Неидеальный (СИ)

Нас разбудил Тигран, который влез на кровать рядом с Линой.
— Привет, Тигрёнок, — она прижала сына к себе. — Как спалось?
— Нууу, нормально, — ответил он, и немного подумав спросил. — Так он теперь мой папа?
Подвигаюсь ближе, прижимаюсь со спины к Лине, и обнимаю их двоих.
— Ну, так я теперь его папа? — тоже задаю вопрос.
— Ох, мужчины, — улыбается Лина, — Что вы со мной делаете?
Вечером мне всё-таки приходится отвезти их домой.
  
31 глава
 
ЛИНА
Мне кажется, у меня выросли крылья. В понедельник на работу не иду, лечу. Предвкушаю встречу с шефом. Глупо, наверное, но я успела соскучиться. Ах, любовь, любовь, ты лишаешь нас мозгов. Соберись, Лина, чем выше взлетишь, тем больнее падать, будь разумной. Ну, или хотя бы попробуй ей быть. Говорила я себе по дороге от сада к офису.
— Здравствуйте, Давид Всеволодович, — здороваюсь я, как только шеф заходит в приёмную.
— Здравствуй, Лина, ко мне зайди, прямо сейчас, — просит он серьезным тоном и скрывается в кабинете.
Беру органайзер и иду в кабинет. Не могу понять, что могло случиться с самого утра. Стоит мне пройти в дверь, как она закрываться за моей спиной. Меня разворачивают и впиваются в губы.
— Думал не дождусь, — спустя пару минут страстного поцелуя, шепчет мне Давид.
— Как дурак боялся, что ты передумаешь.
— Не передумаю, но так лучше не делать. Я же просила, на работе знать не должны.
Давид вздыхает и отпускает из своих рук. Я легонько целую его в губы.
— Давайте работать.
— Давай, — снова вздыхает он и проходит за стол.
День проходит в кутерьме дел. В обед заглядывает Олег.
— Пообедаем?
— Нет, Давид Всеволодович обедает у себя, я не могу выйти.
— Может хоть чаю выпьем?
— Извини, Олег, но сейчас не могу. Мне нужно закончить с документами, а я ещё электронку не разбирала. Давай в другой раз.
— Ладно, — он уходит, а я выдыхаю.
Я боюсь, что Олег обо всём узнает. Если он вёл себя не совсем нормально, пока у меня с Давидом ничего не было, чего ждать от него сейчас, даже не представляю. Еву, хоть я и не видела ее уже почти месяц, списывать со счетов тоже нельзя. Уж слишком убедительной она была.
— Лина, зайди — слышу по селектору.
Улыбаюсь как дурочка, пока иду до дверей, но всё же умудряюсь стереть довольное выражение лица, и в кабинет захожу уже серьёзной.
— Вызывали, Давид Всеволодович?
— Ты поела?
— Нет, пока.
— Присаживайся.
— Но, это ваша порция.
— Ты опять споришь с начальством.
— Простите, постараюсь не спорить, — улыбка всё-таки растягивает мои губы. Я присаживаюсь за стол, и мы вместе обедаем.
— Я не смогу подвести вас домой. Работы много.
— Ничего страшного. Мы прекрасно справимся, тем более, погода хорошая.
— Я заеду вечером? — интересуется Давид.
— Что приготовить на ужин?
Давид откидывается на спинку стула и довольно смотрит на меня.
— Из твоих рук я готов есть что угодно.
— Неправда, но приятно. Комплимент засчитан.
Обед заканчивается десертом, на который был подан долгий сладкий поцелуй от моего шефа.
Погода сейчас действительно улучшилась. После холодных и дождливых дней, пришло бабье лето. А в душе вовсю цвела весна. Хотелось любить всех вокруг, и радоваться каждому пустяку.
Держать себя в руках на работе плохо получалось не только у Давида, но и у меня. Рук я, правда, не распускала, но и препятствий не чинила, когда это делал шеф. Поцелуи украдкой, лёгкие прикосновения, как бы невзначай, к вечеру от этих игр желание разыгрывалось так, что дождаться, когда уснет Тигрёнок, было пыткой. После секса в моей тесное ванной, Давид снова заговорил про переезд к нему. Но я боялась потерять самостоятельность полностью.
Сегодня Олег зашёл с утра и принёс мне мой любимый шоколад.
— Какие планы на выходные? — спросил он.
— Не знаю, возможно поедем к родителям.
— Погода хорошая, может сходим погуляем?
Ответить не успеваю, в приемную заходит Давид. Его лицо мгновенно преображается, брови почти сходятся на переносице, взгляд становится просто обжигающе холодным.
 
