Жизнь напрокат (СИ)

Еще только с ним мне разборок не хватало! Взгляд упал на держащую меня руку, и я резко остановилась. Костяшки были сбиты в кровь.
— Ну-ка, повернись! — приказала я.
Парень недовольно обернулся, а я выдохнула с облегчением. Хоть синяков на лице нет, и то хлеб.
— Довольна? Теперь пойдем!
И Алекс снова заторопился покинуть станцию. За ближайшим поворотом нас ждал его мотоцикл и… больше никого.
— Куда все делись? — не сумела скрыть удивления.
— Поехали в кафешку обедать.
— А мы туда же собираемся? — мигом скисла от этой новости я.
— Вообще-то, я хотел в другое место поехать, но если ты хочешь к ребятам…
— Нет! — поспешно отказалась от предложения и натянула протянутый шлем. — Лучше в другое место!
Будь оно хоть помойкой. Ловить на себе ехидно-довольные взгляды совсем не хотелось. Настроение не то.
Алекс меня приятно удивил. Мы приехали в мою любимую кондитерскую-мороженицу. Вот уж точно, самое лучшее место для поднятия настроения девушке.
Мы выбрали столик в самом углу, у окна за разлапистой пальмой, и пока парень пошел к витринам за провиантом, я оглядывала зал. Небольшой, уютный, выдержан в зеленых тонах. На стенах висели дешевые репродукции с изображением пейзажей. Немного портили картинку пластиковые столы и стулья, но ремонт тут будет намного позже. Потом колер сменится на бордовый, а мебель станет монументально-деревянная. Хотя и сейчас довольно мило.
На стол передо мной опустилась вазочка с мороженым, политым вишневым сиропом, буше, эклер и большой кусок торта. И, конечно же, неизменная чашка сладкого кофе с молоком, разлитым из большого чана. М-м-м! Ностальжи! Себе парень взял тоже кофе и одинокий бутерброд с сыром.
— Взял на свой вкус, — словно извиняясь, произнес Алекс. — Не знал, что ты любишь.
— А это как раз и люблю, — улыбнулась в ответ, отправляя в рот первую ложечку мороженого. — И именно в этом месте.
— Это хорошо, — протянул парень и замолчал, сосредоточенно изучая улицу через пыльное окно.
Я же углубилась в дебри порока чревоугодия.
— Ты потеряла, — спустя какое-то время произнес Алекс и протянул мне маленького мишку, которого он выиграл в тире.
— Извини, — виновато потупилась. — Просто… Макс своими наездами совсем выбил меня из колеи.
— Нда…
И снова пауза, и снова этот взгляд в окно.
— Алекс, ты поговорить хотел, — решила я закончить уже это неловкое молчание.
— Да, — парень уставился на меня. — Ты действительно сама к нему…?
— Да, — честно ответила я, ни разу не стесняясь своего неблаговидного поступка.
Кулаки парня сжались, на скулах заиграли желваки. Вот сейчас еще и он обзовет меня шлюхой для полного счастья. Эх! Зато эклер вкусный. Хоть какое-то счастье в этой жизни.
— И что ты в нем нашла? — неожиданно спросил Алекс. — Как только тебя угораздило связаться с таким придурком?!
— С каким? — спокойно поинтересовалась у него. — С заботливым, романтичным и добрым? С парнем, который просто очаровал всю мою семью? С человеком, с которым я прекрасно проводила время, где бы мы ни были, хоть на озере, хоть на конюшне навоз убирали? С остроумным и приятным собеседником? Дальше продолжать? — невесело усмехнулась я. — Все то время, что мы были вместе, Макс был именно таким.
— И что же случилось?
— Сказка закончилась, — голос мой заледенел. — Прекрасный принц оказался ревнивым мудаком и был совсем не прочь покутить с понравившейся девчонкой лет шестнадцати, а я, знаешь ли, росточком не вышла.
— И в этом вся проблема? — брови собеседника удивленно взметнулись вверх.
— Конечно же, нет, — я беззаботно махнула на него пирожным и улыбнулась. — Теперь еще и в тебе. Прынц же ревнивый.
— Вот не зря я ему морду начистил, — зло процедил Алекс.
— Зря, — не согласилась с ним и на обиженный взгляд пояснила: — Он не стоит того, чтобы разбивать о него кулаки. Ты, кстати, раны чем-нибудь обрабатывал?
— Ерунда, — отмахнулся парень.
— Мужчины, — я закатила глаза в потолок.
Вот скольких парней знаю, ни один из них ни разу не обработал рану без скандала. А уж сколько Маруська со своим мужем по этому поводу ругалась… Один раз она даже втихую вызвала ему скорую. Как оказалось, вовремя. Этот идиот — по-другому и не скажешь — два дня терпел боль от воспаляющегося аппендицита. Врачи еле успели вырезать, пока не рванул.
 
— Там за углом аптека, сейчас вернусь.
И, не слушая возражений, я устремилась к выходу.
Перекись, бинт и пластырь — джентльменский набор. Точнее, набор юного джентльмена, а дальше будет анальгин, папазол, аллохол, хе-хе. Антипохмельная смесь.
Алекс стоически терпел все мои издевательства, и даже не сопротивлялся.
— Ну, вот теперь моя душенька спокойна, — я улыбнулась, оглядывая результат своих трудов.
— Пойдем, погуляем? — предложил парень. — Или домой пора?
— А сколько времени?
— Пять.
— Увы, — я развела руками. — Может, в другой раз?
— Завтра? — тут же предложил он.
Из огня, да в полымя… Хотя, что еще мне делать в оставшееся время? Почти целый месяц.
— Хорошо, давай завтра.
Он довольно улыбнулся. Не счастливо, а именно довольно, и эта его улыбка что-то неприятно царапнула в душе, но я отогнала сомнения подальше. Не все же такие придурки, как Макс, в конце концов. Наверное…
  
~ 34 ~
 
От предков мне влетело. И даже не за опоздание, а за то, что приехала на мотоцикле, а мне на нем кататься не разрешали. Мда, детство, блин. Сто лет уже ни у кого разрешения ни на что не спрашивала, а тут нате вам. Пришлось выслушать лекцию о безопасности, безответственности и бла-бла-бла. Благо, хоть недолгую.
Спать я ложилась в глубокой задумчивости, и озадачил меня Алекс. Парень проводил меня прямо до порога и даже попытался поцеловать. Увернуться и подставить щеку я успела в последний момент. Он не обиделся и обещал завтра за мной зайти. Предки проехались по ушам еще и по этому поводу, но дома, на удивление, не засадили.
Мама распереживалась, что я мальчиков меняю, как перчатки, брателло поприкалывался, а папа по-тихому прочел лекцию о вреде раннего секса и способах контрацепции. И вот зачем Алекс все это спровоцировал? Ведь знал же, что я только что рассталась с парнем, что родителям тот парень нравился, и при этом сразу же полез целоваться практически у всех на глазах. Идиот? Надеется, что раз Максу не перепало, то ему на халяву достанется? Или он специально? Но зачем? Не понимаю…
Утром Алекс явился ни свет, ни заря.
— Лина, к тебе пришли, — недовольно поджав губы, сообщила мама, стоя над кроватью, откуда мне совсем не хотелось вылезать.
— И кого там черти принесли? — сонно потирая глаза, спросила я.
— Вчерашнего кавалера.
— Ну так гони его в шею! — посоветовала я и отвернулась к стенке. — Я сплю!
— Это неприлично! — заявила маман и сдернула одеяло. — Вставай и одевайся.
— Ма-а-ам, я не хочу.
— А придется. Развела гарем, теперь сама с ними и разбирайся! И никаких мотоциклов! — припечатала родительница напоследок и, наконец-то, соизволила удалиться.
Пришлось подниматься. Алекс нашелся на веранде в обществе папы. Эти двое сидели и упоенно обсуждали моторы. Нашли друг друга два автомеханика, начинающий и действующий.
— А у вас в карбюраторе конденсат, — вместо доброго утра выдала я рекламную тему и пошла на улицу умываться.
— Систер, а ты популярна, — шлепнув меня по заднице и быстро отскочив в сторону, пока в обратку не прилетело, радостно заявил братец. Вовремя отскочил, засранец. Знает, что у меня удар с левой похлеще кенгуру.
— Отвали, — беззлобно проворчала я в ответ.
— И главное, все как на подбор красавчики, — продолжал паясничать мелкий.
— Мам, а Лешка курит, — тихо позвала я, за что тут же удостоилась еще одного тычка, на этот раз довольно болезненного, от мигом посерьезневшего Лехи. В ответ я плеснула на него холодной водой из кружки.