Клан Разящего Когтя (СИ)

— Сильно испугалась? Идем. Нужно сообщить о том, что дух леса спятил, остальным.
Послушно кивнула. Весь оставшийся путь я размышляла. Отец Роксаны, тот что умер много лет назад, оставлял душераздирающие воспоминания в лесу. Причем, со слов Бенедикта, эмоции были свежими. След преступления с убитой невестой тоже был четким, хотя убийство имело место быть очень давно. Значит, именно об этом моменте вспоминал тот, чьи эмоции я прочла в тонком мире. Тем самым след обрел былую четкость, за исключением неважных деталей. Темный рыцарь, он же потомок истинного убийцы того времени, пробудил чьи-то воспоминания своим появлением в Северных лесах. А не могло ли быть тому виной родовое проклятье? Потомок колдуна ведь, наверняка, им фонил. Теперь такой момент — кто лучше всего ощутит сильное проклятье, если не тот, кто его сам и наложил? Ну, конечно! Ютар говорил, что отец Роксаны, наложил проклятье на убийцу своей дочери перед смертью. Однако, оно легло не на оборотня, которого он обвинял, а на истинного убийцу. То есть — колдуна и всю его родовую линию. А так же, стало известно, что Северные леса не горели, как ранее говорил Вульфгред. Поэтому я задала интересующий меня вопрос Максу, который тоже всю дорогу что-то обдумывал:
— Могли ли душу сделать хранителем леса за массовые убийства в тех же самых лесах? Кару ведь несут не только за сожжение?
Макс резко остановился, расширив глаза от ужаса. Кажется, он тоже понял:
— Оспирит и есть отец Роксаны?
— А иначе почему сильнейший хранитель Северных лесов до сих пор не нашел преступника, обладающего магическим потенциалом? Это же его лес! Он тут всемогущ! И почему он испугался, когда я задала вопрос про убийцу?
— Я тоже это заметил, — хмуро произнес Макс.
— Эй! Не отставайте! — махнул нам рукой Дарквуд, он успел продвинуться далеко вперед. Мы синхронно кивнули, ускорив шаг.
— Проклятие Темного рыцаря разбудило память Оспирита. Он начал мстить, продолжая думать, что виновники смерти его дочери — оборотни. А явление невесты в леса стало лишь катализатором череды убийств. Ведь его дочь в день смерти выходила замуж. Не мотив ли?
— Мотив, — согласился Макс, — однако, почему тогда он убивает только Черных волков, если по его предположению, виноваты оборотни из клана Разящего когтя?
— Тут сложно ответить. Может, повлиял тот факт, что невеста была в окружении Черных волков в момент, когда Оспирит узрел их в своем лесу? Снова накатили воспоминания, разбуженные раннее потомком колдуна. Вряд ли его интересовала война между враждующими кланами. К тому же, ты ведь заметил, что дух не в своем уме? Как только я припомнила ему то, что он хранитель леса, дух изменился. В глазах появился разум. А до этого они лишь гневом сверкали.
— Вариант, — кивнул Макс, — два сознания в одном. В прошлой жизни он был сильнейшим колдуном. На текущий момент он — хранитель Северных лесов. Хранители никогда не помнят свою прошлую жизнь. И не зря.
— Еще аргумент. — продолжила я. — Вульфгред рассказывал, что после появления Темного рыцаря, в лесу что-то пробудилось. Оспириту человек не понравился, поэтому он гнал его из леса стаей волков. Стаей волков!! Понимаешь?! Кого боялся потомок колдуна при жизни?
— Волков, — оторопело произнес Макс, и я продолжила.
— Все жертвы были убиты своими же страхами, от разрыва сердца. Только сильнейший колдун способен действовать на сознание. Кем был Оспирит, когда его глаза горели гневом?
— Отцом Роксаны, — ответил Макс.
— А кем он стал, когда я назвала его хранителем леса?
— Нужно обо всем доложить Бенедикту, Амалия. — Макс проникновенно посмотрел в мои глаза. — Без него мы не будем принимать решения.
Я кивнула. Мы торопливо зашагали, нагнав Дарка, а затем и вовсе его перегнав.
— Ребят! Подождите меня! Вы что-то выяснили?
— Да, мы знаем, кто убийца.
  
Глава 7
 
По пришествию в селение МракХоулд, Макс и Дарк отправились искать Бенедикта, чтобы поведать о наших размышлениях. Я собиралась заняться тем же, но меня перехватила Кашеси. Глаза ее были красными от выплаканных слез, отказать в аудиенции ей я никак не могла, тем более, оборотница являлась потенциальной жертвой. Кашеси проводила меня в свою комнату, заперев дверь на замок. Руки девушки мелко дрожали, она была сильно испугана.
 
