Возвращение на остров (ЛП)

Один год.
Каким жестоким было время.
Вокруг них поднялся ветерок, резко обдувавший катамаран. Волосы падали ей на лицо. Это было так, как если бы остров вздохнул, измученный и раздраженный, выдыхая ее обратно туда, где она должна была быть. Не на острове. Не в его сердце. Одна.
Она была ее собственным островом, дрейфующим в море жизни. Довольная, но несчастная. Устойчивая, но не прочно стоящая на ногах. Лежащая в засаде, как остров, который они оставили позади.
  
Глава 21
 
Так
Я следовал за ней, пока она молча поднималась на причал к машине, которая уже ждала нас, чтобы отвезти нас на курорт. Вернувшись в отель, передал сумку менеджеру курорта и продолжил идти к ее двери. Я вошел в ее комнату вслед за ней. Она бросила свои вещи на пол и остановилась у окна, все еще не говоря мне ни слова.
— Мышка, в чем дело? — Я не мог больше терпеть тишину между нами. Это разрывало мне сердце и оголяло мои нервы. Она смотрела в окно, развернувшись ко мне спиной, закрываясь от меня, как и все те часы, в течение которых мы возвращались на этот остров.
— Все кончено, не так ли? — говорила она, глядя в окно балкона. Вечер не совсем вытеснил день, но небо затягивало. Тучи были темными и зловещими. — Это был всего лишь остров, не так ли?
— Чем был только остров? — спросил я, подходя к ней ближе.
— Остров сделал нас такими, какими мы там были. — Она повернулась, чтобы посмотреть на меня, скрестив руки на груди.
— Какими? — Я колебался, мое сердце бешено колотилось. Паника захлестывала меня.
— Дикими, — прошептала она. — Мы были там дикими.
Уголок моего рта приподнялся. Мы действительно были там дикими. Занимались любовью раз пять. За двадцать четыре часа я доставил ей множество оргазмов. Это было невероятно.
— Я хочу, чтобы меня приручили.
Эти слова поразили меня.
— Что ты сказала?
— Я не хочу быть дикой. — Ее голос дрожал, когда она опустилась на колени, раздвинула их и положила руки на бедра. Я сделал то же самое для нее. Когда ее голова опустилась, мое сердце подпрыгнуло.
— Я хочу, чтобы ты меня приручил.
— Мышка, — позвал я. Она покачала головой, не глядя на меня. — Ты говоришь, что все кончено или что тебе нужно больше?
— Я хочу знать, что мы можем быть такими же здесь. Что это был не просто остров и изоляция. Это то, что мы чувствуем друг к другу. — Я присел перед ней на корточки.
— Мышка, я уже сказал тебе... — По крайней мере, я думал, что вкладывал это в каждый жест, в каждое прикосновение, в каждый комментарий. Я любил ее, она этого не видела?
— Меня никогда не хватит для тебя. Ты хотел большего в ту ночь, поэтому был там. Хотел доминировать. Хотел контроля. Я даю тебе силу. Если нужно разрешение, я даю его тебе.
Я не был уверен, что понял, но мой член стоял по стойке смирно. У меня был новый план.
— Встань, — скомандовал я, и она сделала, как я сказал.
— Повернись. — Я выключил тусклый свет, когда она повернулась лицом к балкону. Электрическое освещение нам не понадобилось.
— Открой шторы.
Сияние света освещало ее силуэт, подчеркивая ее изгибы.
— Раздевайся.
Она сделала, как я велел, первыми сняв сандалии. Затем последовала ее рубашка, соскользнувшая с ее рук и упавшая лужицей на пол, футболка была стянута через голову, заставляя ее волосы распуститься. Как только ее бюстгальтер был расстегнут, обнажился контур ее спины, две острые ямочки выглядывали из-за пояса. Я прислонился к спинке кровати, во рту пересохло. Ее руки легли на талию, и она пошевелила бедрами, чтобы спустить шорты, снимая нижнее белье. Мгновение она стояла неподвижно, расставив ноги и сжав руки в кулаки. В моей памяти навсегда останется силуэт ее тела. Она была воплощением искусства.
— На кровать.
Я следил за ее медленными движениями, когда она ползла по матрасу. Мне пришло в голову, что Джулиет имела в виду именно это. Это был не матрас на дне в палатке у берега. Это была настоящая кровать. В комнате. Внутри здания. Для нее это было фантазией, что она со мной и что позволяет мне делать с ней то, что я хочу. Но это было реальностью, которую нужно было ей доказать.
 
