Танец для папочки (ЛП)

 
 
Разряд возбуждения пронзает меня прямо до глубины души. Я смотрю в глаза мистера Макана, которые теперь остекленели от похоти.
 Он только что сказал, что собирается причинить мне боль? 
Я жду, когда он уточнит, но тишина не заполняется словами. Вместо этого его маслянистые пальцы смыкаются вокруг моего соска и сжимают его.
Мышцы внутри судорожно пульсируют. Я прикусываю нижнюю губу, чтобы подавить стон. Ах. Вот что он имеет в виду под преднамеренной болью.
— Глаза вверх, — говорит он резким голосом.
Я поднимаю взгляд и встречаюсь с огромными зрачками, окруженными только тонким голубым кольцом. Без дальнейших объяснений он отпускает мой сосок и переключает свое внимание на вторую грудь.
Каждая капля масла, каждое движение его пальцев заставляет меня терять рассудок от желания. Я так хочу почувствовать эти пальцы внутри, ощутить их движения и кончать, пока не потемнеет в глазах.
Кружится голова. Дыхание выходит поверхностным. Я не в себе. Он едва коснулся моих сосков, а я уже двигаюсь к выпуклости в его брюках. Ткань натягивается на стояке, подчеркивая каждый изгиб и линию. Я хочу расстегнуть молнию и высвободить этот огромный член.
Что со мной не так? Я должна бояться, а не возбуждаться. Я должна быть сосредоточена на будущем семьи, а не бездумно трахаться.
Едва замечаю, как исчезла вторая накладка, как вдруг его пальцы смыкаются вокруг второго соска.
— У тебя такая великолепная грудь, — говорит он, не отрывая взгляд от моего лица. Он сжимает оба соска, посылая двойные разряды ощущений в мое сердце.
Спина выгибается, и я испускаю стон. Тяжелый бит бьет в ушах синхронно с тем, что между ног. В этот момент я краснею. Жар, обжигающий щеки, проходит по шее и разливается на грудь.
— С-спасибо, — хриплю я.
Он наклоняется достаточно близко, и мои ноздри наполняются ароматом его лосьона после бритья, пьянящей смесью кедра и мускуса, которая сбивает ход моих мыслей. Его губы так близко к моему уху, что я чувствую его тепло.
— Давай продолжим твое наказание, — говорит он низким рокочущим голосом. — Встань и сними трусики.
Его пальцы отпускают мои соски, оставляя их пульсировать после его прикосновения. Он отстраняется, забирая свое тепло и запах.
— Сейчас.
По команде я вскакиваю на ноги, не отрывая взгляда от его лица. Мои чувства уже настроены на его прикосновения, и их отсутствие рождает чувство уязвимости и обделенности. Сердце бьется так сильно, что я чувствую его вибрации кончиками пальцев, которые дрожат, когда я тянусь к поясу трусиков.
Он поднимает палец, заставляя меня остановиться.
— Медленно.
Музыка возвращается в сознание, напоминая, что это все еще танец. Двигая плечами и бедрами, я поворачиваюсь, чтобы он мог полностью видеть мою попку.
Глубокий стон мистера Макана наполняет меня новым приливом уверенности. Я оглядываюсь через плечо, смотрю на него сквозь ресницы и спускаю стринги с бедер.
Его губы приоткрываются, и он тяжело дышит, его взгляд перескакивает с моей задницы на бедра. Вид его, такого возбужденного, сводит с ума настолько, что по моему бедру стекает капля.
— Ты мокрая из-за меня, Эйлин?
— Да, сэр.
— Покажи мне.
Я спускаю стринги вниз по ногам и переступаю через ткань.
— Дай их мне, — хрипит он.
Мой взгляд падает на брошенное нижнее белье. В изящном наклоне вперед я поднимаю клочок ткани и протягиваю ему.
Его пальцы касаются моих, вызывая приятное покалывание. Выпрямляюсь, моя грудь тяжело вздымается, когда он подносит их к носу, делает глубокий вдох и стонет.
— Ты пахнешь еще слаще, чем я думал.
Волнение бьет в самое сердце. Когда он начал думать обо мне в таком ключе? Сегодня вечером, когда я была «мисс Демианор», а он «мистером Бордо», или раньше?
Я молчу, не желая портить момент, и даже не комментирую, когда он засовывает мои стринги в карман своих брюк.
 
