Рождественский папа

— Могла бы оставить каталоги у двери, — пробормотала Фейс.
Опять сомнения! Ник чувствовал, что начинает раскаляться от гнева.
— Она так и сделала бы, но мы как раз подъехали. Фейс, как ты представляешь себе наш брак, если не веришь мне?
Спрыгнув с мойки, Фейс стояла, глядя прямо ему в глаза.
— Как я могу тебе верить, если ты даже своим друзьям не сказал, что мы женаты?
Нику стало стыдно. Во многом он виноват сам. Но тем не менее он ринулся в атаку:
— У меня нет друзей в Рутланде. Я объяснил, почему ничего не сказал своему управляющему, но тебе подавай скрытые мотивы. Надо верить и себе и мне, Фейс.
Наверху продолжали стучать.
— Придется посмотреть, в чем там дело, — сказал Ник. Он подождал, не остановит ли его Фейс и не скажет ли, что доверяет и себе и ему. Но она молчала.
Раздраженный, он вышел из кухни и поднялся наверх.
  
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
 
Фейс и Марджи сидели за столом, а перед ними лежали проволочки, обмазанные горячим клеем, — из них, а также из сосновых шишек, лент и зеленых еловых веток они делали гирлянды для украшения культурного центра.
— Это ты здорово придумала, Фейс. Удобнее приглядывать за Джорджем и Джейки здесь, а не в центре. Близнецы собираются после школы пойти к соседям, так что мне не надо нестись домой. — Марджи похлопала по подушке на стуле. — Намного лучше, чем сидеть на складном табурете. — Она потерла поясницу. — Надеюсь, Джордж не безобразничал вчера ночью.
— Они с Джейки дружат.
— Вы с Ником хоть выспались? — Марджи многозначительно улыбнулась.
Она и Ник… Кухня. Их поцелуй. Его прикосновения. Напряженность между ними, которую они старались скрыть, играя с мальчиками, а затем устраивая для Джорджа постель на полу. Дети не умолкали до полуночи, а около трех часов Джейки позвал их, чтобы убедиться, что они рядом.
— Почти, — сдержанно ответила Фейс и бросила взгляд в гостиную, где мальчики занимались раскрашиванием картинок. Она вспомнила, как лежала в постели, словно каменная; вспомнила слова Ника о том, что она подавляет в себе желание. Но про это ведь не скажешь.
— Раз Джейки нравится играть с детьми, то вам с Ником следует кое о чем подумать, — подмигнула ей подруга.
— Пока еще рано.
Марджи внимательно взглянула на Фейс.
— Между вами все в порядке?
Фейс чуть не проговорилась: как Ник женился на ней из-за Джейки, как он уехал сегодня утром в Берлингтон встретиться с агентом по продаже недвижимости и не слишком ласково с ней попрощался, хотя и обещал не опоздать на встречу с Дарлой. Но все считали, что они с Ником — счастливая пара, поэтому она вовремя сдержалась и оставила свои переживания при себе. Завязывая золотой бант на гирлянде, лишь сказала:
— Мы приспосабливаемся к семейной жизни.
Марджи ободряюще похлопала Фейс по руке:
— Даже мы с Бадом спустя столько лет… Ох!
— Что такое? — испугалась Фейс.
— Воды отходят. Ой, черт возьми. О— о— о! — Лицо Марджи скривилось от боли, и она обхватила руками живот.
Фейс вскочила так стремительно, что едва не опрокинула стул:
— Я отвезу тебя в больницу.
Тяжело дыша между схватками, Марджи покачала головой:
— Уже нет времени, чтобы доехать до Берлингтона. Я оба раза рожала быстро. Надо было сообразить, что поясница сегодня у меня болит не просто так… — Она застонала от следующей схватки и сквозь стиснутые зубы проговорила: — Отправь мальчиков наверх.
Фейс поняла, что роды придется принимать ей. Она пыталась восстановить в памяти уроки первой медицинской помощи, которые посещала в этом году. Сказав детям, что ей необходимо разложить рождественские украшения в гостиной, она велела им до ужина играть в комнате Джейки. Ребятишки без лишних слов собрали фломастеры и картинки и ушли наверх.
Тут раскрылась входная дверь и появился Ник.
— Слава Богу, — с облегчением вымолвила Фейс. — У Марджи схватки. Позвони по 911, пока я уложу ее на диван.
Ник быстро оценил ситуацию: Марджи корчится от боли на стуле, а наверху слышны детские голоса.
— Не представляю, как сюда доедет «скорая помощь». Снова пошел снег, а трейлер с трактором застрял поперек дороги в Берлингтон. Мне пришлось сделать большой крюк, чтобы добраться домой. Позвони в «скорую» сама, пока я уложу Марджи на диван.
 
