Дверь в подвал

- Вы все так говорите. Твои близкие сейчас здесь? Неужели они в опасности? Нет. В отличие от твоей никчемной жизни. Открой эту чертову дверь.

Наконец, он вставляет ключ в замочную скважину, и я удерживаю его на месте.

- Не двигайся с места, - я открываю дверь и протягиваю руку, нащупывая камеру слежения. В тот день, когда меня попросили опознать сестру, я мог позволить себе роскошь рассмотреть морг. Над стеллажами для хранения трупов была закреплена еще одна камера.

- Двигайся вперед и сядь за стол, - приказываю я ему. - Сделай хотя бы одно неверное движение, чтобы вызвать подкрепление, соверши лишь одну глупость, и я отправлюсь к тебе домой, - я достаю его бумажник из заднего кармана униформы. - Иди.

Он выполняет все, что я ему сказал, но движения его были скованны, он слишком тяжело дышит и дрожит/, охваченный дрожью. Впрочем, этого вполне достаточно. Камеры записывает только видео, без звуковой дорожки. Как только он усаживается перед монитором, я прохожу вдоль стены к ряду шкафчиков. И снимаю эту камеру так же легко, как и первую.

В отличие от больничных моргов, в правительственных учреждениях не так уж много охраны. Кому может прийти в голову грабить морг.

Я осматриваю ящики рядом с раковиной. Нахожу бинт и вскрываю его, направляясь к охраннику

Он уже явно прокручивает в голове то, как будет умолять меня с поднятыми руками.

- Пожалуйста, - снова начинает он. - Я понятия не имею, кто вы такой. Что бы вы ни хотели сделать с телами... я не скажу ни слова.

Ответ на этот вопрос кажется очевидным. Кому взбредет в голову грабить морг? Некрофилу - вот кому. По крайней мере, это логичное объяснение для этого парня. Я не в обиде, поскольку действительно планирую осквернить тело.

Я молчу, обматывая бинтом его лицо, затем достаю из кармана куртки пару кабельных стяжек и связываю ему запястья за спиной. Его учащенное дыхание шумно вырывается из-под бинтов. Наверное, мне следует дать ему какие-то гарантии, что я не собираюсь его убивать. Но для него будет лучше, если он потеряет сознание.

Я вовсе не плохой парень. Но и не хороший. Я не провожу ночи, защищая невинных или наказывая злодеев во имя справедливости. Я не настолько милосерден. Существует справедливость, а, значит, и месть. Но они не взаимозаменяемы.

Если бы этот охранник принес проблемы своим желанием побыть героем и защитить права умерших на достойное упокоение после смерти, он бы стал препятствием, и мой клинок нашел бы пристанище в его животе с такой же легкостью, как мои руки сломали шею Келлера.

Я хотел бы думать, что требуется время на то, чтобы зайти так далеко, и процесс превращения в убийцу постепенный. Но на самом деле это простой выбор. И я могу решиться на него в мгновение ока.

Мои часы пищат, напоминая о теле, ожидающем меня в бочке для сжигания. Мертвых тел становится больше.

Все началось с одного человека - одного дьявола с когтями и рогами, которого я никак не мог перестать рисовать. Он был призраком в этом самом морге, темным образом, выряженном в костюм от «Армани», источающим аромат дорогого одеколона, и его присутствие там в тот момент было неуместно.

Я и Джулс были сами по себе с тех пор, как она пошла в начальную школу. Наша мать заболела и обнаружила это на четвертой стадией рака груди, а затем и отец последовал за ней, попав в автомобильную аварию. Вместе мы преодолели самые тяжелые времена. Это заставило нас сблизиться. Я был единственным, кто следил за тем, чтобы она делала домашние задания, и чтобы у нее было достаточно денег для покупки модных нарядов, которые носили все ее друзья.

В то время не было проблемой поддерживать такой уровень жизни. Даже одной страховки было бы достаточно, чтобы позаботиться о нас обоих, но к тому же у меня была работа и карьера, которую я строил. Я носил сшитые на заказ костюмы и поднимался на лифте в офис на шестой этаж, где занимал респектабельную должность директора по информационной безопасности.

