Возвращение на остров (ЛП)

— Джулиет? — позвал я шепотом. Дважды моргнув, чтобы сфокусироваться, я снова произнес ее имя, сбегая вниз по лестнице.
— Не.., — сказала она, подняв руки, и я остановился. Следом раздался хлопок, и нас окутала тьма. — …Пусть дверь закроется, — поправила она.
— Почему? — спросил я, явно сбитый с толку, делая еще один или два шага к ней.
— Дверь заперта. Я не могла открыть ее. Как бы ни стучала в нее, меня никто не слышал. Никто не приходил.
Я добрался до нее на площадке, где она стояла, прижатая к стене. На лестничной клетке было темно, горели только аварийные огни, но я видел, что она плакала.
— Что ты здесь делаешь? — спросил я дрожащим голосом. Я стоял перед ней, мое сердце колотилось. Затем потянулся вперед, чтобы заправить ей за ухо выбившуюся прядь.
— Я пыталась найти тебя.
— Ты вернулась, — сказал я с облегчением, пальцами продолжая ласкать ее ухо.
— Я ошибалась. Так ошибалась. Я снова потерялась в голове, и это завладело моим сердцем.
На меня смотрели наполненные слезами фиолетовые глаза. Я скользнул ладонью к ее челюсти.
— Почему ты позволила этому случиться, детка? После всего, через что мы прошли.
— Я не знаю. Просто запаниковала. И не могла поверить, что я тебе понадоблюсь, когда мы оказались за пределами этого острова. Что мы могли бы быть чем-то вне его. И когда Эбби… — Джулиет замолчала, когда я посмотрел на нее. Мне не хотелось слышать, что сказала ей Эбби. Внезапно она потянулась к моей рубашке и притянула меня к себе. Ее рот прижался к моему, и она поцеловала меня, кусая мою нижнюю губу. Я поднял подол ее футболки, и она отпустила мой рот ровно настолько, чтобы снять ее.
— Я просто не смогла бы жить без тебя. Не в этот раз, — сказала она. Моя рубашка была следующей, когда наши руки отчаянно блуждали по телам друг друга между поцелуями и комментариями. Я снял с нее бюстгальтер, и тепло ее груди у моей заставило нас обоих вздохнуть.
— Я постоянно прошу тебя, чтобы ты меня не бросала. Как ты могла уйти? — спросил я, мой рот скользнул вниз по ее челюсти к ее плечу.
— На этот раз ты сказал идти. Мне жаль. Мне так жаль.
Я дотянулся до ее груди и впился в нее, грубо посасывая, прежде чем зубами прикусил сосок. Она взвизгнула, но прижала мою голову, чтобы я не останавливался.
— Укроти меня, — всхлипнула она. – Приручи меня. Только не оставляй меня.
Я с хлопком выпустил ее грудь и выпрямился.
— Мне не хотелось, чтобы ты уходила. Я не имел в виду то, что сказал. Мне не хотелось, чтобы ты уходила.
Ее пальцы расстегнули пуговицу на шортах.
— Помедленнее, детка, — сказал я, осознав, что мы находимся на лестничной клетке, из-за надвигающегося шторма.
— Нет, — резко ответила она. Мы были такими раньше. Я знал, что ей нужно. Когда все выходило из-под контроля, ей нужно было чувствовать, что все под контролем.
Ее шорты были сняты, и я просунул в нее палец. Мокрая и готовая для меня, она вздохнула с облегчением от моего прикосновения.
— Тебе здесь небезопасно, — предупредил я, имея в виду ураган. — Тебе следовало лететь домой.
— Я в безопасности, там где ты. Где бы ты ни был, — сказала она, выдыхая, когда я вытащил из нее палец. Я возился со своими шортами, а затем развернул ее лицом к стене. Ее ладони разжались, щека прижалась к ним. Я легко вошел в нее, и мы вместе застонали. Мой лоб коснулся ее спины, когда я выскользнул назад, прежде чем снова толкнуться внутрь.
— Я был так зол на тебя, — прошипел я, напряжение росло и утихало после последнего часа паники, после сокрушительного разочарования, что она оставила меня. Вся эта негативная энергия овладела мной, и я начал врезаться в нее, проникая все глубже, с облегчением осознавая, что она была передо мной. Ее не было в самолете. Она не уходила от меня.
— Я люблю тебя, — пробормотала она в стену, ее дыхание было прерывистым, когда я снова наполнил ее. Я замер, а затем отступил, позволяя скользкому звуку выхода из нее наполнить лестничную клетку. Снова повернул ее, желая увидеть ее лицо, желая посмотреть ей в глаза.