— Лина, вчерашние отчеты готовы? — без приветствия спрашивает он.
— Почти, маркетологи ещё свой не принесли.
— Мне на стол, сейчас, — зло говорит Давид и скрывается в кабинете, громко хлопнув дверью.
— И что это было? — посмеивается Олег. — Ему отказали в утреннем сексе?
— Ладно, Олег, иди работать, — оставляю его реплику без комментария. Звоню маркетологам, прошу поторопиться с ответом, беру готовые бумаги и иду в кабинет шефа.
Он сидит в кресле, нервно постукивая пальцами по столу.
— Что успело случиться? — подхожу ближе и кладу на стол папку с отчётами.
— Что он тут делал?
— Принес мне шоколадку, — Давид переводит на меня своей мрачный взгляд.
— Мне его уволить?
— Нет, он хороший специалист.
— И что ты предлагаешь?
— Доверять мне, — он отворачивается, пальцы не перестают отстукивать нервный ритм.
— Давид Всеволодович, дышите спокойней.
— Что?
— Дышите спокойней, говорю, а то скоро засвистите как чайник.
— Я хочу, чтоб он знал.
— Нет, будет знать он, будут знать и другие.
Мой ответ ему не нравится, он снова отворачивается. Иду к двери, закрываю её на замок и возвращаюсь к своему шефу. Сажусь к нему на колено, обнимаю лицо ладонями. Заставляю посмотреть на меня.
— Ты что, ревнуешь? — улыбаюсь я.
— Я злюсь, — бурчит он. — Какого чёрта он крутится возле тебя?
— Он крутится возле меня полгода и безрезультатно. Так будет и дальше.
— Наверное, я всё-таки его уволю.
— Не надо, — целую сжатые в тонкую линию губы. — Ты только мне доверяй, у тебя нет повода для ревности, — снова лёгкий поцелуй.
Давид резко хватает меня за талию, сжимает до боли и говорит, глядя в глаза:
— Я тебя не отдам, слышишь? Я завтра штамп в паспорте поставлю, дома тебя закрою, но не отдам, — зло шепчет он.
— Тише, милый, я твоя, с тобой, и не уйду.
— Прости, — хватка ослабевает, и он утыкается лбом мне в плечо. — Я просто свихнусь, если ты уйдешь. Я знаю. Чувствую себя психом, но я словно зависим от тебя. Мне страшно представить, что будет… — накрываю его губы пальцами, не даю договорить.
— Давид, я с тобой.
— Переезжай ко мне, — снова предлагает он.
— Хорошо. Если до Нового года мы друг друга выдержим, обещаю вместе отметим не только Новый год, но и новоселье.
— Ты издеваешься? — возмущается Давид. — Это ещё целых три месяца!
— Это всего три месяца, — поправляю я. На самом деле, я хочу это сделать, но пока боюсь.
— Это долго, — недоволен Давид.
— До Нового года, — поднимаю палец вверх, не даю ему возразить, и добавляю. — Но, все выходные проводим у тебя, — предлагаю компромисс.
— Это шантаж.
— Это здравый смысл. Мы проверим…
— Мне не нужно ничего проверять, — перебивает он.
— Давид, это серьёзный шаг. Если мы с тобой можем сойтись, разойтись, то играть чувствами Тигрёнка я не могу. Мне нужно это время.
— Ты можешь не общаться с ним?
— Я могу свести общение к минимуму. Всё, настраивайся на рабочий лад. У тебя встреча, — смотрю на часы. — Через сорок минут. А ты так выглядишь, словно готов убивать.
— Поцелуй, — просит он.
И я целую, нежно. Я тоже скучала по нему, хоть и не виделись мы всего одну ночь. Мне его не хватает и это чувство обостряется с каждым днём. Любовь ли это? Наверно, для таких громких слов еще рано, но это точно не простое чувство привязанности, это что большее… Но я всё ещё опасаюсь довериться полностью. Боюсь поверить, что всё по-настоящему, что он не скажет однажды: "Я наигрался, тебе пора уходить." Или что со мной ему станет скучно. Стараюсь разгонять своих тараканов, хочу ему верить. Хочу себе позволить любить, нырнуть в это чувство, раствориться в нем без остатка, и быть просто счастливой.