Гортензия в огне

Уоррен хотел опереться о почерневший от плесени диван, но в ушах так зазвенело, а перед глазами стало настолько темно, что он потерял понятие пространства.

– Это был знак, мальчики, – выговорил он, едва поборов приступ дурноты и слабости. – Проклятие хочет убить меня раньше, чем я всё расскажу. Правую руку отгрызло, чтобы не смог записать, рот и глотку – чтобы рассказать, когда решусь. Оно не хочет, чтобы я передавал свои знания о том, что чувствую здесь. Интересно то, что общество тайны, полнокровные или Рашингава наверняка знают больше меня. Но только меня Единый считает достаточно подходящим, чтобы поведать империи о том, что происходит. Иначе он не разрешил бы дьяволу терзать меня.

– А что происходит-то?

– Появилось окно в потусторонний мир, мальчики. Оно ещё пока заколочено, но Единый хочет, чтобы все знали, что оно существует.

– Полный бред! – резко выпалил Роджер. – Брайан, наш друг ещё ни разу не говорил настолько тухлой ерунды. Давай порубим его, снова исцелим и посмотрим, что он скажет тогда?

– А мне кажется, что он это серьёзно, – переводя взгляд с брата на друга, сказал Брайан.

– Не верю. Слишком внезапно.

– Неженка. Ко всему-то тебя надо готовить, – немного издевательски улыбнулся Брайан.

– Хм… Так это дьявол тебя так? – спросил у Элайна Роджер.

– Кто-то из того ряда.

– И ты говоришь, что Единый позволяет ему делать это с тобой? – плотно занялся новостью Роджер. – Чтобы подтолкнуть тебя рассказать об этом?

– Да, но я понятия не имею, как это сделать.

– Я провожу тебя к отцам церкви, и они расспросят тебя, – предложил Брайан.

– Когда они начнут задавать вопросы, то решат, что я…

– Я верю, что они разберутся в твоей каше из святости и греха.

– А я… просто могу рассказать то, что видел и что всё это значит, – предложил Роджер. – Нынче к моим словам как-то по-особенному прислушиваются.

– Это потому, что думают, что если ты погибнешь в драке с алмазным, то его никто больше не сможет остановить и империя будет обречена, – криво усмехнувшись, сказал Брайан.

– Ах, ну да… знаешь, а у того крепкозадого парня должно быть имя, – легко перевёл тему Роджер. – Я бы хотел узнать его.

– Спроси у Сапфира.

– С чего это ему знать имя парня, которого мы с Хантом порешим во второй день защиты?

– Если ты спросишь у алмазного его имя, он тебе ответит, и ты выживешь хотя бы в нескольких вариантах будущего, то Сапфир будет в курсе, – внятно и быстро разъяснил Брайан.

– Логично, чёрт возьми, – похлопал ресницами Роджер и задумался ещё о чём-то.

Брайан молча посозерцал лицо брата, а потом сказал:

– Роджера поразила мысль о том, что на поле боя можно разговаривать. Ветеран многих сражений, называется.

Роджер вскинулся, но Уоррен, усевшись на полу как можно удобнее, вмешался:

– Эсса намекнула мне, что будет трансляция сражения. Так что спроси у алмазного. Всем будет интересно.

– Но если я спрошу, а потом он догадается, что Брайан мой близнец и подловит его тем, что он не знает его имя… – протараторил Роджер, – ты тоже, братишка, должен узнать это имя. Какова вероятность, как думаешь, что он будет отслеживать нас по массам и вся затея с треском провалится?

– Если Сапфир разрешил, то не провалится.

– Но алмазный может насторожиться в ходе боя. Готовься в таком случае испариться… и дать воссиять моей величественной славе.

Уоррен чуть не подавился воздухом. Намеренный и внезапный пафос более чем жалкого и неуверенного в своих силах Роджера Кардифа казался таким неадекватным ситуации, что стал смешным.

– Да, а теперь молитва, – улыбнувшись, Брайан опустился на колени и дёрнул брата за штанину. – Должна же она иметь силу, в конце концов.

Уоррен закрыл глаза, чтобы быстрее сосредоточиться и призвал святой символ. Он получился идеальным. Роджер присоединился к молитве последним, но, судя по всему, вложил душу.

– Я считаю это победой, – вдруг произнесла красивая девушка, появившаяся из ниоткуда. В сгустившейся тьме её было видно едва-едва. Только холодный свет фонарей с улицы и слабое золотистое свечение креста делали заметными её лицо и фигуру.

