Совершенный вид (СИ)

– Честно говоря, я надеялась, что, увидев это место, ты что-нибудь вспомнишь. Пойдем, – девушка взяла его под руку, увлекая за собой, прочь от фонтана. – Угощу тебя фруктовым коктейлем и кое-что расскажу.
Они успели, прогулявшись по одной из центральных улиц, войти в небольшую уютную закусочную, похожую на светящийся стеклянный куб, прежде чем дождь вновь набрал силу. Сняв дождевики, устроились за одним из прямоугольных столиков с расположенными по обе стороны диванчиками, и Дафна быстро заскользила кончиками пальцев по экрану электронного меню.
– Как насчет вегетарианских бургеров и какого-нибудь салата? – вопросительно подняла она глаза на Триса. – Кухня здесь, конечно, не слишком изысканная, но готовят вкусно. А фруктовые коктейли – самые лучшие в городе.
– С удовольствием попробую. Тем более, я пока не очень разбираюсь в еде. Кейра часто что-то заказывает на дом или приносит из своего ресторана, и мне нравится ВСЕ.
Дафна засмеялась, откинувшись на спинку диванчика, и Трис ощутил, как волна этого смеха смывает с него тревогу и хандру последних дней; он просто не был способен грустить рядом с этой маленькой ясноглазой девушкой. И он мог лишь надеяться, что в его компании она чувствует себя так же – по крайней мере, во взгляде ее больше не скользила, подобно тени, пронзающая сердце печаль.
Заказ им принесли быстро, и Трис, хоть и не был голоден, с аппетитом впился зубами в край внушительной конструкции, состоящей из двух половинок посыпанной кунжутом булочки, между которыми были уложены слоями листья салата и ломтики помидоров, жареных баклажанов и тающего сыра.
– Фкушно, – промычал он, перехватив взгляд девушки, которая наблюдала за ним с явным удовольствием – так же на него смотрела Кейра, когда он ел.
– Приятного аппетита, – фыркнула Дафна и принялась за свой бургер.
Пока они ужинали, день за стеклянными стенами закусочной постепенно тускнел под натиском дождя и подступающего вечера; мимо сновали прохожие, но внутри посетителей было немного, и Трис с Дафной могли спокойно разговаривать, не опасаясь быть услышанными за соседними столиками. Когда они закончили с едой и перешли к фруктовым коктейлям (Дафна выбрала клубнично-банановый, а Трис решил попробовать смесь лики и апельсина) их разговор, вертевшийся вокруг разных пустяков, наконец, коснулся темы, ради которой они – в очередной раз – встретились.
Первым заговорил Трис, рассказав Дафне о своем сне, в котором очутился в странной, похожей на медицинскую лабораторию, комнате, где обнаружил тело Элео. Его рассказ явно взволновал девушку; с возбужденно блестящими глазами она перегнулась через стол и схватила друга за руку.
– Твой сон лишь подтверждает мои подозрения, – понизив голос, выпалила она – и, в свою очередь, поделилась с Трисом своей догадкой насчет незаконных генетических экспериментов, которые, возможно, проводили ксенологи Центра.
– Конечно, здесь может быть замешана и сторонняя лаборатория, о которой мне и Леонарду ничего не известно, – добавила она, хмурясь. – Но тогда возникает вопрос – каким образом они могли заполучить Элео – да и вообще узнать о ней? У ксенологов же такая возможность была. И, если этот эксперимент – действительно их рук дело, то, скорее всего, их покрывает кто-то из руководства. Недаром их деятельность всегда была окружена какой-то странной секретностью… Эта версия объясняет и то, почему тебе показался знакомым символ, изображенный на логотипе Центра. Его размещают на всем: внутренних дверях, оборудовании и даже лабораторных халатах сотрудников. Ты часом не видел его в своем сне?
– Боюсь, я не запомнил деталей.
– Но ты точно помнишь, что Деймос называл тебя «Объектом два»?
– Да. Совершенно точно. Выходит, «другие» – это объекты номер один, три и четыре, – задумчиво произнес Трис. – И все мы – подопытные мыши…
Дафна, различив в его голосе нотку горечи, ободряюще сжала его пальцы своими:
– Эй, ну, это пока что просто безумное предположение. Вполне возможно, всему этому есть куда более простое объяснение…
 
