Совершенный вид (СИ)

– О, она не будет, – быстро заверил ее Трис. – Я… я с радостью воспользуюсь твоим предложением.
Он помрачнел, остановив взгляд на раскинувшемся внизу, через дорогу, темном массиве парка, сквозь лиственный купол которого тут и там просачивался золотистый свет фонарей.
– Все будет хорошо, – сказала Дафна, без труда догадавшись, о чем – точнее, о ком – он подумал. – Мы разберемся со всей этой… историей.
Трис неопределенно хмыкнул, продолжая рассматривать убегающую в темноту деревьев аллею, и девушка, поколебавшись, тихо добавила:
– Тебе не кажется странным, что я уже второй раз натыкаюсь на них в окрестностях парка? Что их туда тянет?
– Я, – вздохнул Трис, повернув, наконец, к ней лицо. – Парк – это последнее место, где они меня видели. Теперь они бродят неподалеку, пытаясь вновь напасть на мой след. И, возможно, им это в конце концов удастся. Поначалу я закрывал от них свое сознание – но теперь и сам хочу этой встречи... Боюсь лишь за Кейру и… за тебя. Вам обеим было бы безопаснее держаться от меня подальше.
– Ну, как видишь, я и без тебя уже дважды с ними столкнулась. – с усмешкой заметила Дафна. – Что ж, значит, парк… Это значительно сужает круг наших поисков.
– Ты должна пообещать мне, что не станешь искать их одна, – твердость, прозвучавшая в его голосе, удивила девушку, и она, подумав, ответила:
– Если ты пообещаешь, что не пойдешь домой пешком, а позволишь мне вызвать для тебя такси.
– Да вы с Кейрой сговорились, – проворчал Трис. – Что ж, хорошо. Только помни о своем обещании.
Дафна с улыбкой кивнула, и они вместе направились к двери, напоследок оглянувшись на дремлющий под дождем парк – то ли опасаясь, то ли надеясь заметить среди неверных ночных теней зловещие огоньки хищных глаз, выслеживающих свою жертву.
***
– Я беспокоилась, – сурово заметила Кейра, ожидавшая Триса в прихожей со скрещенными на груди руками. – Мог бы и предупредить меня, что отлучишься так поздно.
– Прости, – просто сказал он, стягивая с ног мокрые ботинки. – Это вышло спонтанно, и я не заметил, как пролетело время…
– Настолько увлекся беседой с этой… как ее там… Дианой?
– Дафной, – поправил ее он. – Да, мы о многом поговорили. Но я вернулся на такси, как ты – вы обе – настаивали. Правда, тебе не о чем переживать. – и он мягко добавил, взяв ее руками за плечи и заглянув ей в глаза: – Я ведь не ребенок, Кейра, и могу себя защитить.
– Кто знает, – пробормотала она, и сквозь бархатистое тепло ее кожи Трис вдруг вновь ощутил настолько сильное чувство – уже знакомое ему, но по-прежнему не до конца понятное – что поспешил смущенно отступить от девушки. В конце концов, он обещал ей не «копаться» в ее мыслях и эмоциях – даже если это выходило непроизвольно.
Кейра вздохнула с непонятным выражением на лице и спросила, кивнув в сторону кухни:
– Может, выпьем чаю – или кофе – и ты расскажешь мне подробнее о вашей встрече?
– Спасибо – я уже попил кофе у Дафны, – простодушно ответил он. – Давай поговорим обо всем утром, если ты не против. Так хочу спать, что еле на ногах стою…
– Конечно, без проблем, – пожала та плечами. – Спокойной ночи, Трис.
– Спокойной ночи, Кейра.
Оказавшись в своей комнате, Трис полностью открыл балконную дверь, пропуская внутрь сдобренную запахом дождя ночную прохладу, и, наскоро раздевшись, устало вытянулся на диване. Вопреки его ожиданиям, сон не сразу смежил его веки – какое-то время он думал о Кейре, отчего-то заочно невзлюбившей Дафну с того самого момента, как он рассказал ей об их встрече в Доме Земли, о необъяснимом напряжении, все чаще возникающем между ним и подругой. Затем его мысли вернулись к Дафне, проведенному в ее уютной кухне вечеру, их долгому, душевному разговору… Вспомнив о погибшем муже девушки, Адриане, Трис вдруг ощутил смутное тревожное чувство, всплывшее откуда-то из глубин его подсознания; кажется, впервые оно возникло у него в тот момент, когда он рассматривал фотографии в альбоме Дафны. Но с чего бы ему появиться?
Сколько Трис ни напрягал свою память, он так и не мог вспомнить, что именно из увиденного на фотографиях так его обеспокоило. В конце концов, сдавшись, он закрыл глаза и позволил накатывающей дремоте унести себя за зыбкую грань яви, навстречу очередному странному сну.
 