– Бриар, детка, – поднялся с колен Роджер. – Тебя бог послал в ответ на мои молитвы? Я честно молился ему о его воцарении в этом месте, но потом подустал и попросил у него красивую девушку себе в спасительницы. Правда, я не имел в виду конкретно тебя. Из чего следует, что ты – самая красивая…

Она засмеялась, что-то ответила Роджеру и сразу стала живой и настоящей. Роджер схватил её за руку и притянул к себе. Затем поцеловал девушку в щёку и продолжил бы флиртовать, если бы Брайан не решил, что пора представить Бриар Уоррену.

– Одна из старших полнокровных. Как и девяносто процентов из них, она – потомок принца Рашингавы. Стояла во главе поддержки его исследований и разработок, большая часть которых на данный момент засекречена и запрещена.

– Прекрасно.

– А это Уоррен Элайн, чудотворец, который ещё толком не знает ничего о массовом самоубийстве в 56-м, – представил Брайан друга.


– Массовом самоубийстве?

– Долгая история, – покачал головой Брайан. – Просто не спрашивай, она не прольёт свет на то, что происходит сейчас.

– Но ты упомянул об этом. Зачем?

– Пытался предупредить Бриар, что ты не будешь лезть к ней с расспросами, даже если уже что-то слышал.

– Не буду? – с сомнением переспросил Уоррен.

– Не будешь, – твёрдо предостерёг Брайан.

– Хорошо, как-нибудь потом.

– Ужасно приятно быть с вами в одной компании, маркиз Валери, – мягко сияя, проговорила Бриар, – вы так предупредительны. С вами сразу чувствуешь себя хрупкой принцессой. А с вами, – она повернулась к Роджеру, – косноязычной недотёпой.

– Почему это, интересно? – заморгал Роджер.

– Вы постоянно подшучиваете, но ваш взгляд так смущает, что отвечать симметрично совсем не выходит.

– Ого… в таком случае вы, наверное, не очень хотели встречаться со мной?

– С удовольствием встретилась бы с вами, если бы не считала себя недостойной отнимать ваше время.

– Отнимите у меня всё моё время, я вас умоляю, – пылко произнёс Роджер, снова завладев руками Бриар и притянув к себе привлекательную полнокровную.

– Не сомневаюсь, что вы с удовольствием избежали бы своих изматывающих тренировок с любой подвернувшейся леди, – вывернулась Бриар из настойчивых рук Роджера. – Но я пришла просто сообщить, что чудо совершено и Три-Алле полностью очищен от проклятия.

– Не верю, – вырвалось одновременно у Брайана и Уоррена.

– Познавшие святость не верят в свои силы? – задрал одну бровь Роджер.

– Прошла регистрация необычного типа смены облаков в этом месте. Динамика их движения относительно нормальная, – Бриар некоторое время легко выговаривала череду непонятных терминов. – Но я тоже не верю, что это навсегда. Скорее всего, через некоторое время проклятие вернётся. Я передам вам сообщение о том, когда это случится.

– В таком случае, это действительно победа, парни, – улыбнулся Роджер. – Отметим? Бриар, ты пьёшь латкор? Извини, но я не планировал приводить сюда леди, так что у меня тут только дорогая, но достаточно крепкая выпивка.

– Я полнокровная.

– И?

– В некоторых из нас не достаточно крови крылатых и перевёртышей, чтобы пьянеть от ваших напитков.

– И ты относишься к таким? – пытал девушку Роджер.

– Нет, – с заминкой призналась Бриар. – Но раз вы не даёте мне шанса отказать вам иносказательно, то скажу прямо. Вы опасны, Роджер Кардиф, я не хочу в вас влюбляться, а потому отклоняю заранее все ваши предложения!

На лице Роджера отразилось разочарование.

– Но ты не уйдёшь от меня просто так! – решил он и быстро поцеловал Бриар в губы.

После чего отпустил, ласково и немного стеснительно попрощавшись, чем вызвал у Бриар прилив горячей крови к щекам.

– Ты меня дискредитировал, – проворчал Брайан. – В моём присутствии такого быть не должно.

– Но я уже изнемогаю… – прошептал Роджер.

– Целуй своих сыновей и дочерей.

– Мне этого не достаточно. К тому же моя чувственность смутит их и меня самого.

– Тогда не знаю. Ничем не могу помочь.

– Но ты же не смутишься, если я приду к тебе ночью? Раньше ты не смущался.

– Теперь я сплю с женой.

– Мы отправим её куда-нибудь…

– Пожалуй, сегодня ваша близнецовая близость достигла каких-то запредельных высот! – проговорил Уоррен и отправился на выход, благо ноги уже слушались.

– Ты чего? – вдогонку спросил Роджер.

Уоррен остановился, чтобы объяснить: