Город Х

– Всех блох этому коту граблями вычешу, для языка прищепку куплю – позор-позор… – шипела Радка шепотом. – Гитару еще раздобыл, перебудил весь пансион, ловелас недобитый…

Я безмолвно улыбалась темному потолку.





Глава 6




Будильник в это утро не звонил, так как накануне вечером Радослава указала на «экране персонала», что сегодня мы «выходные». Нам дали добро. И потому – сон без ограничений, сладкие потягушки, солнечный свет и щебет птиц сквозь распахнутый балкон – ночью, устав регулировать температуру кондера, Радка сама распахнула дверь (благо Свен к тому времени уже скрылся вместе с гитарой).

– Хорошо-то как, а-а-а? Слушай, надо почаще отдыхать. Может, будем работать один через один?

Я тоже балдела на мягкой постели – ни срываться, ни бежать, ни спешно одеваться в униформу.

– Кстати, сегодня по Городу мы можем гулять голыми. Вообще.

Эта мысль рассмешила нас обеих.

– Хм, голыми как-то непривычно. Лучше снова в униформе.

Да, наши тряпочки скрывали немногое, но они скрывали хоть что-то.

– Согласна.

– Ты первая в душ? Или я? Или сначала позавтракаем?

Обсудить сей насущный вопрос мы не успели, так как нам позвонили в дверь и… начались сущие чудеса.



Роз доставили ровно девяносто штук – в шести букетах по пятнадцать в каждом: красные, розовые, персиковые, бордовые, даже нежно-фиолетовые.

– Вот это да…

Радкины глаза распахнулись одновременно с вытянувшимся от удивления лицом.

Пока невзрачный парнишка-курьер вносил цветы и специальные серебряные поддоны-подставки под букеты, следом в нашу комнату пожаловал человек в белоснежном колпаке повара, белых перчатках и белых полупрозрачных трусах-боксерах:

– Завтрак-«люкс». Оплачен для двух прекрасных леди.

– Завтрак-«люкс»?

– Так точно. Нежный омлет со шпинатом и зеленью, салат из устриц, карпаччо, свежая выпечка, туллитанские сыры, клубника в шоколаде и шампанское.

– А просто чай или кофе?

– Конечно, чай и (или) кофе прилагаются. Но шампанское рекомендую попробовать – искристое, розовое, чрезвычайно изысканное на вкус.

– Ого, попробуем.

– Слушай, это твой полудурок вытворил или мой?

От этой фразы я прыснула; Радка тем временем целеустремленно и методично исследовала букеты на предмет открытки, записки или хотя бы чего-нибудь, указывающего на личность благодетеля. От обилия цветов по нашей мелкокалиберной комнате плыл сладкий розовый аромат, который смешался с запахом горячих булочек, и я вдруг против воли почувствовала себя изысканной и богатой дамой, живущей в многомиллионном особняке.

– Знаешь, а мне нравится – отлично начинается наш выходной.

И чего греха таить, мне хотелось, чтобы «благодетелем» оказался раскаявшийся Логан. Вдруг накануне вечером он сел, переосмыслил собственное поведение, решил, что повел себя, как идиот, и решил исправить ошибку? Нет, конечно, я бы не кинулась ему на шею и после девяноста роз, но «спасибо» озвучила бы от души, а при следующей встрече обязательно бы попросила оставить нравоучения для кого-нибудь другого.

«Уж, если ты хочешь со мной встречаться, то давай будем просто наслаждаться жизнью и друг другом», – сказала бы я. И он бы, согласный и раскаявшийся, кивнул.

Именно об этом я мечтала, когда заметила, что на мою грудь с огромным интересом смотрит практически обнаженный повар, – черт, мы же голые! Мы с Радкой голые и впервые, кажется, не заметили этого. Блин, а Город все-таки берет свое.

Увидев, что его разглядывания застали с поличным, черноволосый кулинар притягательно вспыхнул и многозначительно поправил эрекцию в прозрачных трусах.

– Мое почтение, дамы! Столик остается у вас, его через час заберет уборщица.

– Хорошо.

Повар вышел за дверь, улыбаясь.


– Радка, мы голые, – сообщила я подруге, когда и курьер скрылся за дверью.

– А? Да? Ой…

Мы смеялись до тех пор, пока в комнату вновь не пожаловал курьер:

– И еще подарок для мисс Радославы.

– Еще и подарок?

– Это вы – Радослава?

– Я.

Ей вручили огромную коробку с бантом, после чего, желая доброго утра, отличного дня и хорошего вечера, удалились. Кстати, удалились спиной – разглядывали Радкины титьки.

Вот же ж… мужики.

– А что в коробке? Что в коробке?

Для Радославы? Значит, даритель не Логан. Значит, не сел, не раскаялся, не решил исправить ошибку – на несколько секунд мне сделалось муторно. А потом я взглянула на сияющее лицо Радки и вдруг решила – к черту! Это наш день, наш выходной и наши счастливые мгновения. Вот не буду их портить, несмотря на то, что даритель не Логан. Это утро, это жизнь, это мелочи. И все еще может быть.



– Блин, знаешь, сколько они стоят?

– Сколько?

– Я вчера такие видела в (на) витрине мельком – залюбовалась ремешком. По четыреста семьдесят каждые!

– Каждые?

– Я те говорю!

В коробке обнаружилось два новехоньких браслета для переговоров – почти таких же, как у нас на запястьях, но не таких. Утонченнее, красивее, изысканнее.

– По ним можно звонить, как по телефону: проговариваешь номер, они набирают его сами, а после тот, кто «берет трубку», слышит голос собеседника прямо в ухе. И ответы тоже прямо в ухе, как будто у тебя микрофон. Только микрофона на самом деле не надо. Такие «часы» действуют только в пределах Города «Икс», мне Лора говорила, и сделаны специально для него.

– Блин, классно. Нам бы такие в Нордейле.

– Ага.

Часы действительно были классными – женственными и очень красивыми, с белоснежным витым ремешком и огромным количеством мелких сверкающих камешков по окружности циферблата.

– Классные.

– Я в них еще вчера влюбилась… Только сама бы не разорилась. Нежка, как он узнал?

Он – имелось в виду Свен. Который снова подписался «Свином». Так и написал: «Моей грудастой королеве от Свина».

– Может, угадал?

Ну, не следил же он за ней, в самом деле?

Радка некоторое время колдовала над подарком, затем довольно крякнула:

– Так и думала: свой номер он сюда уже добавил. Смотри, и даже сообщение написал: «С добрым утром, Радость моя! Отличного дня. Думай обо мне». Вот же какой!

Я улыбалась: Свен – молодец. Мужик. Да, не самый красивый или не самый высокий, но способный на красивые жесты. Настоящий, настойчивый, неглупый – и на цветы не поскупился, и на вкусный завтрак, и даже браслеты купил для «возлюбленной» и ее подружки. Умница.

– Слушай, но если сегодня он снова придет под окна серенады петь, я не выйду.

– Выйдешь.

– Не выйду!

– Куда ты денешься? А сказать «спасибо» за подарки?

– Я не продаюсь! Ни за цветы, ни за часы!

Она даже было передумала их одевать, но затем желание покрасоваться пересилило, и браслет со щелчком обвил тонкое запястье.

– Навряд ли он пытается тебя купить. Просто выражает симпатию.