Единственный истинный король

На том самом месте, где Агата его оставила.

Стоял под деревом вместе с матерью.

Стоял, окружённый тысячами и тысячами белых свитков, засыпавших, словно снегом, весь лес.

Все свитки были одинаковыми – один бумажный лист, перевязанный серебряной нитью с прикреплённой к ней печатью Льва.

Печатью короля Артура.

Агата подняла голову, увидела новые и новые свитки, летевшие сверху, падавшие на землю, застревавшие в ветках деревьев. Они падали, и падали, и падали с окрашенного в розовые и золотые тона неба, уносились всё дальше в сторону соседних королевств, и не было числа этим свиткам.

Агата медленно перевела взгляд на Тедроса и широко раскрыла глаза, увидев в безвольно опущенной руке принца развёрнутый свиток. Пальцы на другой руке Тедроса были испачканы воском от печати его отца.

Сделавшийся бледным, словно привидение, принц встретился взглядом с Агатой и прошептал, растерянно моргая:

– Похоже, мы узнали, каким будет моё первое испытание.





6

✦ Софи ✦

Хорошая девочка





«Экскалибур. Так он называется», – подумала Софи, глядя на рукоять меча, торчащую из горы бумажных свитков, словно снегом засыпавших сад.

Они повалили с неба на заре, разбудили Софи своим шлёпаньем, с которым падали на цветочные клумбы. Затем она услышала долетевшие из сада мальчишеские крики, целую серию криков. К тому времени, когда Софи поднялась с постели и подбежала к окну с растрёпанными волосами и размазавшимся по лицу вчерашним макияжем, бумажная метель уже прекратилась, лишь последние несколько свитков-снежинок плавно опускались на тысячи таких же, свёрнутых в трубочку и скреплённых королевской печатью белых листов. Бумажным снегом занесло не только двор и сад замка, не только землю вокруг церкви и конюшен, но укрыло белым одеялом даже дальние холмы Камелота.

Софи не отрывала взгляда от меча, клинок которого блестел на вершине занесённой белыми свитками каменной груды. Она почти ничего не помнила о том, что случилось вчера вечером, совсем ничего. Её голова была затянута туманом сильнее, чем когда-либо… но тем не менее всё же сохранились, уцелели в ней какие-то бессвязные мысли. Обрывки воспоминаний.

«Я не вышла замуж.

Свитки не должны падать с неба.

Меч называется Экскалибур».

Голову пронзила жуткая боль, стиснула её тисками, словно пытаясь стереть даже эти факты и снова превратить память Софи в унылое серое полотно…

Но Софи сумела устоять, сумела найти крохотную трещинку в этой боли. Трещинку, сквозь которую в память всё же просочились и осели в ней эти несколько мыслей.

«Я не вышла замуж.

Свитки не должны падать с неба.

Меч называется Экскалибур».

Софи внимательнее присмотрелась к мечу.

В саду в сопровождении охранников появились служанки. Вооружённые щётками и вёдрами, эти женщины в белых платьях и таких же чепчиках принялись под надзором охранников убирать бумажные свитки.

– Тщательнее, тщательнее работайте, – проворчал один из них (старший, наверное), наблюдая за работой служанок пустым оловянным взглядом. – Король приказал убрать всё до самого последнего клочка. Не хочет, чтобы принцесса видела эти бумажки.

Софи прищурилась, пытаясь пробиться мыслями сквозь густой туман в собственной голове.

«Он не хочет, чтобы я это видела. Что именно?»

Король приказал ей оставаться в своей спальне и запер её на ключ. Она знала, что ослушаться нельзя. Собственно говоря, просто и представить себе не могла, как такое может быть.

Но теперь выпал бумажный снег.

И что-то изменилось.

Чаще забилось сердце, и стало вдруг горячо в груди.

«Я не вышла замуж.


Свитки не должны падать с неба.

Меч называется Экскалибур».

Боль не замедлила вернуться, ударила по голове, словно молотом, но Софи уже направлялась к двери.

Ей нужно выбраться из этой комнаты.

Нужно узнать, что пытается скрыть от неё король.

Кончик пальца Софи засветился розовым и потянулся к замку.

Она должна узнать, что там, в этих свитках.





Мимо охранников, наблюдавших за работой служанок, Софи благополучно, незамеченной проскользнула через зал, стараясь преодолевать боль, становившуюся всё сильнее с каждым шагом. Кровь так сильно гудела в висках, что Софи едва не пропустила мимо ушей голоса, долетавшие снизу, из фойе Голубой башни. Но, расслышав их, она осторожно подошла к перилам и прислушалась.

– У меня есть её приглашение, – говорила женщина с заплетёнными в косы волосами цвета янтаря, тонкими бровями и строгим взглядом карих глаз. Одета она была в элегантное, кремового цвета платье, на голове хрустальная диадема, в руке – обшитая жемчугом сумочка. – Позвольте мне также заметить, что моё появление здесь поможет вам победить в первом испытании, поэтому я ожидаю, что вы с должным уважением отнесётесь к моему приглашению и…

– Принцесса Софи больна, – прервал её загорелый парень, стоявший в проёме открытой двери. За его спиной можно было видеть, как угрюмый Кей седлает во дворе замка двух лошадей. Загорелый парень внимательно посмотрел на женщину и спросил, поправляя синий с золотым шитьём костюм для верховой езды: – Так вы принесли то, о чём я вас просил?