Фейс кинулась к телефону, а Ник сбросил куртку.
— Вызови и Бада! — крикнул он ей вслед. — Он, возможно, еще в школе.
На кухне Фейс позвонила куда следует, приготовила полотенца и поставила кипятить воду, бросив в чайник ножницы. Вспомнив еще кое-что из курса первой помощи, достала моток ниток в одном из ящиков шкафа, отрезала от него два куска и отнесла все необходимое в гостиную.
Ник отвернулся, а она помогла Марджи в перерыве между схватками снять туфли и брюки. Затем укрыла ее стеганым одеялом.
— Чем я еще могу помочь? — спросил Ник. — Может, мне заняться с мальчишками?
— Не уходи, — тяжело дыша, произнесла Марджи.
Фейс опустилась на колени около подруги.
— Это может произойти действительно быстро, и мне понадобится твоя помощь. Если можешь, то останься… — попросила она Ника.
Он подошел к жене и ласково обнял за плечи.
— Тогда говори, что нужно делать.
Нужно, чтобы… ты по-настоящему любил меня, мысленно попросила Фейс, и был со мной именно поэтому, а не из-за того, что тебе необходима семья. Впрочем, не следует спешить, надо научиться верить ему. А пока хорошо, что он рядом.
— Посмотри, не закипела ли вода. И намочи полотенце — я оботру ей лицо. — Не успел Ник сделать первый шаг, как Фейс схватила его за руку. Он посмотрел на нее, и в его вопросительном взгляде уже не было равнодушия. Борясь с сомнениями, она сказала: — Я рада, что ты здесь.
Ник ничего не ответил, так как Марджи от сильной схватки почти села на диване. Он поспешил на кухню.
Спустя несколько минут в дом ворвался Бад и занял место Фейс около жены.
— Ты же не должна была рожать еще дней десять!
— Скажи это младенцу, — с болезненной улыбкой ответила Марджи.
Бад взял жену за руку, а Фейс переместилась к ногам Марджи. Заглянув под одеяло, она сказала:
— Я вижу головку.
Бад побледнел:
— Бог ты мой! Что же делать?
— Мы примем ребенка, — с уверенностью, которой она вовсе не испытывала, заявила Фейс, вспомнив, что основное в таких случаях правило — это не мешать природе делать свое дело.
Она никогда не была свидетелем подобного потрясающего зрелища, которое сейчас происходило у нее на глазах.
У Марджи начались потуги. Она сжимала руку Бада, а Фейс и Ник были наготове.
Бад подбадривал жену, и Фейс чувствовала, как они любят друг друга. Когда показалась головка младенца, Фейс подсунула руки под крошечные плечики. Неужели когда-нибудь Ник вот так же будет сидеть около нее! Ей захотелось родить ему ребенка и увидеть восторг от этого чуда в его глазах.
— Со следующей схваткой тужься изо всех сил, — охрипшим от волнения голосом приказала Фейс, инстинктивно чувствуя, что ребенок вот-вот окажется у нее в руках.
Марджи послушно выполнила указания подруги… и Фейс подхватила младенца, который тут же закричал. Фейс поспешила обернуть его полотенцем.
— У тебя девочка, — со слезами на глазах произнесла она.
Этот момент ей запомнится на всю жизнь.
На улице раздался вой сирены, и через окна было видно мигание огоньков. Ник впустил в дом медицинскую бригаду, а Джейки и Джордж сбежали вниз по лестнице. В гостиной началась суматоха.
Фейс положила девочку роженице на живот. Улыбающийся Бад поцеловал жену, затем подошел к мальчуганам и обнял Джорджа:
— У тебя появилась сестричка.
— А можно на нее посмотреть? — спросил Джордж.
— Иди сюда. Сейчас маму и твою сестру отвезут в больницу для обследования, но через пару дней они вернутся домой.
— Ты тоже хочешь посмотреть на малышку? — Фейс опустилась на колени около Джейки.
Мальчик кивнул в знак согласия, и она подвела его к носилкам, куда фельдшеры положили Марджи.