— Амалия, только тебе я могу доверять, — голос оборотницы дрогнул.
— Что случилось? — я помогла Кашеси поудобнее усесться на стул. Ноги ее еле держали.
— Вы нашли убийцу?
— Кажется, да, — я обеспокоенно посмотрела на оборотницу. Выглядела она неважно, — не беспокойся. На этот раз мы его поймаем. Я тебе обещаю. Что тебя беспокоит?
— Вот это! — Кашеси раскрыла белую рубаху, оголив грудную клетку. Я с ужасом наблюдала, как кровоточит метка убийцы. — Оно придет за мной!
По лицу девушки покатились слезы. Очнувшись от временного оцепенения, я сказала:
— Нужно срочно доложить коллегам! Идемте, Кашеси. Бенедикт нам поможет. — Я потянула за руку черную волчицу, спешно ведя ее за собой. — Вы можете нам доверять.
— Хорошо, — заплаканным голосом произнесла Кашеси, не сопротивляясь мне.
И вот только мы вышли из дома невесты, как нас нас обрушились потоки ветра. Очень сильные. Такие, что пришлось загораживать лицо руками. Когда ветер стих, на горизонте появился Оспирит. Снова в виде волка, огромного и злобного, шел он целенаправленно за Кашеси, совершенно не скрываясь. Словно она — его конечная цель. Глаза полыхали на этот раз кровавым цветом, на радужке вырисовывались золотые росчерки. И самое страшное было то, что никто кроме нас зверя не видел. Оборотни шли мимо, не обращая внимания на то, что две девицы стоят, испуганно вцепившись друг в друга. Припомнив эффект разрыва сердца, я обернулась к Кашеси, что была позади меня. Ее лицо побледнело, губы затряслись, глаза закатились. Я резко тряхнула оборотницу за плечи, громко крикнув:
— Не смотри ему в глаза! Слышишь меня?
Оборотница пришла в себя, жадно хватая ртом воздух. На лбу Кашеси выступили бисеринки пота. Сфокусировав взгляд на мне, девушка кивнула.
Я снова посмотрела на Оспирита, он был близко, даже слишком. Если бы дух леса был живым существом, сейчас я бы ощущала на своей коже его дыхание. Волк занес лапу для удара. Я понимала, что если не предложу хранителю это, мы ни за что не спасемся. Простите меня, наставник. Выхода нет.
— Оборотень не убивал вашу дочь!
Удар не свершился, широкая когтистая лапа зависла над нашими головами. Оспирит сверкнул злыми глазами и утробно зарычал.
— Не верите? Я покажу! Я медиум, и могу читать следы в тонком мире. Если вы убьете Кашеси, то сильно ошибетесь! Оспирит, вы же не убийца по сути, а человек, любивший свою дочь. Дайте мне помочь вам.
Хранитель леса проникся. Глаза снова стали обычными, волчьими. Он кивнул головой в сторону Северного леса, готовый увидеть истинного убийцу Роксаны.
— Что у вас тут происходит? — увидев наши испуганные лица, спросил черноволосый. Коллеги совместно с Дарквудом, наконец, явились.
И я, не теряя времени даром, обратилась к Дарку:
— Мне нужна твоя помощь. Перевоплотись в волка. Объяснения потом!
— Куда мы направляемся? — черноволосый внимательно посмотрел в мои глаза.
— Туда, где мы были недавно.
Дарк понятливо кивнул, и не задавая лишних вопросов, принял ипостась волка, прижавшись ближе к земле, чтобы мне удобно было забраться.
Оспирита он не видел. Как и все остальные.
Через мгновение мы мчались по просторам Северного Леса, в догонку нам прилетело от Макса:
— Амалия! Подождите нас!
— Беги так, чтобы нас никто не успел догнать, — прошептала я в ухо волка. И тот припустил так, что пришлось вживаться всем телом в спину, чтобы не слететь.
Конечно я понимала, что Бенедикт вскоре все поймет, и прибудет по душу нерадивого стажера. Но я не могла допустить очередного убийства, зная что есть способ это прекратить. Прибыв на место преступления, где когда-то была убита невеста и дочь могущественного колдуна, я тут же погрузилась в тонкий мир. Как подсоединить к своему сознанию Оспирита, чтобы показать свои видения, я не знала, но догадывалась. Картинка, где оборотень склонился над невестой, сжимая в руках ожерелье, пропитанное собственной кровью, возникла быстро, обретя цвет и четкость. Я мысленно потянулась к хранителю леса, позволяя ему вторгнуться в мир тонких материй вместе со мной. Вместо виданного мною раннее волка, появился мужчина. На вид лет сорока пяти. Он оказался высок, широк в плечах, лицо покрывала короткая черная борода. Черты лица колдуна были четкими, словно вырезанными из камня. А глаза грустные. Когда он увидел фантом своей дочери, из глаз духа полились горькие слезы. Никогда бы не подумала, что духи могут плакать. Мое сердце защемило от увиденной картины. Стало очень жалко Оспирита, хоть он и жестокий убийца. Глаза хранителя перевелись с дочери на оборотня. Теперь выражение лица духа изменилось. Он жутко ненавидел того, из кого умерла его единственная дочь.