раз, громче. Ничего.

Я прислонилась к стене и затаила дыхание. Подул ветер, и на деревянном полу заплясали тени, которые отбрасывали ветки дерева за окном. Но дома было тихо. Слишком тихо.

Тишину нарушало только мое учащенное дыхание. Ни шагов, ни шелеста страниц, ни шума телевизора.

Я пошла дальше по коридору. Я с трудом переставляла ноги, хотя сердце почти выпрыгивало из груди. Осталось проверить последнюю комнату перед тем, как я увижу то, что было за закрытой дверью спальни Марка. Я дошла до нее и замерла.

Мне никогда не нравилась эта комната. Деревянные панели, темные углы, ни одного окна. Оленья голова на стене пугала и в обычный день, но сегодня эти бездушные глаза наводили ужас.

По моим рукам побежали мурашки. Я вошла в комнату, стараясь не смотреть на голову.

– Марк?

Мой голос был едва слышен.

Я перевела взгляд на диван, но заметила что-то странное рядом. Было темно, поэтому я не видела, что это, но оно было большим. Как груда одеял. Или тело.

От ужаса мое сердце провалилось в желудок. Я с трудом сглотнула и шагнула вперед, чтобы разглядеть странную кучу получше.

И тут чья-то рука зажала мой рот.

Я поперхнулась, попыталась закричать, укусить или оттолкнуть человека, как вдруг тихий голос рядом заставил меня остановиться.

– Будь это кто-то другой, уже было бы слишком поздно.

Я обернулась, легко выскользнула из рук Марка и прижалась к стене. Я с облегчением всмотрелась в его лицо. Он выглядел абсолютно нормально: помятая рабочая футболка, аккуратно причесанные черные волосы, щетина на лице. Но его зеленые глаза смотрели на меня очень серьезно, что могло означать только одно.