В этом сне он не обнаружил себя привычно идущим через Лес к таинственному озеру, у которого его поджидала Элео; на этот раз он оказался в каком-то ярко освещенном, уставленном непонятным оборудованием помещении без окон, с белыми стенами и разделяющими его прозрачными перегородками. Сам он стоял напротив некоего подобия большого белого шкафа, внешне напоминающего холодильник; сходство это усиливалось явственным ощущением исходящего от него холода. В верхней части «холодильника» Трис увидел маленькое застекленное окошко и, поколебавшись, приблизил к нему лицо, пытаясь рассмотреть то, что за ним скрывалось.
Поначалу он не узнал лицо молодой дейнарки, оказавшееся чуть ниже уровня его глаз; девушка, несмотря на явно нездоровый вид, казалась спящей, однако Трис сразу понял, что она мертва. Ничего, кроме этого безжизненного, словно бы потухшего лица с запавшими щеками и заострившимися, некогда прекрасными чертами, он толком разглядеть не сумел, да и не старался – поскольку неожиданно понял, кто погребен в этом жутком ледяном саркофаге.
Похолодев от ужаса, Трис отпрянул и едва не закричал в полный голос, когда чья-то маленькая прохладная рука схватила его за плечо, заставляя повернуться. Перед ним стояла Элео – такая, какой она обычно являлась ему во снах – и смотрела на него с невыносимой тоской и тревогой.
– Беги, Трис! Беги, пока он тебя не убил! – отрывисто велела она и с такой силой потянула его за собой, что Трис, качнувшись вперед, потерял равновесие – и упал бы, если бы неожиданно не уперся ладонями в теплый податливый песок. Подняв голову, он понял, что сидит на берегу уже знакомого лесного озера, окруженного стеной древних деревьев-исполинов, рядом с Элео, которая, обхватив руками колени, с грустью вглядывалась в стелющийся над водой туман.
– Элео! Это… это ведь ты… ты там была, – выдохнул Трис, протянув руку и сжав ее ладонь в своей.
– Там было мое тело. – девушка склонила голову и нахмурилась, словно что-то вспоминая. – И оно до сих пор там. Ты в тот день нашел его – увидел то, что не должен был, и воспротивился злу – и за это он едва тебя не убил. Но ты выжил… и сумел сбежать. Заплатив за это памятью.
– Где – там? Кто – он? – принялся взволнованно сыпать вопросами Трис, но дейнарка лишь еще больше нахмурилась, качая головой.
– Я не знаю его имени… не знаю, кто он… Знаю лишь, что душа его темна и холодна, как воды подземной реки… И я была нужна ему для порождения нового зла…
– Элео, – Трис крепче сжал ее руку, заставив ее поднять на него глаза, полные печали. – Я встретил Дафну… и Кора. Твоего брата. Его ты помнишь?
– Кор… – ее лицо, поначалу озадаченное, озарила слабая нежная улыбка. – Скажи ему… скажи…
Воздух вокруг них затрепетал, точно знойное марево в раскаленный солнцем полдень – сон таял, исчезал, быстротечный, как и всегда, и Трис едва расслышал голос Элео, стремительно отдаляющийся от него вместе со всем окружающим миром.
– …что я его люблю…
– Черт! – выругался он, резко сев в своей постели, едва последние обрывки сна покинули его сознание.
Его обступила успокаивающая, знакомая полутьма его спальни, наполненная привычным шумом дождя – но своим мысленным взором Трис все еще видел жуткую белую комнату, в которой он, вне всякого сомнения, когда-то бывал наяву. Он не мог вспомнить ее в деталях – они расплывались и ускользали от него, стоило ему попытался на них сосредоточиться – но он помнил эти странные прозрачные перегородки, образующие нечто вроде отдельных камер внутри просторного помещения, устрашающего вида оборудование, инструменты, напоминающие медицинские… И, конечно, ледяной саркофаг, упокоивший останки Элео.
 
Что же с ней случилось? И зачем кому-то понадобилось хранить ее тело?