Дикарь королевских кровей. Леди-секретарь

Придумать, как выразить протест, не успела. Вдруг зазвенела посуда, раздался глухой звук, а за ним – вопль. В следующий миг меня отпустили. Магистр отцепился и вскочил с дивана – от расплывающегося по его брюкам бурого пятна поднимался пар.

Очевидно, непонятно как подъехавший сервировочный столик стукнулся о ногу наставника. От удара стоявший на подносе чайник опрокинулся и окатил Эризонта кипятком. Случайность? Или, может, в этой библиотеке завёлся призрак с высокими моральными принципами?

Как бы там ни было, я была очень благодарна судьбе за вмешательство. Тем более что взбешённый магистр, хоть и мгновенно высушил и вычистил одежду, да и ожог легко залечил, предпочёл не возвращаться к прерванной сцене. Он напомнил об утренних докладах, сухо попрощался и ушёл, сославшись на срочные дела.

Я благодарно погладила остывающий бочок чайника и наконец-то выдохнула, но, как оказалось, рано обрадовалась… Призрак в библиотеке действительно был. И даже не один!

Не успела я сделать и шагу в сторону двери, как раздалось раздражённое:

– Далеко собралась?

Я резко обернулась и в ужасе уставилась на хмурого Джервальта. Он стоял возле окна, держа в руках свой плащ из лоскутов, а рядом ухмылялась парящая в воздухе голова Рида.

– К-к-как вы тут оказались? – Угу, от неожиданности у одной магианны случился приступ заикания, и сердце подпрыгнуло к горлу.

– Как? – переспросил Джер. – Элементарно.

– По-твоему, мы настолько глупы, что не в состоянии перехватить слугу с запиской? – фыркнул Рид, сдёргивая плащ, в результате чего у головы появились и туловище, и руки, и ноги.

Я судорожно вздохнула.

– Занятный разговор, – прокомментировал ситуацию наследник. Он действительно был очень зол.

Я сначала вспыхнула, но быстро опомнилась – а что я, собственно, сказала? Я ведь, наоборот, защищала, причём не столько себя, сколько его неотёсанное высочество.

– Милая Сандра, неужели ты думаешь, что я не в состоянии справиться со своими проблемами? – словно подслушав мысль, заявил Джервальт.

Опять вспыхнула, но тут же взяла себя в руки и даже открыла рот, чтобы возразить, но была перебита:

– Кстати, а о моей необразованности ты говорила всерьёз?

Брови невольно подпрыгнули на середину лба, зато принц немного смягчился.

– Возможно, я и не разбираюсь в магии, зато не слепой и прекрасно видел, как ты раскрывала надо мной щит.

Тут следовало испытать облегчение и даже порадоваться, а я отчего-то почувствовала себя так, будто совершила нечто постыдное.

– Сандра, я благодарен, – сказал Джервальт. – Но пусть это будет последний раз, когда ты подвергала себя опасности из-за меня.

Слов не нашлось, зато возникло желание стукнуть кронпринца чем-нибудь тяжёлым. Кстати, если он всё понимает и смысл встречи с Эризонтом ему в целом ясен, то почему злится?

– И больше никогда, слышишь – никогда! – не смей сбегать от моей охраны! – давая исчерпывающий ответ, припечатал Джер.

Теперь я не только вспыхнула, но и потупилась, хотя в собственной правоте ничуть не сомневалась.

– Рид, проверь выход, – приказал его высочество, и бессовестный ябеда вмиг исчез под плащом.

Затем были едва различимые шаги, приоткрытая дверь, и уже после этого вердикт:

– Чисто.

– Что ж, – губы Джервальта дрогнули в сдержанной, строгой улыбке, – раз все друг друга поняли… – Наследник шагнул навстречу и галантно подставил локоть, фактически приказав: – Прошу!

Вот так, цепляясь за локоть его высочества, я и вернулась в тронный зал, чтобы – и кто бы сомневался! – сразу нарваться на холодный взгляд Эризонта. Магистр наше появление заметил! А может, у него даже какие-то подозрения возникли? Если так, то… зачем я, спрашивается, потратила столько сил и нервов на попытку обезопасить всех нас?

– От меня не отходить, – тихо скомандовал Джервальт. По-прежнему злился, и этот момент подарил надежду, что Эризонт всё же придёт к неправильным выводам.

А ещё раздражение проснулось – понимаю, что принц, но обязательно говорить таким тоном?

Повинуясь этому раздражению, я и буркнула:

– Как это «не отходить»? А ещё разок потанцевать с вашей неуклюжей свитой?

Замер на секунду, словно опешив, а следом прозвучало:

– Неуклюжей свитой? Помнится, совсем недавно они были всего лишь подельниками. Моих парней повысили в статусе? О-о-очень за них горд.

Вот как ему это удаётся? Я же только-только успокоилась, придя в благостное расположение духа, а он…

– Если так хотите танцевать, леди Алессандра, то я сам с вами потанцую.

– Вот уж не надо, – ответила раньше, чем успела подумать.


– Не волнуйтесь, мне не трудно, – парировал Джер.

Я хотела сказать что-то ещё – что-то по-настоящему веское, умное, значимое! Но именно в эту секунду прозвучали первые аккорды классического вальса и принц, со свойственным дикарю азартом, утащил меня на паркет.