 
— Скажи это только в том случае, если ты серьезно, — потребовал я, когда снова вошел в нее, замедляя темп только на долю секунды.
— Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя, — повторяла она, и каждое высказывание усиливало заданный нами ритм.
— О, детка, — простонал я, целуя ее подбородок и шею, рукой обхватив ее грудь и сжав ее. — Ты сводишь меня с ума.
— Ты приручишь меня, — заикалась она, пока я врезался в нее.
— Всегда. — Наши рты соединились, но ненадолго. Я подтянул ее ногу, взявшись под коленом, и смена положения завела меня сильнее. Ее рука оказалась между нами, и я наблюдал, как она перемещалась. Свободной рукой балансировал возле ее головы, удерживая нас в вертикальном положении, пока скользил в нее снова и снова.
— Вот так, детка, — сказала она мне, украв мою реплику. Мое сердце разорвалось, когда она сжалась вокруг меня. Ее голова наклонилась вперед, когда она испустила сдавленный крик, и я немедленно последовал за ней, наполняя ее своим семенем. Я вышел не сразу, а прижался лбом к ее лбу.
— Больше не нужно уходить. Больше не нужно бегать, прятаться, ничего не нужно. Ты владеешь мной, Джулиет. Ты не можешь меня бросить.
Она кивнула мне, а затем запрокинула голову, чтобы взять мои губы. Поцелуй был нежным и сладким — извинение и новое начало.
***
Ночь мы пережили на лестничной клетке. Свет погас, температура повысилась, но для нас это не имело значения. Я открыл дверь и обнаружил, что она прилипла только из-за изменения влажности. Я вытащил одеяло и подушки на лестничную клетку, а затем рискнул вернуться в свои комнаты за закусками и бутылками с водой.
— Гарви был бы так горд тобой, — сказала она, когда мы сели на одеяло на лестничной площадке, подложив подушки под спину.
— Почему? — засмеялся я, взял кучу крекеров, сыра и салями и сунул весь мини-бутерброд себе в рот.
— Ты превратил эту коллекцию еды в пир.
Джулиет улыбнулась мне, и мое сердце расширилось в груди. Она была такой красивой, и я желал доказывать ей каждый день, что та принадлежит мне.
— А что мы празднуем?
— Возможно, еще один ураган. — Ее губы изогнулись, и глаза заблестели.
— Это означает, что мне придется заняться с тобой любовью еще как минимум три раза в этой маленькой пещере.
Комментарий остановил нас обоих. Ее рука с сыром и крекером замерла в воздухе.
— Это похоже на пещеру, — сказала она тише. — Может быть, нам дадут второй шанс.
Я тихонько усмехнулся.
— Я не думаю, что остров может это сделать.
На меня смотрели ласковые глаза.
— Но разве ты не согласен, что остров был… другим?
— Если ты предполагаешь, что на острове мы были другими, то да, согласен. Я более беззаботен, если мне не мешают другие вещи, но я не собираюсь менять свое отношение к тебе, где бы мы ни находились. Я хочу, чтобы ты была со мной. — Я взял ее за руку. — Ты когда-нибудь задумывалась о том, что бы произошло, если бы мы были там весь год?
— Тебя бы тошнило от меня, — засмеялась Джулиет, но я потянул ее за руку, и она уронила сыр и крекеры. И не прекращал тянуть, так что, в конце концов, она оседлала меня на коленях.
— Я хочу, чтобы ты меня слушала. Слушала очень внимательно.
Я заправил ей за ухо несколько прядей, а затем взял ее за подбородок, чтобы она посмотрела на меня.
— Я люблю тебя. Мне нелегко говорить это, и я никогда не думал, что услышу это, но считаю, что мне легко сказать тебе, и мне нравится слышать это от тебя. Это… — я взял ее руку, — …не будет иначе. Я по-прежнему буду дико желать тебя каждый день. Ты приручила меня. Я всегда буду хотеть тебя.
Слеза текла по ее щеке.
— Я сказала эти слова тебе в пещере.
— Это так, и я говорю это в ответ. Будет отличаться наше окружение, но не мы. Остров или нет, мы будем вместе. Это реально.
Она медленно кивнула, и я потянулся к ее губам. Было только одно место, куда мог привести поцелуй, и мне нужно было снова быть рядом с ней. Если бы мне пришлось заниматься с ней любовью каждый день, чтобы доказать, что мы настоящие, что наша любовь настоящая, я бы это делал.