Имидж напрокат

– Романова? – спросила она.

– Да, – кивнула я.

– Мы вас ждем, – улыбнулась незнакомка.

Я отложила айпад.

– Кто и где предвкушает со мной встречу?

– Группа уже собралась на первом этаже у гардероба. Я Анжелика, гид. Вы записались на экскурсию. Забыли? Не переживайте, непременно вылечитесь, память вернется, – застрекотала девушка. – Вставайте скорей, будет очень интересно. Мы посмотрим старинный роддом, крыло призраков, избушку привратника, а также больничное кладбище.

Я опешила. Посещение погоста – чудное развлечение для тех, кто ожидает операции или перенес инфаркт.

– Вам помочь? – предложила красавица.

Я встала.

– Буду готова через пять минут.

– Подожду вас, Евлампия Андреевна, – кивнула Анжелика.

Открыв шкаф и спрятавшись за створкой, я стала натягивать джинсы, одновременно говоря:

– Предпочитаю откликаться на Лампу.

– А мне больше «Лика» нравится, – сказала девушка. – Вы не только выразили желание прогуляться, но и оплатили заранее экскурсию, поэтому я и пришла в палату. Люди часто включают свою фамилию в список, а потом не являются. Я обычно подожду пять минут и увожу группу. Но если плата внесена вперед, отношение иное. Вдруг человек в маразме после лечения? Ну вот, как вы.

Я закрыла шкаф.

– Пошли.

– Вы молодец, – похвалила меня Лика, идя по коридору, – собираетесь, как десантник, за считаные секунды. Не то что некоторые, жвачки медленные. Мы сейчас находимся в отреставрированном крыле клиники. Тут, конечно, интересно, но возможности изучить помещение нет, поскольку это больница, здесь людей лечат. Осторожно, лифт приехал, входим, едем вниз…

Под неумолчную болтовню гида мы достигли первого этажа, и я увидела у гардероба группу людей.

– Теперь все в сборе! – провозгласила экскурсовод.

– Некоторые считают себя царицами, которых простые смертные смиренно ждать должны, – буркнула толстушка лет пятидесяти пяти, наряженная в розовый велюровый спортивный костюм и того же цвета кроссовки, щедро украшенные стразами.

– Уж не сердитесь на Романову, – нараспев произнесла Анжелика, – она с сотрясением мозга, вообще всю память потеряла.

– Ой, бедняжечка, – пожалела меня блондиночка в джинсах и футболке. – Понимаю вас, сама после того, как во мне хирург порылся, ничего целую неделю не соображала. Я Фая. Полное мое имя Фаина, но сейчас оно не модное, папа меня в честь бабушки так окрестил, я старушкой себя из-за этого ощущаю.

– Мое имя совсем древнее – Евлампия, – улыбнулась я, – сокращенно Лампа.

– Вот не повезло вам, – заржал парень в широких брюках. – Я просто Шурик. Если хотите – Саша.

– Елена Зайчевская, – представилась дама в укороченных ярко-красных штанишках и серой рубашке. – Не являюсь пациенткой клиники, восстанавливаю силы в санаторном корпусе.

Я во все глаза уставилась на нее. Понимаю, неприлично в упор рассматривать человека, но Елена выглядела весьма экзотично. Волосы ее прикрывал темный платок, на носу сидели очки для плавания, нижняя часть лица была спрятана за маской, похожей на ту, что используют врачи.

– И я тоже из СПА-отделения, – объявила женщина в розовом костюмчике. – Представляться нет необходимости, меня, как человека из телевизора, все давно узнали. Так мы отправляемся на прогулку или будем еще одну опоздавшую королевишну два часа ждать? Что стоим? Ладно, вы тут в духоте и вони мучайтесь, а я на улицу.

Женщина «из телевизора» быстро пошла к двери. Я увидела на спине ее куртки выложенную стразами надпись «Hello Kitty» и, чтобы не расхохотаться, закашлялась.

Тетка обернулась и, показав на меня пальцем, воскликнула:

– Да она, кажется, больна!

Потом посмотрела на Фаину.

– И эта бледная, значит, тоже не здорова.

Мне удалось справиться с приступом смеха.

– Просто в горле запершило.

– Я вовсе не из инфекционного отделения, – оскорбилась Фая, – заразную на стол не положат.

– Лялечка права, поспешим на свежий воздух, – предложила Анжелика.

