Город Х

– Какие указания?

Мне не удосужились ответить.

– Сколько полных дней вы проработали?

– Одиннадцать, не считая выходных.

Надо же, всего одиннадцать. Как мало… И целая жизнь. А ведь мы хотели продержаться полгода, заработать на острова. Помнится, Радка лучилась довольством, представляя, как много мы сможем увезти из «Икса», – целое состояние.

Я неслышно вздохнула.

– Одиннадцать? Значит, в качестве выплаты вам полагается три тысячи триста долларов, из которых я буду вынужден вычесть сто пятьдесят за отсутствие своевременного уведомления о намерении увольнения… Ах, вот он где…

Клерк отыскал в ящике вырванный из блокнота лист с наспех начирканными цифрами. Нахмурился:

– Да, номер ваш. Простите, мне нужно позвонить.

Чтобы не стоять столбом, я села на стул – натянулись на ягодицах штаны. Как же непривычно ходить в одежде, как душно, как отвлекает. Как быстро, оказывается, забываешь это ощущение, когда ткань касается рук, ног, плеч, спины. Бюстгальтер душил грудь, бывшие ранее удобными стринги неприятно впивались в промежность; раздражал кожу шеи воротничок ситцевой блузки. Господи, а ведь мы всегда считали это состояние «одетости» нормой… Придется привыкать заново.

– Мистер Макферсон? Вы просили дать знать, если к нам обратится работница под номер два-четыре-семь-восемь-один. Что? Да, она здесь. Увольняется. Я как раз объяснял ей, что из зарплаты придется вычесть сумму штрафа за… Что? – тишина. Еще более плотно прикушенные губы. И следом порывистый кивок. – Да, как скажете, ничего вычитать не буду. Все сделаю, как скажете.

Мне, если честно, было наплевать. Деньги – это всего лишь деньги. Да, они нужны, они важны, но счастье на них не купишь. Плюс сто пятьдесят долларов, минус сто пятьдесят – меньше проживешь на съемной квартире или дольше – все пустое.

Хотелось уже поскорее закончить, сесть в такси и отправиться в аэропорт.

Трубка опустилась обратно на телефонный аппарат.

– Итак, мисс Нежна, к выплате вам полагается вся сумма – так распорядились сверху. Сейчас распечатаю документы, распишетесь. Кстати, очаровательная у вас фамилия.

Клерк «Поджатые-губы» уставился на меня в неудачной попытке пофлиртовать, но я вернула ему настолько тяжелый взгляд, что появившаяся на лице улыбка быстро потухла.

Спустя несколько минут я уже шагала к такси; Город «Икс» оставался для меня позади. Навсегда в истории.



Крылатые металлические птицы за окном – самолеты. Панорамные стекла и отражения в них движущихся фигур, чемоданов и гигантского табло на противоположной стене. Я вдруг поняла, что не знаю, куда лететь. И, правда, куда? Обратно в Нордейл, где больше нет Радки? В Клэндон-сити? В Хааст, Делвик, Остленд? Города Четырнадцатого Уровня впервые сделались для меня равнозначными – ни в одном из них меня никто не ждал. Снять квартиру можно в любом, устроиться на работу тоже.

Логан улетел в неизвестном для меня направлении. А, может, еще не улетел – например, прямо сейчас собирал чемодан, одевался, обувался, вызывал такси. Я вдруг поняла, что не хочу с ним встретиться – не здесь, не сейчас. Не в толпе тех, кто спустя час «разлетится» в разные стороны для того, чтобы никогда больше не встретиться. В этот момент я чувствовала себя не пассажиром, а бродягой без собственного в мире места. Мне казалось, что большое шоссе, широкий хайвей – тот самый, по которому ушли в светлое будущее Радка и Логан, – идет вперед, в то время как мне пора сворачивать в сторону, на узкую тропку в никуда. Селиться в хлипкой хижине, растить свой сад, сидеть вечерами на тихом крылечке в одиночестве. Потому что самое лучшее в моей жизни, наверное, уже случилось, потому что ничего хорошего больше не будет. Глупые мысли, неправильные. Ведь будет еще хорошее, будет, только в этот момент мысли о потенциальном прекрасном, которое когда-нибудь обязательно настанет, не грели.

Надо что-то решать. Не стоять же здесь вечно среди тех, кто зачем-то вновь закрыл лица масками? Таких было много – процентов восемьдесят.

Я нерешительно направилась к кассам, но не успела сделать и пары шагов, когда меня кто-то окликнул:

– Мисс Нежна?

Я обернулась. Голос был незнакомым, как и его обладатель.

