Неидеальный (СИ)

— Поговорим? — предлагаю родителям.
Проходим в гостиную. Они садятся на диван, я в кресло напротив.
— Обрисую вам ситуацию. Потом отвечу на вопросы. И так. Эта беременность — случайная. Мой косяк, готов понести ответственность и содержать ребёнка. А также участвовать в его жизни. Но жить с Евой, а тем более на ней жениться, я не буду. Я не люблю эту женщину и не полюблю. Вопросы?
— Сынок, — начинает мама. — Вы же вместе три года, значит она тебе нравится… Ребёночек родится, а там и чувства придут. Как же так можно своего ребёнка бросить?
— Мама, я тебя умоляю. Во-первых, я не бросаю ребёнка. А все эти три года, Ева была мне всего лишь любовницей, и никаких чувств я к ней не испытывал. Она об этом знала и ее устраивало.
Мама начала ахать и причитать, но отец ее прервал.
— Пошли ко мне, — встаёт он и зовет с собой, а потом обращается к маме. — Ани, под дверью не стоять.
Мы идём к нему в кабинет. Папа плотно закрывает дверь.
— Выпьешь? — предлагает он.
— Наливай, — я выпиваю залпом предложенный мне коньяк.
— Я хочу знать причину. Настоящую причину, почему ты не хочешь на ней жениться.
— Я сказал. Я её не люблю. Ребёнка этого не хочу.
— А что ещё? — молчу, не понимаю, как у него так получается. Папа тоже молчит, но под его взглядом я сдаюсь.
— Я люблю другую. На Новый год мы должны были начать жить вместе. А тут…
— Я её знаю? — снова молчу, я ведь обещал Лине не афишировать. — Как давно вы вместе? — меняет вопрос.
— Почти два месяца.
— Так вот почему ты по выходным домой не приезжал?
— Да.
— Во всей этой ситуации меня радует одно, ты забыл Сашу — горько усмехаюсь. Отец как всегда прав. — Ты же знаешь, я, как всегда, на твоей стороне. Но твоя мама, так мечтала о внуке. Боюсь с ней будет сложно.
— Я уже понял.
  
36 глава
 
ДАВИД
Стоило зайти в гостиную, как мама, явно поджидавшая меня, тут же вскочила с дивана:
— Сынок, пообедаешь с нами?
— Нет, мама, аппетита нет.
— Сын, совсем-совсем её не любишь? — спрашивает она поникшим голосом.
— Совсем-совсем.
— Но как же ребёночек?
— А что ребёночек? Буду помогать.
— А можно я тоже буду помогать? — с какой-то надеждой, словно я могу запретить. Если честно, не ожидал от нее такого.
— Мам, что за детский сад, хочешь — помогай. Но, чтоб о свадьбе не заговаривала.
— Может ты всё-таки объяснишь, я пойму, постараюсь.
— Я другую люблю и на другой хочу жениться, — признаюсь я. Мамино лицо снова озарила улыбка.
— А почему молчал, почему не знакомишь? — тяжело вздыхаю, потому что не могу ответить на этот вопрос. В своё время Лина побоялась, а сейчас она боится ещё больше.
— Познакомлю, обязательно. Она тебе понравится, уверен, — тут мама снова грустнеет.
— Ой, а как же… — она прикладывает руку к груди. — А что же делать?
— Я постараюсь, поговорить с Евой, убедить её, что свадьба — это не то, что ей нужно. Ну, и что ребёнка обеспечивать буду. Да и ты, я уверен, не останешься в стороне. — улыбка выходит грустной.
— Ой, сынок, — мама присаживается на диван. — А я так обрадовалась… Думала, вот оно, наконец-то… А тут… — она стирает слезинку, что побежала по щеке.
— Мам, ну ты чего, — присаживаюсь рядом и обнимаю её. — Все будет хорошо. А жена у меня будет самая прекрасная. И внуки будут, честно.
— Прости, сынок. Это, наверное, возраст… Совсем раскисла. А как же с Евой быть?
— Мам, об одном прошу, она не должна знать, что у меня кто-то есть. Ты же видишь, она как танк, а я хочу уберечь дорогого мне человека от неприятностей.
— Я поняла, Давид, не волнуйся. Буду молчать. Но ее не брошу, — добавляет она, и словно оправдывается. — Все же она внука носит.
— Как знаешь. Мне пора, — прощаюсь и ухожу.
Очень хочется вернуться к Лине. Но обещал только рабочие отношения, буду держать слово. Ещё хотелось поскорее решить вопрос с Евой, но видеть ее совсем не хотелось.
Я вернулся к себе, прошел к бару и налил порцию виски, в надежде, что каша в моей голове, придёт хоть в какой-то порядок. Телефон зазвонил, глянул на экран, Кир.
 
