Дети Лавкрафта

– Астен прав, – сказал Лен. – Я не помню, куда в точности мы направляемся. Какой адрес?

– Не давай ему подкалывать тебя. Я знаю, куда мы едем. Просто держи на юг. Уже недалеко осталось.

Лен кивнул. Ему хотелось, чтобы с этим было покончено, и потому не задавал никаких вопросов.

– Мои владения поделили, видите ли, – заговорил Астен. – Вместо меня выдумали Тота с Сетом, поскольку боялись одного бога, наделенного всей той властью, какой я обладал.

Дэйл посмотрел на Лена:

– Он все время болтал, пока меня не было?

Лен испустил выдох.

– Только тем и занимался.

– Что-нибудь интересное?

– Я разъяснял свое падение от милости, оперсотрудник Дэйл. Сказал и о ложных богах, занявших мое место.

Дэйл кивнул.

– По-моему, я читал об этом. В тех египетских книгах и еще в одной. Старинной.

– «De Vermis Mysteriis»[29].

– Точно. Про то, как старого бога сменили два помоложе.

– Это ж старинная книга на латыни, – удивился Лен. – Ты читаешь на латыни?

Дэйл пожал плечами:

– Учил немного в средней школе. В книге говорилось про Всевидящее Око. Наползающий Хаос.

– Наползающий? Ты все это время знал про это слово и ничего не сказал? – произнес Лен.

– Неважным казалось. Мы почти на точке. На следующем съезде, – сообщил Дэйл.

Лен глянул на него, потом вернул взгляд на дорогу, высматривая съезд.

– Про что еще в книге говорится?

– Что Хаос – это душа старых Внешних Богов.

– И посланца, – подсказал Астен.

– Ага, и посланца. Он проложит путь для возврата Внешних Богов.

– И ты не счел ничего из этого достойным упоминания, – сокрушенно заметил Лен.

Дэйл помотал головой:

– С чего бы это? Это ж просто старые сказки, верно?

– Пойдем мы поохотимся, пойдем мы поохотимся. Хей-о! Держись! Пойдем мы поохотимся, – затянул Астен.

– Умолкни, – велел Лен. Когда же он взглянул в зеркальце, то увидел не Астена, а массу извивающихся щупальцев. Не стал пялиться на такой вид и вернул взгляд обратно на дорогу. Мало-помалу туман начинал рассеиваться. Ко времени, когда он пошел на съезд, небо стало почти ясным.

– Не вижу ничего, – сказал Лен. – Какой адрес?

– Еще с милю подальше. Там ответвление. Мимо не проедешь.

– Как скажешь.

– Всевидящее Око. Наползающий Хаос. Ньярлатотеп. Рэйвенсвудский Потрошитель. Уверен, теперь вам понятно, почему меня так огорчало, что я известен как Ночной Выползень.

– Для бога имечко не очень, – согласился Дэйл.

Лен увидел знак и повернул машину на ответвление дороги. Он провел взглядом по небу над макушками деревьев, отыскивая сторожевые вышки и каменные стены тюрьмы.

– Где мы? Я ничего не вижу, – сказал он.

– Еще один поворот. Прямо тут, – успокоил Дэйл.

Лен повернул машину. Еще через несколько сотен ярдов встал. Они оказались в тупике, возле песчаного берега с видом на Тихий океан.


– Куда, к черту, мы попали, Дэйл? Не туда свернули?

– Все у нас прекрасно, – подал голос Астен. – Не так ли, оперсотрудник Дэйл?

Дэйл потер пальцем переносицу:

– Лен, он ведь раньше правду говорил. Он никого не убил. Люди просто умирали.

Лен через ветровое стекло разглядывал песок. Он держал себя в руках и был спокоен на вид. Пока Дэйл тоже не стал пялиться в окошко. Тогда Лен потянулся за пистолетом в кобуре у себя под мышкой. Он едва шевельнулся, как почувствовал, что оружие Дэйла вжалось ему в висок. Лен откинулся на спинку, позволил Дэйлу забрать его пистолет и швырнуть его на пол. Свой пистолет Дэйл опустил, но по-прежнему держал наготове.

– Нам это ни к чему, Лен. Тут только ты да я.

– И он, – добавил Лен, кивая на заднее сиденье.

– О нем не беспокойся. Тут играем ты да я.

Лен, не обращая внимания на напарника, повернулся к Астену:

– К чему эта игра? У тебя есть то, чего ты желал. Такой же безумец, как и ты, готовый пресмыкаться у твоих божественных ног. Зачем было тащить меня в такую даль?

Астен уперся лбом в разделявшую их сетку.

– У вас есть ноутбук, оперсотрудник Леонард? Разве не создаете вы архив для страховки на случай, если с ним что-нибудь случится?

– Копии. Дублирующие системы, – подсказал Дэйл.

– Мне нравятся все виды техники. И разумные люди, – произнес Астен.

– Ясное дело, мне недостало разумности понять, что до этого дойдет, – вздохнул Лен.

– Не стоит об этом так рассуждать, – возразил Дэйл. – Я столь многого не видел, пока он не показал мне.

– Я сделал вашему напарнику предложение, – сообщил Астен.

– Какого рода?

– Лен, неужто тебе не хочется пожить вечно? – спросил Дэйл.

– Если честно, то нет.

– Не тревожьтесь, – предупредил Астен. – Если не сработает, вам в любом случае долго не прожить.

Лен глянул на него, потом Дэйл. Только Лен его не увидел. У того, что он увидел, были выпученные сегментированные глаза и все в колючках жевала. Лен опустил взгляд на собственные руки, просто чтоб убедиться, что он на самом деле существует. Что он на самом деле там. Дэйл положил ладонь ему на руку, и это было похоже на липкую лапку многоножки.

Когда Лен поднял взгляд, Дэйл опять был самим собой. В руке он держал небольшую аккумуляторную дрель.

– Лен, я тебя прошу. Больно будет намного меньше, если ты не станешь сопротивляться.

– Послушайте его, опер. Он помогал мне на многих охотничьих вылазках.

Лен посмотрел в лобовое стекло. Что-то громадное, казалось, передвигалось по ночному небу. Звезды, пробуждаясь, мешались. Лен больше не узнавал созвездий.

Кузнечики тучей облепили машину, покрыв все окна. Лен перевел взгляд на пол. Пистолет лежал далеко, не достать, а у Дэйла оружие по-прежнему было под рукой.

– Где насекомое? – спросил Лен.

– У меня в кармане. Тебе незачем его видеть.

Лен оценил положение. Драку начать он мог бы, только Дэйл наверняка его убьет. «Куда тебе бежать, – подумал он, – когда что-то там, в вышине, звездами ворочает?»

Лен закрыл глаза.

Заработала дрель, в машине сверло визжало особенно громко.

Позже кузнечики улетели. Машина развернулась, и они осторожно покатили обратно по дороге, по какой получасом раньше приехали. Вновь выбравшись на автостраду, понеслись на север.

Звезды вернулись на свои исконные места. Или так казалось. Уверенности у Лена больше не было. Да это и не имело значения. Вести он не мог, даже руль в руках не удержал бы, так что домой их вез Дэйл. С заднего сиденья доносилось пение: Астен тянул свой тихий псалом.

В голове Лена стало тесно от голосов. Дэйл, Наползающий Хаос, а еще тот, что жужжал безумные тайны откуда-то из бесконечно холодного далека.

Лен тронул кожу на голове, как раз над правым ухом. Крови больше нет. Дэйл был прав. От сверла было не очень-то больно, а отныне Лен был уверен, уже ничто и никогда не причинит ему больше боли.