У меня была девушка, которая постоянно твердила мне о браке и детях, а также самый полный страховой пакет с медицинскими и стоматологическими услугами. Я был нормальным. Вежливым и заурядным. Сомневаюсь, что сейчас узнал бы этого Люка Истона.

Это была другая жизнь.

Переключатель щелкнул прямо здесь, в этом самом месте, перед стеллажами с трупами. Мое тело сковало страхом и обездвижило, так что судмедэксперту пришлось трижды спрашивать меня, готов ли я. Готов ли я опознать тело.

Я был не готов, но в то же время и не верил, что там была она. Это была ошибка. Джулс исчезла почти четыре недели назад, так и не вернувшись домой после тренировки с группой поддержки. И я все время повторял себе, что она попала в аварию, что она оказалась в больничной палате или в чьем-то доме, где люди пытались разбудить ее и выяснить, кто она такая, найти ее семью…

Пока медэксперт не открыл шкафчик и не выкатил ее бледное тело из стального блока.

Я сморгнул прочь это воспоминание.

Я изо всех сил старался не вспоминать ее в том виде. Вместо этого я смотрел на человека в черном костюме. Его любопытный взгляд следил за мной, оценивая слишком пристально. И именно в тот момент меня словно кистью пощекотало шестое чувство…

Когда я спросил себя, чего хочет от меня этот человек, его вынужденное, пустое отрицание вызвало первобытный отклик откуда-то из глубины моей тьмы. Во мне шесть футов и три дюйма, и я не раз встречался с задирами, которые пытались спровоцировать драку со мной, но я предпочитал не конфликтовать. До этого момента я никогда никого не бил.

Одним ударом я сбил патологоанатома на пол.

К тому времени как я направился к человеку в костюме, он уже исчез, так же быстро, как и появился, чертов призрак. Я почти убедил себя, что это была галлюцинация, вызванная стрессом... если бы не судмедэксперт. Я ожидал, что он выдвинет обвинение, но он оправдал мое поведение горем.

Это сразу же убедило меня, что здесь было что-то не так.

Он хотел по-быстрому замять это дело.

Я думаю, он всегда сидел где-то глубоко внутри меня, являясь частью моего сознания, которая не имела шанса быть услышанной до этого.

В тот день, когда тело Джулс опустили в землю, я похоронил и Люка. Он исчез из своего бизнеса, разорвал все связи. У Люка не было семьи. Имелось лишь заявление розыске человека, а потом о нем забыли.

Последние три года я жил и дышал возмездием.

Когда-то у меня был небольшой художественный талант. В свободное время я все еще баловался этим. Выдувное стекло, сварка, волочение. Я воскресил эту забытую часть своего существования и нарисовал лицо человека в костюме. Со всех сторон, с каждой резкой чертой, а потом я использовала свои навыки, чтобы найти его лицо в ДаркНете.

Современный мир покрыт камерами наблюдения. Они повсюду. Видео системы домашней безопасности, банковские записи, розничные магазины. Даже в кофейнях и в любых местах для прогулок. Все эти видеоматериалы хранятся в облаке. Получение доступа ко всем этим сохраненным кадрам лишь вопрос практики и знаний в области интернет безопасности.

Я нашел своего призрака. Кристиан Лэзье попал на камеру слежения, когда входил в банк в Коста-Рике. Он был настоящим. Я рылся в недрах интернета и прочесывал каждую ниточку, ведущую к нему, пока не создал профиль своего первого дьявола. А потом я подкрался к нему. Я последовал за ним в бар в верхнем Вашингтоне, где обнаружил целую компанию других дявольских ублюдков, которые любили охотиться на несовершеннолетних девушек.

Я мучил Лэзье целую неделю, пока, наконец, не получил второе имя.


Это превратилось в испорченное домино. Сбей с ног одного - и следующий упадет за ним. А потом еще один.

Лэзье вместе с пятью другими изнасиловал, изувечил и забил до смерти мою младшую сестру. Я собрал имена всех. Но где-то на этом пути мне стало недостаточно мести эти пятерым ублюдкам, пытавшим мою сестру.

Голод нарастал.

За этим делом скрывалось что-то более серьезное.

Я охотился в течение долгих трех лет, пополняя свою коллекцию. Пока не зашел в тупик.