Мистер Макан откидывается на свое место, его взгляд скользит по моему обнаженному телу. Соски напрягаются, и я сжимаю бедра.
— Давай перечислим твои проступки, — он пересчитывает их на своих наманикюренных пальцах. — Подпольные бурлескные танцы, публичная мастурбация и проникновение в комнату незнакомого мужчины для приватного танца…
— Но вы не незнакомец, — выпаливаю я.
— Я твой будущий тесть? — спрашивает он с суровым выражением лица. — Это ты хочешь сказать?
Мои плечи опускаются при воспоминании о Деклане, но я все же киваю. Я действительно кажусь ужасной невесткой после всего, что он перечислил — кем-то, кто вот-вот поставит под угрозу союз столь необходимый для спасения моей семьи.
— Сделка отменяется? — шепчу я.
— Это полностью зависит от тебя, — отвечает он. — Чего ты хочешь?
Я облизываю губы, мозг гудит. Если бы у меня была фея-крестная, я бы попросила, чтобы Деклан не задержал меня, тогда я бы не опоздала на встречу с Дженнифер и она не сломала бы ногу.
Я мыслю слишком мелко.
Чего я действительно хочу, так это чтобы мистер Макан доставил мне удовольствие. Я хочу, чтобы он разорвал помолвку, которая не нужна ни мне, ни моему жениху.
Но это слишком.
Он поднимает брови, показывая, что я должна ответить.
— Пожалуйста, не наказывайте мою семью за мои ошибки, — говорю я осторожно. — Они не знают, что я сделала. Никак не могут знать. Пожалуйста, накажите меня вместо этого.
На его лице мелькает удивление, не знаю почему. Как бы мне ни нравилось все это мужское внимание, я не хочу, чтобы Деклан превратил эту ситуацию во что-то большее. Этот мерзавец с удовольствием заставил бы меня танцевать перед его друзьями-наркоманами и их проплаченными моделями под издевательский хохот толпы.
— Иди сюда, — он постукивает по коленям.
— Сэр? — шепчу я.
— Ты просила наказать тебя? — он наклоняет голову. — Ложись ко мне на колени. Я буду пороть твою сладкую задницу, пока ты не заплачешь, или не кончишь.
Вспышка возбуждения летит вниз. Я отступаю назад, но мистер Макан тащит меня к себе на колени, опускает мою голову и удерживает предплечьем за спиной.
Его огромный стояк вонзается мне в бок, и, клянусь, я чувствую выпуклую головку.
— Теперь, Эйлин, — рычит он мне в ухо, — пора тебе заплатить за проступки.
— Да, сэр, — шепчу я.
Его большие руки гладят изгиб моих бедер, вызывая приятные мурашки. Я выгибаю спину и раздвигаю бедра в ответ, отчаянно нуждаясь в его прикосновении.
— А теперь перечисли их, — большая теплая рука гладит мою ягодицу, и я вздыхаю от его прикосновения.
— Эм… танцы на публике.
Он поднимает руку и опускает с сильным шлепком.
Жгучая боль пронзает ягодицу, мой рот открывается в безмолвном крике. Я делаю вдох, но, прежде чем успеваю вскрикнуть, мистер Макан просовывает руку мне между ног, раздвигает влажные складки и проводит подушечкой большого пальца по набухшему клитору.
Удовольствие подкатывает к низу моего живота, и я подаюсь бедрами к рукам, пытаясь усилить трение. Он ускоряет движения пальцами, приближая меня к краю.
Электричество пробегает по венам, и моя кожа покрывается потом. Я задыхаюсь от изысканной смеси удовольствия и боли, мои глаза закатываются к затылку.
Давление нарастает, и мышцы напрягаются. Я так близко — готова кончить.
— Пожалуйста, — шепчу я. — Не останавливайтесь.
Он отдергивает руку, оставляя кричать о большем.
Вместо того, чтобы закончить и довести до оргазма, он говорит:
— А второй проступок?
— Публичная мастурбация.
— С шестом для стриптиза, не меньше.
Я стону, мое тело обмякает. Услышав это во второй раз, становится только хуже.
Еще один шлепок приземляется на мой зад, на этот раз достаточно сильно, чтобы послать ощущение прямо к моему ноющему нутру. Я зажмуриваюсь и сдерживаю всхлип.
С такой скоростью я скорее заплачу, чем кончу.