– Интуиция подсказывает мне, что ты права, – покачал головой гибрид. – И не зря же у меня все время возникает чувство, будто у меня нет никакого прошлого. Поначалу я думал, что это из-за потери памяти, но…
Вдохнув, он сделал большой глоток из высокого, грушевидной формы бокала, в которых им принесли коктейли, и тихо спросил, взглянув Дафне в глаза:
– Скажи, и кто же я тогда на самом деле? Гибрид человека и дейнара? Или нечто другое? Что послужило «исходным материалом» для эксперимента?
– Я не знаю, – честно ответила она. – Могу лишь строить догадки. Нужный ген – точнее, генетическую конструкцию – могли внедрить в клетки эмбриона человека или гибрида, после чего ускоренными темпами вырастить его в лабораторных условиях до взрослого состояния. Такая технология (ускоренного выращивания) существует и применяется для получения донорских органов, например; на людях ее, конечно, испытывать запрещено.
– Как можно вырастить человека из эмбриона в лаборатории?
– Очень просто – в искусственной матке. Иногда к такому способу приходится прибегать, если женщина по какой-то причине не может сама выносить ребенка. Искусственная матка – полноценная замена «настоящей»: развитие и питание плода внутри нее осуществляются практически тем же образом. Даже пуповину приходится перерезать после «рождения» ребенка.
– И все это затеяли ради того, чтобы проверить, можно ли «привить» способности амавари человеку? Ну, или гибриду?
– Так я думаю. Только представь себе будущее антроповильцев, большая часть которых будет обладать твоими способностями – и, кроме того, передавать их потомству…
– Лишь бы они не были похожи на Деймоса и его компанию, – мрачно добавил Трис.
– Кстати, это странно… – Дафна в задумчивости принялась покусывать нижнюю губу. – Почему вы получились такими разными? «Другие» полны агрессии и явно склонны к насилию, в отличие от тебя, полной им противоположности.
– Возможно, я такой же, как они – просто забыл об этом, – усмехнулся Трис.
– Ерунда! Я знаю, ты не такой. Кроме того, ты и сам говорил, что они тебя, мягко говоря, недолюбливают. Наверное, бесятся, что ты так на них не похож, чуют в тебе чужака…
Трис неопределенно пожал плечами и, прикончив остатки своего коктейля, с минуту молчал, вертя в пальцах опустевший бокал.
– Интересно, можно ли считать эксперимент удавшимся, – наконец, произнес с тихим смешком, – и что стало бы с нами, не сумей я сбежать. Меня уже просто распирает от всех этих мыслей и попыток достучаться до своих воспоминаний… Надеюсь, встреча с Деймосом все прояснит – раз и навсегда. Я уже ничего не боюсь, кроме того, что мне придется всю свою жизнь – сколько бы мне ее ни осталось – провести в забвении…
– О какой встрече ты говоришь? – нахмурилась Дафна.
Трис поднял на нее глаза, раздумывая, стоит ли посвящать ее в свой план, но колебания его длились всего несколько секунд: он знал, что девушка либо потребует взять ее с собой, либо (что вероятнее) настоит на том, чтобы «спустить» на Деймоса полицию. Он же хотел сперва увидеться с ним один, с глазу на глаз, чтобы узнать, наконец, о себе всю правду, даже если ценой этого знания станет его жизнь. Внутренний голос подсказывал – Деймос хитер и коварен и наверняка найдет способ ему навредить – но сейчас это было не так уж важно. Он не мог больше жить в теле незнакомца.
– Я имел в виду, что постоянно ищу с ним встречи, – солгал он, надеясь, что шерсть, покрывающая его лицо, сумеет скрыть заливший его щеки румянец.
 
– Ты их больше не чувствуешь? – спросила Дафна, кажется, не заметив его лжи.
Трис с сожалением покачал головой.
– В последнее время – нет. Может, затаились – или рыщут где-то в других местах...
– Не понимаю, как их «создатели» позволяют им вот так открыто бродить по городу… А что, если они тоже сбежали, как и ты?
– Не думаю. Уверен, они выслеживают меня с ведома – и по приказу – тех (или того), кто нас создал…