«Мой принц, – узнала его Софи и сразу почувствовала сладкий, томный прилив любви. – Мой король».

Правда, короны на голове у этого короля не было.

Почему?

В голове Софи шевельнулось смутное воспоминание – исчезающие короны… незаконченная, оборванная свадебная церемония… зажатый в её собственном кулаке ледяной клинок…

Софи посмотрела на свою руку – обручального кольца на пальце не было.

«Так что же случилось вчера вечером?»

Она внимательнее присмотрелась к своему любимому, подмечая какой-то странный, неестественный цвет его зелёных глаз… змеиную гибкость тела… молочно-белый ободок вокруг его уха, словно это место почему-то не загорело – почему?..

В груди Софи росло, усиливалось ощущение тревоги.

Что-то промелькнуло в глазах короля. Он поднял голову, чтобы взглянуть на площадку второго этажа. Софи стремительно пригнулась, на её голову обрушилась новая волна боли, заставила согнуться, погнала назад в спальню. Но тут Софи вдруг поняла, что не может вспомнить, почему она, собственно говоря, вообще покинула свою комнату, с чего началось всё это. Не помнила, почему вдруг появилось это тревожное чувство, и что она делала, прячась за перилами, тоже испарилось из памяти. Но тем не менее в спальню Софи не побежала, осталась на месте, доверившись своим ощущениям и тому неведомому, что привело её сюда.

Затем она медленно повернулась, чтобы снова посмотреть вниз.

– Народ в шоке, разумеется, – говорила королю женщина. – Экскалибур возвратился в камень. Из могилы раздался голос Артура. Объявлен турнир, который должен выявить короля, хотя люди думали, что он у них уже есть, этот Единственный истинный король. Однако Леса на вашей стороне, милорд. Пока, во всяком случае. У Тедроса, можно сказать, всего один шанс из ста.

– Слишком щедро, – поморщился король.

– У Тедроса есть преданные ему люди. Кроме того, немало и тех, кто увидел его сейчас в совершенно новом свете, – спокойно заметила женщина. – Они задаются вопросом, не он ли тот истинный король, о котором говорил Артур. Лев, а не Змей, которым вы его изображаете. Позвольте дать вам совет: как можно быстрее побеждайте в первом испытании, потому что если первую победу одержит Тедрос… – она пристально взглянула на короля, – вот тогда люди действительно начнут сомневаться.

– Вот почему вы здесь. Чтобы помочь мне, – ледяным тоном сказал король, протягивая вперёд свою раскрытую ладонь. – Дайте его мне.

– Вчера вечером принцесса Софи выглядела достаточно хорошо, – ответила женщина, не обращая внимания на протянутую ладонь. – Если не считать того, как её обеспокоило исчезновение вашей короны. Если не считать того, как её удивило то, что кольцо Камелота на пальце Тедроса, а не её короля. Если не считать того, что она, безусловно, была поражена, когда призрак Артура объявил о грядущем Турнире королей, победитель которого будет объявлен его наследником и займёт трон. Возможно, в сумме всё это заставляет Софи нервничать. Как, впрочем, и меня саму.

– Софи никого не принимает, – сказал король.

– Софи сама просила о нашей встрече, – ответила женщина.

– Это невозможно, – покачал головой король.

– Что так? – спросила его гостья. – Почему ваша королева не может встретиться с другой королевой? Почему она сама не может решать, с кем ей видеться, а с кем нет?

– Дайте его мне, Джасинда.

– Королева Джасинда, с вашего позволения, – парировала женщина. – И мне кажется вполне уместным, чтобы королевы Камелота и Жан-Жоли были в дружеских отношениях. Дипломатия – это главное занятие королев. Я сама этим утром встречалась с некоторыми лидерами Совета королей, чьи страны были засыпаны свитками с первым заданием Артура. Они взволнованы. Нет, остальные правители, разумеется, продолжают делать ставку на вас, желают вам победы над Тедросом, помня о том, что вы спасли их королевства от разбойных нападений. – И с улыбкой добавила: – Очень жаль, конечно, что не им решать, кому отдать корону победителя.

– Я уезжаю в Путси, – сухо сказал король. – Так вы принесли его или нет?

– А Софи встретится со мной или нет? – вопросом на вопрос ответила женщина. – Я прошу всего лишь о встрече с ней, король Райен. И ни о чём больше.

Загорелый парень с белым пятном вокруг уха пристально уставился на неё.

«Райен, – подумала Софи. – Вот как его зовут. Райен. Мой король».

А вот королеву из Жан-Жоли Софи припомнить ну никак не могла. Как и то, что посылала ей приглашение. Многое из того, о чём эта женщина говорила королю, Софи не понимала. Совершенно не понимала. Артур… Тедрос… – кто они такие? И что это за Турнир королей такой? Все эти слова никак не хотели проникать в её голову, начинавшую с каждой секундой болеть всё сильнее и сильнее. И даже то, что Софи успела каким-то образом узнать за сегодняшнее утро, утекало куда-то, забивалось в дальние уголки памяти.