– Можете уделить мне минуту?

– Мы знакомы?

– Нет. Но у меня кое-что для вас есть.

На меня смотрел странный человек – рыжеволосый и рыжебородый. В нем рыжим было все – щетина, усы, брови, даже волоски на ушах. И только глаза за стеклами очков были пронзительными ярко-голубыми. Одет он был в коричневую рубашку и синие джинсы; в пальцах зажат свернутый вдвое листок из блокнота.

– Здесь у меня записано кое-что для вас важное.

– Что?

Меня мало интересовало все, что могло быть там записано.

– И я отдам это за одно маленькое одолжение.

– Катитесь к черту.

Мне было не до «одолжений», не до рыжиков в очках и не до их листков с «важной» информацией.

– Эй-эй, подождите дерзить. Вы ведь собираетесь еще раз с ним увидеться?

Я уже собиралась развернуться, но застыла на месте:

– С кем?


– С Логаном Эвертоном?

«Эвертоном»? Тем самым Логаном? Моим… Логаном?

– А вам какое дело?

Рыжий смотрел на меня пристально, как будто с насмешкой, а мое сердце вдруг заколотилось быстро-быстро. Там… адрес?

– Я знаю, что собираетесь. Я записал для вас, как его найти.

Почему? Зачем?

Нет, я совершенно не собиралась навещать Логана после «Икса», но моя рука уже тянулась к чужому листку. Адрес, адрес… там ведь записан адрес?

«Уровень 14, Нордейл, Пайтон…»

Мои глаза впились в строчки. Уровень четырнадцать! Четырнадцать! Нордейл! Оказывается, мы все это время жили с ним в одном городе! Значит, не зря я искала на сайтах знакомств, не зря рассматривала людей на улицах. Блин-блин-блин…

Не успела я сообразить, что именно чувствую, как незнакомец заговорил снова:

– Там внизу я приписал свой телефончик. Когда увидитесь с Эвертоном, не забудьте позвонить мне и сказать «привет», хорошо? Только обязательно. Я буду ждать.

Не успела я задать ни единого вопроса, как человек в очках уже развернулся и зашагал сквозь толпу прочь, оставив меня стоять у панорамного окна с зажатым в руке листком из чужого блокнота.

Спустя пять минут я купила билет на ближайший рейс в Нордейл.

Был ли у меня план? Нет, никакого. Совершенно никакого.

Но колени предательски дрожали от волнения.



«Я не пойду к нему…»

«Вам нужно увидеться. Хотя бы еще раз…»

«Он меня не звал».

«Но, может быть, он тебя ждет».

«Если бы ждал, пришел бы вечером».

«Это же мужики, – орал внутренний голос, – они никогда не решаются на важные действия без дополнительного пинка!»

Свен решился. Да, Радкин Свен до сих пор являлся для меня примером того, как стоило поступать в том случае, когда тебе понравилась женщина.

«Не пойду, не пойду, не пойду».

«Но адрес – это всегда хорошо».

Интересно, зачем мне его дал рыжий? Почему? Откуда он узнал, что я захочу увидеться с Логаном? За нами следили? Если да, то с какой целью?

Собственная подозрительность казалась мне параноидальной.

Самолет готовился к взлету; стюардессы разносили по салону напитки. Вскоре пустят газ.

Кресло казалось мне неудобным, тело маялось от обилия одежды; мысли кружились в голове с дикой скоростью, неспособные остановиться.

Почему не сам Логан, но кто-то вдруг дал мне его адрес?

А следом и вовсе абсурдная мысль: «А что, если у него дома женщина? Спутница жизни, возлюбленная, супруга? Что, если он просто забыл взять с собой в «Иск» кольцо или же намеренно не упомянул о своем семейном статусе, как намеренно не упомянул ни о чем другом? А тут я?»

И случится конфуз.

– Пристегните ремни, сдайте пустые стаканы стюардам, мы готовимся к взлету.

Конфуз будет в любом случае, если я приду.

Адрес с блокнотного листка я переписала на всякий случай три раза – в телефон, в собственный блокнот и зачем-то на скомканную салфетку, которую бросила обратно в сумку. Я уже помнила его наизусть, но все же боялась потерять.

Меня туда никто не звал. Меня туда никто не звал…

«Позвоните мне, когда встретитесь с ним» – какая странная просьба. С чего бы мне кому-то звонить и передавать привет?

Додумать я не успела; самолет взлетел; освещение в салоне погасло. Газ сморил меня на заданном самой себе вопросе: «Интересно, а смогу я в гости НЕ ПРИЙТИ?»