Увы, но танцевать с Джервальтом оказалось очень приятно. Он двигался с грацией смертельно опасного хищника и кружил, кружил, кружил… Я пьянела без вина, и к сопровождавшей нас компании вернулась пошатываясь.

Подумала и решила – а гори оно всё огнём! Сейчас точно расслаблюсь и начну наслаждаться приёмом. Угу, решила, но…

– Ваше высочество, подойдите-ка сюда! – окликнул сына король.

Разумеется, Джервальт тут же пошагал, куда звали. Личного секретаря тоже поманил, и я вынужденно поплелась следом – после недавней выволочки провоцировать принца неповиновением явно не стоило. Сказано не отходить ни на шаг – значит не отходить.

Настроения для светских бесед не было, а ожидать чего-то иного, учитывая компанию Эрилара Пятого, не приходилось. Король стоял возле эпичного полотна «Победа союзных войск» в обществе представителей тех самых союзников. То есть с делегацией из Кентарии в полном составе.

О чём можно говорить с такими гостями? Естественно, о погоде, природе и истории – ни одна из этих тем не составляла для меня проблемы, но и интереса не вызывала.

Рядом со стройными кентарийцами наш король смотрелся как кузнец среди балерин. А уж Джер и вовсе походил на башню. Очень такую симпатичную сторожевую башенку с мускулистыми загорелыми руками и обезоруживающей противника улыбкой.

Я даже залюбовалась и порадовалась, что представители соседней страны тоже взирают на престолонаследника с одобрением.

– Сын, лорд Гвейд, – кивок в сторону самого старшего из гостей, – обратился ко мне с очень заманчивым предложением. Но я решил, что в этом деле твоё мнение будет более весомым.

– Я вас слушаю, лорд Гвейд, – проявил несвойственную ему вежливость Джервальт.

Мне тут же захотелось подойти ещё ближе и гордо заявить, что это всё моё плодотворное влияние! Рассказы про нормы этикета и всё такое…

Но тут…

– Ваше высочество, – тут же залился соловьём посол, – в первую очередь разрешите выразить нашу радость по поводу вашего благополучного возвращения на родину. Мы неимоверно счастливы, что имеем возможность одними из первых поприветствовать вас. Что же касается поднятого мною вопроса… возможно, он несколько не ко времени, но я вынужден действовать решительно, пусть и немного поспешно, поскольку совершенно уверен, что не только Кентария вынашивает планы в этом направлении.

Не знаю, как Джер, а я к концу тирады совсем перестала понимать, к чему она ведёт.

– Ваше высочество, – вступил в разговор второй кентариец, – вы подходите к тому возрасту, когда мужчине пора начать задумываться о семье!

Что?! Я только каким-то чудом удержала этот вопрос, не выпалила его во всеуслышание.

– Да-да! – влез с поддакиванием третий. – Выбор будущей королевы – одна из важнейших задач в жизни наследника престола.

– И кому, как не нам – уже на протяжении семи столетий верным соратникам и добрым соседям, – затянул слащавую песню четвёртый, – попытаться посодействовать вам в столь сложном выборе.

Дальше я уже не слушала – только сверлила кентарийцев, хором нахваливающих свою принцессу, злобным взглядом. Сердито сопела и мечтала, чтобы Джервальт вот прямо сейчас, сию секунду вспомнил, что провёл десять лет не где-нибудь, а с дикарями.

Ну вот что ему стоило взять и, скажем, высморкаться в занавеску? Потыкать пальцами в картину или почесать что-нибудь неприличное? Выкинуть нечто такое, что разом отбило бы у чистюль-соседей охоту затевать династические браки!

Но Джервальт держался. Более того, улыбался и даже задал несколько вопросов о той самой принцессе. В какой-то миг показалось, что сейчас сама превращусь в дикарку – вцеплюсь в волосы лорда Гвейда, а потом расцарапаю надменное лицо посла.

От позора, к которому я была столь близка, спас его величество Эрилар Пятый – он взглянул с таким весельем, что желание драться испарилось. Я потупилась и даже попыталась отступить, но тут же услышала тихое:

– Леди тил Гранион, как вам дворец? – вопрос задал… ну, собственно, Эрилар и задал.

Я присела в почтительном реверансе и пробормотала:

– Волшебно, ваше величество.

– Отец уже знает о вашем назначении? – Почудилось, или в голосе его величества прозвучал оттенок ехидства?

И хотя тема задевала за живое, я сумела собраться и ничем своё волнение не выдать. А вот врать поостереглась – слишком опасно лгать королю.

– Мм-м… Я не уверена. Видите ли, всё случилось так быстро, и я сама написать отцу ещё не успела, а…

– Ясно, – перебил его величество с улыбкой. – Что ж, как раз сегодня буду диктовать ответ на одну его депешу и окажу вам любезность.

– Вы хотите сказать папе? – вырвалось у меня паническое.

– А почему нет? – весело отозвался король.

Желание застонать в голос я сдержала, а глаза всё-таки прикрыла и прокляла этот миг, ибо тут же услышала:

– Сандра, что с тобой? Тебе плохо? – Джер. Он даже про разглагольствующих кентарийцев забыл.

– Хорошо, – выдавила я. – Замечательно.

– Леди Алессандра, а давайте без ненужного геройства? – принц нахмурился. – Если вы…