— Привет, дружище, — раздалось бодрое в трубке, после моего приветствия. — И как это называется? Такую новость зажал. Поздравляю.
— Не с чем, — говорю другу.
— Не понял? Хельга мне все уши за обедом прожужжала, мол Ева беременна, готовится к свадьбе…
— Беременна — да, но свадьбы не будет. Да и залет этот… — тяжело вздыхаю. — Не вовремя, короче, всё. Пиздец, одним словом, не знаю, как разгребать…
— Сочувствую, друг. Блин, даже не знаю, чем помочь, — усмехаюсь, Кир, как всегда, готов прийти на помощь.
— Спасибо, Кир. Но разгребать придется самому.
Перед сном написал Лине сообщение. Даже не думал, что без нее будет так паршиво, словно часть меня осталась там, на маленькой кухне, а здесь, в нашей постели, только моя оболочка.
Воскресенье провел дома. Филиал во Флоренции потихоньку начинал налаживать работу, но пока все шло под моим четким руководством. Ежедневные отчёты, и разбор полетов по видио связи. Вот я и занялся этими отчётами.
Ева не звонила мне, зато звонила маме. Они даже вместе ездили по магазинам с детскими вещами, и присматривали кроватку, пеленальный столик и что-то ещё, я не сильно вникал.
Мама меня поняла и про чувства и свадьбу, больше не заговаривала, но в подробностях об их совместной поездке рассказала.
Понедельника ждал с нетерпением. Очень хотелось увидеть Лину. Я даже на работу приехал на пол часа раньше. Застал ее в конференц-зале, она готовила его к сегодняшнему совещанию.
— Привет, — плотно прикрывая за собой дверь, здороваюсь с ней.
— Здравствуйте, Давид Всеволодович, — официально отвечает она. — Вы рано.
— Хотел поскорей тебя увидеть, — подхожу ближе, уже могу дотронуться, но все ещё держусь. Лина смущённо улыбается.
— Мы же договорились, — шепчет она.
— Я помню, поэтому всё ещё стою рядом, а не целую тебя, — её ресницы взлетают вверх, она награждает меня взглядом, и я понимаю, ей тоже нелегко, играть эту роль. Лина облизывает губы, быстро, совсем не соблазнительно, но мне и от этого простого движения перехватывает дыхание. Я так хочу её поцеловать. — Нет, это пытка какая-то, — шепчу я, а в следующую секунду впиваюсь в любимые губы. Лина первой приходит в себя и отстраняется.
— Давид, — умоляюще. Отпускаю. Но мое настроение, значительно улучшается.
— Помню, рабочие отношения, — поднимаю ладони вверх, а потом ухожу подальше от соблазна.
ЛИНА
Какой же сложной задачей оказалось соблюдать дистанцию, не позволять ни Давиду, ни себе поддаться желанию хотя бы просто прикоснуться…
Как и от кого пошёл слух о беременности Евы по офису, я не знаю, но уже к концу недели, почти каждый считал своим долгом узнать у меня подробности. Ведь все считали меня самой осведомленной, так как я ближе всех к начальству. И держать лицо было невыносимо сложно. Каждое упоминание этой женщины, а тем более ее положения, больно кололо, нанося глубокие раны, а ревность, которая, как я думала, была мне не свойственна, начинала разрастаться внутри меня. Особенно, когда речь заходила о свадьбе. И все уже считали, что на корпоративе в честь Нового года, который планировался на двадцать шестое декабря, будет объявлено о их помолвке.
Радовало одно, Ева ни разу не приходила к Давиду. А он с головой погрузился в работу, задерживался в офисе допоздна, и лишь слал мне сообщения, когда уставший возвращался домой.
Ночью выпал снег, словно зима вспомнила о своих обязанностях, и укрыла чистым покрывалом черную землю. От этого даже настроение стало лучше.
Мы с Тигрёнком собирались в садик, и он с нетерпением поглядывал в окно, как будто боялся, что снег мог растаять, пока мы собираемся.
В сад, и вечером домой, мы ездили на такси. На этом настоял Давид, после того, как я отказалась от услуг водителя. Каждую неделю он выделял мне неприлично большую, по моим меркам, сумму, на расходы. Я брать не хотела, но он объяснял это тем, что я его кормлю. Спорить с ним сложно. Только вот теперь, он не ужинает с нами, а вчера мне снова поступили деньги на карту.