Рождественский папа

Но вдруг она оттолкнула Ника и вырвалась из его объятий.
— Что случилось? — Не удерживая ее, он попытался обуздать владевшее им бешеное желание.
— Ничего. Просто я не из тех разбитных девиц, с кем ты бегал на свидания в школе!
— Господи! — Ник чуть не рассмеялся.
— Я ведь серьезная, Ник. Тогда ты и не смотрел на меня. Так почему же сейчас я тебя заинтересовала? Только потому, что мы одни в доме и я оказалась под рукой?
Вот так так! Видно, поцелуй разбудил гнев, а не желание.
— Подожди-ка. — Он взял ее за плечи, чтобы она не могла отвернуться. — С чего ты взяла, что я не интересовался тобой?
— Не обманывай меня, Ник. Я не вписывалась в круг твоих приятелей. И вообще никуда не вписывалась. Я была синим чулком, носила длинные юбки и прилежно училась. Единственно, чего мне не хватало, так это скобок на зубах.
— И очков, — подсказал он. — И все-таки я интересовался тобой, заглядывался на тебя, и не раз — в кафетерии или когда ты получала награду за лучшую заметку в школьной газете…
— Ник, не может быть, чтобы я тебя интересовала…
— Просто я не был достаточно хорош для тебя.
От удивления Фейс открыла рот.
— Что?..
— Ты ведь из уважаемой семьи и жила в лучшем районе города.
— Как и Памела Энн, — не замедлила с ответом Фейс, явно не веря ему.
Раздражение против бывшей жены у Ника еще не прошло.
— Пэм не была похожа на тебя. Она такая же необузданная, как и я, и использовала все средства, чтобы… — Он замолчал, не желая говорить о своей краткой женитьбе и ее крахе. Взяв Фейс за подбородок, он продолжил: — Я уважал тебя, твою… невинность. С такой девушкой, как ты, я не мог встречаться.
Смятение читалось у нее в глазах.
— Я должен был стать приличным человеком, Фейс.
— Ох, Ник, — Фейс вздохнула и положила ладони ему на руку. — Ты всегда был приличным. Просто тебе это не приходило в голову.
Никогда еще ему так не хотелось поцеловать женщину. Но он не воспользуется ситуацией, тем, что проводит ночь под ее крышей. Он отстранился от нее и сказал:
— Тебе лучше пойти к себе.
— Разбудить тебя утром?
— У меня будильник. Я поставил его на семь.
— Если снегопад не прекратится, то горные дороги будут закрыты.
— Уж как получится.
Оба чувствовали себя неловко. Наконец Фейс сказала:
— До утра.
Он кивнул в ответ, а когда за ней закрылась дверь, вздохнул с облегчением. Погасив свет, в темноте улегся на матрац, стараясь думать о предстоящем отдыхе. Но стоило ему закрыть глаза, как перед его мысленным взором появилась Фейс, укачивающая Джейки.
Фейс с трудом шла по снегу следом за Ником, несущим Джейки на плечах. В северной части города отключилось электричество, и школы стояли закрытыми. К счастью, жилые кварталы были освещены. Дороги тоже не функционировали, поэтому Нику действительно ничего не оставалось, как задержаться в Извилистом Ручье. Радости он от этого не испытывал, но и огорчен не был. После вчерашнего поцелуя они с Фейс держались за завтраком по-приятельски, не более того. Затем он сгребал снег, а потом она предложила пойти в культурный центр. Ей надо было поработать над сценарием представления, и Фейс знала, что все, кто сможет добраться, тоже придут. Во всяком случае, надеялась на это, так как ей не хотелось оставаться с Ником наедине, если не считать, конечно, Джейки.
Засунув руки в варежках в карманы, она вспоминала, как Ник обнимал ее. А затем поцелуй… сначала волнующее касание его губ и языка, а потом и крепкое объятие. Она взглянула на него, но он рассматривал дома и магазины на главной улице, словно видел их впервые.
Когда они подошли к культурному центру, Ник раскрыл перед ней дверь, и она дружески коснулась его рукой, но чувство испытала при этом более чем дружеское. Джейки уже увидел одного из своих приятелей, стал махать ему рукой и нетерпеливо ерзать у Ника на руках, поэтому тот спустил его на пол. С Фейс здоровались ее знакомые. И было видно, что это ей в высшей степени приятно.
Один из мужчин, упаковывавших консервы в коробки для ежегодного развоза продовольствия ко Дню благодарения, отошел от остальных и, широко улыбаясь, направился к ним.