Мадам из телевизора сложила губы куриной попкой.


– Э… э… как вас там…

– Лика, – подсказал Саша.

– Деточка, я вам не Лялечка, меня зовут Ольга Викторовна, – ледяным тоном произнесла любительница одежды с приветствием от кошки Китти.

– Но так вас в шоу называют, – пропищала экскурсовод.

– Это работа, – отрубила Ольга Викторовна, – она не имеет отношения к моей личной жизни. Лялечка я в студии, Лялечка я для героев и гостей своей самой рейтинговой программы на мировом телевидении. Лялечка я в момент получения призов, наград, орденов, медалей, букетов, шуб, бриллиантов и других достойных меня подарков. Во всех других ситуациях – я Ольга Викторовна.

Вздернув подбородок, телезвезда выплыла из здания. Мы двинулись следом.

– Она кто? – громко спросил Саша.

– Не знаю, – ответила Фаина, – редко телик гляжу, в основном кино на компе.

– Ничего не имею против всяких шоу, – призналась я, – но больше люблю книги и игры на айпаде.

– Танчики? – обрадовался Саша. – Монстры-зомби?

– Нет, бродилки всякие, – улыбнулась я.

– Все девочки такие, – сказал парень, – хоть сто лет уже бабуле, все равно она девочка.

– На книгах пыль, от нее аллергия и астма, от компьютера и сотового телефона рак мозга, – сурово произнесла Елена, натягивая на руки перчатки.

– Ольга Викторовна ведет на канале «Бум» гастрономическое шоу «Сожри быстрее», – объяснила Лика, – там народ на скорость всякую еду лопает. Приз – миллион. Без дураков вручают, прямо в студии.

– Да ладно? – удивился Саша. – Может, мне туда сходить? Лимон не помешает.

– Там все непросто, – затараторила Анжелика. – В группу набирают десять человек, каждый вытаскивает из черного ящика карточку, на ней написано, какое блюдо тебе первым дадут. Представьте, что вам достался целый торт, а другому ма-а-аленький салатик из водорослей.

– Фу, – поморщился Саша, – это ваще гадость.

– Надо слопать целый торт? – уточнила Фая.

– Да, – подтвердила Лика. – В этом-то и фишка. Представьте, только что торт умяли, а впереди второй раунд, и вы вытащили баранью ногу.

Саша потер руки.

– Вот это по-нашему. С горчичкой самое оно.

Анжелика поправила висевшую на плече сумку.

– А вашему сопернику опять повезло – одно куриное яйцо выпало.

– Это нечестно, – возмутилась Фаина.

– Лотерея, – пожала плечами Лика, – как повернется, так и получится. Редко кто миллион забирает. Обычно к восьмому туру не больше двух человек остается.

– Сколько же их надо пройти? – вдруг заинтересовалась Елена.

– Десять, – засмеялась Лика.

– Ужасно, – заохала Зайчевская, – торт, баранья нога, яйца… Так питаться нельзя.

– Наборы у них разные, может печень оказаться, морепродукты, икра, а потом бах – молоко, за ним зеленый огурец, селедка, – вещала экскурсовод. – Или что-то экзотическое, типа тараканов в глазури.

– Фу… – передернулась Елена. – Это же какой удар по здоровью!

– Зато радость для кошелька, – заржал Саша. – Я за миллион что угодно могу сожрать.

– И собачьи какашки? – хихикнула Лика.

– В легкую, – кивнул Саша. – Ам – и нету.

– Отвратительно, – простонала Елена. – Вы пищевой монстр.

– Вау! А вы смотритесь угарно, – не остался в долгу Саша. – Зачем так вырядились? Боитесь, что изнасилуют? Не беспокойтесь. Во-первых, я тут, прогоню маньяка, во-вторых, на улице светлый день, кругом народа полно, а в-третьих, вы уже по возрасту неликвид сексуального рынка. Снимайте ерундень, а то задохнетесь.

– Молодой человек, отстаньте! – фыркнула Зайчевская.

– Неудобно, наверное, в очках для плавания, – сказала я.

– Это антиаллергический набор, я привезла его из Японии, – снизошла до объяснений Елена. – Очки и платок от пыли, бумажная маска – защита от невидимых паразитов и микробов, перчатки, чтобы на кожу чего не попало. У меня аллергия!