Я быстро разделся, пока она лежала в той же позе, что и вчера вечером: ее задница в воздухе, лицом ко мне. Она потянулась руками к краю кровати, но сегодня вечером у меня была другая идея. Я залез за ней, заставляя ее продвинуться вперед.
— Возьмись за изголовье, но оставайся на коленях.
Я раздвинул ее бедра и встал на колени позади нее. Ладонью ласкал ее позвоночник.
— Это то, что ты хочешь? — прошептал я. — Это то, что тебе нужно? — Я сжал ее волосы в кулаке, нежно притянув ее голову к себе. — Разве ты не слышишь? Не видишь? С каждым прикосновением к тебе я рассказываю, что чувствую к тебе. Это не остров, и это не фантазия.
Я отпустил ее волосы и приподнял ее бедра, чтобы мог расположиться за ней. И держал свой член прямо, потирая его о вход ее задницы, дразня ее. Я замер у ее входа, уже увлажненный желанием, и она застонала, наклонив голову вперед.
— Не отпускай эту планку, — скомандовал я.
Я отодвинулся от нее, снова дразня ее.
— Не фантазия, — пробормотал я, пробираясь сквозь ее влажное тепло. — Я безумно люблю тебя, — прорычал я, когда врезался в нее, заставляя ее впустить меня на всю длину. И старался не обращать внимания на то, что она не ответила мне словами. Девушка вскрикнула, и я на мгновение замер, позволив ей приспособиться к моему размеру.
— Этот урок будет быстрым, — предупредил я, схватив ее за бедра и приподняв, чтобы также быстро отпустить. Ее жар ласкал каждый сантиметр моего члена, и она ездила на мне под руководством моих рук. Медленно я приподнялся, подталкивая ее вперед, меняя угол и углубляясь. Я отпустил ее бедра и скользнул вокруг нее, опираясь по обе стороны от ее собственных на изголовье кровати. Я врезался в нее, и она отвечала мне с такой же силой.
— По какой-то причине ты еще не научилась. Я. Люблю. Тебя. — Я врезался в нее, отпустил изголовье и потянулся к ее челюсти. Откинув ее голову назад и положив ее себе на плечо, я прижался к ее подбородку.
— Скажи это, — потребовал я.
— Я тоже тебя люблю, — огрызнулась она. Ее глаза закатились, а рот приоткрылся.
— Почувствуй это, — скомандовал я.
— Я чувствую это, — сказала она, ее голос повысился, пока та прижималась ко мне и доила меня своей плотью. Потом переместила мою руку от подбородка к груди, пытаясь прижать мою ладонь к своей левой груди. Ее сердце бешено колотилось под ребрами, и я знал, что она говорит правду. Наконец-то она почувствовала меня.
— Так близко, — прошептал я. — Слишком быстро.
— Быстрее, — выдохнула она, и ритм между нами увеличился. Кровать скрипела; изголовье ударялось о стену.
— Слишком близко, — рявкнул я, и она сжала меня. Потом замерла, и ее сердцевина сжалась еще сильнее, обозначая освобождение, взорвавшееся внутри нее, пока она стонала от удовольствия.
— Дико, — выдохнула она, пока ее тело подергивалось под моим, но мне нечего было ей дать. Она обескровила меня, и звезды плясали перед моими глазами.
— Дико, — согласился я, прижимая голову к ее плечу. — Так что не оставляй меня.
***
Мы лежали, завернувшись в простыню, она была на мне. Целовались, говорили и еще немного целовались.
— Что дальше? — спросила она.
— Думал, что поеду за тобой в Балтимор.
— Я переехала в Сент-Майклс на побережье.
Медленная улыбка расплылась на моем лице. На самом деле я уже знал это, но не сказал ей, как нашел ее или как доставил ее на этот остров.
— Это пляж, — сказал я, наклоняясь, чтобы снова захватить ее губы. Джулиет пальцами теребила жесткие волоски на моей груди, и я отпустил ее, чувствуя ее невысказанный вопрос.
— Где находится «Calliope Industries»? — Ее голос дрожал.
— В Балтиморе.
Я откинул ее волосы назад и робко усмехнулся.