 
Бад Матсон был высок, почти как Ник, с широкими плечами футболиста. Каштановые волосы и усы посеребрила преждевременная седина. Он хлопнул Ника по плечу:
— Это ты, Ник? Черт возьми, сколько лет прошло!
Ник улыбнулся:
— Точно. Но ты отлично выглядишь.
Бад сморщился и похлопал себя по толстеющему животу:
— Уже не тот, что был раньше. Но я не жалуюсь. Марджи слишком вкусно меня кормит.
— Марджи Кромуэлл? — догадался Ник.
— Она уже девять лет как Марджи Матсон. Вот Фейс может подтвердить, что жена держит меня в строгости, — пошутил он.
Марджи училась в одном классе с Фейс, а Бад — с Ником.
— Как она себя чувствует? — спросила Фейс. Бад покачал головой:
— Последний месяц для нее всегда самый тяжелый. Ждет не дождется ребенка. — А Нику он объяснил: — У нас близнецы, им по восемь, а еще Джордж — ровесник Джейки, так что этот будет четвертым.
Выражение лица у Ника сделалось таким отрешенным, что Фейс оставалось только гадать, о чем он думает.
Но своему старому приятелю он просто сказал:
— Поздравляю. Привет Марджи.
— Ты заглянул бы. Сколько еще пробудешь в городе?
— Пока не расчистят дороги. Я здесь проездом.
Бад внимательно посмотрел на Ника.
— Знаешь, Памела Энн уехала из Извилистого Ручья вскоре после того, как вы разошлись. Стала манекенщицей в Нью-Йорке. Слыхал, что ее снимают для подписных каталогов.
Если до того лицо у Ника было непроницаемым, то теперь оно просто окаменело.
— Мы не поддерживаем отношений.
А Фейс так хотелось побольше узнать о краткой женитьбе Ника… Ей даже неизвестно, женат ли он сейчас и есть ли у него кто-нибудь. А она его целовала. Кольца он не носит, но многие женатые мужчины не признают колец. Может, у него встреча с кем-нибудь у Верхнего Обрыва… Она вдруг пришла в ужас от собственного безнравственного поведения, и щеки у нее запылали.
Бад принял к сведению краткий ответ Ника.
— Ну, если ты задержишься еще на пару дней, надо будет встретиться вечером и вспомнить старые времена и футбольные игры. Ты пришел помочь с реквизитом?
— Что надо, то и буду делать, — ответил Ник.
Бад указал ему на груды банок и коробок:
— Снимай куртку, и я покажу тебе, чем мы тут занимаемся.
Ник разделся и кивнул в сторону нескольких мужчин, раскладывающих продукты:
— Видно, из-за заносов у многих остановились дела.
— Бад преподает в средней школе и репетиторствует. Большинство мужчин тоже учителя. Школы сегодня закрыты, и они поработают здесь, — объяснила Фейс.
Ник пошел уже было следом за Бадом, но тут Фейс задержала его, взяв за руку.
— Я должна кое о чем тебя спросить.
Она сказала это так серьезно, что он тут же остановился.
— Ты женат или у тебя… с кем-нибудь связь?
У Ника напряглась рука под ее ладонью.
— Неужели я поцеловал бы тебя прошлой ночью, если бы это было так?
От взгляда его честных голубых глаз ей стало неловко, но она любила честность.
— Я не знаю.
— Нет, я не женат, — с сердитой ноткой в голосе ответил он, — и ни с кем не связан. Я знаю цену обещанию, Фейс, и в состоянии поступать порядочно.
С этими словами он выдернул руку, и она поняла, что обидела его. Вчера она сказала, что всегда считала его приличным человеком, а сейчас своим вопросом выставила себя лицемеркой. Так что придется извиняться, но примет ли он ее извинения?
Фейс поискала глазами Джейки. Тот играл с сынишкой Бада — они строили из кубиков город. Убедившись, что детишки увлечены своим занятием, она вытащила пюпитр из сумки и направилась к сцене, решив извиниться перед Ником попозже. Ведь она пришла сюда заниматься делом — размещать декорации для представления. По сценарию требовалось два разных художественных оформления. Дети будут изображать рождественскую сказку с современным содержанием. Это история маленького мальчика, который понял, что значение Рождества не в том, чтобы получать подарки, а в том, чтобы вовремя улыбнуться дедушке и уделить ему время.