Я перекидываю труп Майера через плечо и забрасываю его на каталку. Я накрываю его мерзкий труп простыней, затем ищу белый халат и чистую шапочку. Это намного проще, чем ворваться обратно... с телом.

До настоящего момента я бы предпринял более обширные меры, чтобы спланировать все тщательно и эффективно. Но тот факт, что Келлер всадил пулю в голову Майера, доказывает, что они становятся ближе и подчищают за собой.

Пусть все идет своим чередом.

Один коронованный дьявол на вершине пищевой цепочки уничтожает всех паразитов, и я в этом списке. Время ограничено. Они найдут меня точно так же, как я нашел их, независимо от того, насколько тщательно я скрываюсь от них.

Я мог бы оставить Майера здесь, чтобы выиграть больше времени. Но он не заслуживает достойных похорон. Мне нужно оставить сообщение.

Когда я иду по коридору с маской на лице, я чувствую облегчение. Это настолько чуждо мне, что я почти не узнаю эту эмоцию. Так или иначе, но все уже почти закончилось.

Поначалу Макенна была неудобством, обременяющей меня проблемой, с которой нужно справиться. Ее появление на складе было просто невезением.

Я не мог ошибиться сильнее.

Она была подарком от самого дьявола.

У меня в кармане лежит монетка, которую так и хочется подбросить вверх, и пятьдесят на пятьдесят, что человек, за которым я охочусь все эти годы, находится всего в двух шагах от этого звука.

Макенна еще не поняла, почему ее послали в дом Майера. Но я точно знаю, как заставить дьявола выйти из укрытия.





Глава 13

Сторожевой пес.




Макенна



Я прижимаюсь к двери подвала, сжимая слабыми пальцами листы бумаги. Это единственное место в этом подземелье, где я чувствую, что могу свободно дышать. Из самой узкой щели доносится слабый поток воздуха. А воздух мне необходим.

Разбросанные страницы моего расследования устилают пол подвала.

Всего лишь одна произнесенная фраза, принадлежавшая Хадсону, и я превратилась в дикое, неконтролируемое животное, разрывающее свидетельские показания и банковские гроссбухи.

Вопреки всем моим разглагольствованиям, я сделала то, о чем говорил мне Истон: я сравнила свои заметки с его безумными теориями. Я попыталась разобраться в его записях, но там имелись пробелы. Во-первых, Джек Келлер отмечен в качестве акционера MKE. Келлер - это своего рода теневой партнер. Кроме этого, прослеживается слабая связь между Келлером и Мейером, которые оба имеют отношение к развлекательной компании. Но никаких записей нет. Как и денежных операций. Просто подпись. Скорее всего, это подставная организация, что неудивительно. Я заранее проследила незаконные и сомнительные сделки компании Майера.

Но меня остановило от дальнейших поисков одно всплывшее имя.

Лаура Сандерс.

У Люка есть копия ее медицинской карты. Бланк датирован той же ночью и тем же временем, когда я допрашивала ее в приемном покое. Но эта запись отличается от той, что хранится в моем файле. К ней прикреплено заявление медсестры, которое я никогда раньше не видела.

Моя рука дрожит, когда я снова перечитываю его. Я уже дважды прочитала каждую строчку. Я пытаюсь запомнить ее слова, установить связь, найти в них смысл.

Лаура упоминает название "Файзер", рассказывая о том месте, где ее держали во время ее исчезновения. Почему она не упомянула об этом во время моего допроса? И почему мне не передали этот документ?

Еще более тревожный вопрос: как Люк Истон получил его?

Я просмотрела все формы в отношении любой транзакции в поисках «Файзера», совершенной через MKE, и мое сердце подпрыгнуло, когда я наткнулась на «ЛЛС». Это название развлекательной компании.

Установив эту связь, я вскочила на ноги, несмотря на боль и ломоту во всем теле, и заколотила в дверь, отмечая, что повязка лишь немного приглушила дискомфорт. Я звала Истона. Я кричала до тех пор, пока у меня не пересохло в горле, но он так и не пришел.

Поэтому я плюхнулась на пол у двери и подтянула колени к груди. Буря в какой-то момент утихла. Я больше не чувствовала вибраций далекого грохота. Говорят, молния никогда не ударяет дважды в одно и то же место.

Но Люк Истон ударил по моей жизни дважды.