О каретах и тыквах (СИ)

Я призадумалась. Пара бутылок отличного рома с добавками, позволяющими даже изменённому опьянеть, у меня была стратегически припрятана ещё с прошлого заказа, а вот подоспевшие перемены в личной жизни требовали некоторых корректировок. В том смысле что противозачаточные чары - это хорошо, но энергоёмко, и в преддверии экзаменов творить их почти каждый день - расточительно даже по моим меркам. Зелье в разы практичнее, только вот времени выскочить за ним всё не было. Можно, разумеется, заказать его в городе, и запрещённым оно не было, но... старосты смотрят списки заказов.
И Дайнор, разумеется, увидит. 
И вот тут был тонкий момент, который мы со светлым не обсуждали. Дело в том, что в замечательной во всех отношениях Светлой Империи любые контрацептивы, будь они магического или механического происхождения, считаются грехом и уделом павших-куда-то-не-туда женщин. В чём тут смысл и есть ли он вообще, не спрашивайте меня, ибо я понятия не имею. То ли так себе иные особо святые личности представляют исполнение завета "плодитесь и размножайтесь", то ли сорокапроцентная смертность среди детей, преимущественно обусловленная голодом и бедностью, их ничему по жизни не учит - не знаю и не хочу знать. 
Да что я? Культура не моя и мне там не жить. Однако тут есть моментик: сами же светлые, особенно лекари и недавно возникшие как класс социологи, в последнее время всё чаще высказываются против подобных "чудесных и разумных" правил и всячески стараются достучаться до разума Храмовых чинов. Что уж там, за время пребывания в Светлой Империи мне довелось услышать сплетни о том, что и среди самих Храмовников в этом смысле не всё ладно: многие открыто критикуют косность своих коллег. Собственно, весь этот конфликт можно свести к классическим тезисам: "А вот раньше такого не было! Догмы религии менять нельзя!". На что оппоненты справедливо отвечают нечто вроде: "Раньше и туалетной бумаги не было. Но это же не значит, что нужно продолжать подтираться лопухами!"
На мой вкус, это только подтверждает, что и среди светлой пресвятой братии встречаются вполне адекватные ребята. Другой вопрос, что пока их голоса тонут в другого рода выкриках и лозунгах. И Дайнор, воспитанный в Храме, едва ли спокойно отнесётся к моему "греху"... как минимум, провоцировать его не хочется.  
- Закажу противозачаточное зелье, - решила я. 
- Может, лучше дождёшься выходных и у папы попросишь? - нахмурилась Джи. - Он в этом мастер. Я обычно у него беру, сама знаешь; он отлично подстраивает зелья под личные особенности изменённого. 
- Нет, - махнула я хвостом. - Ещё десять дней ждать... И потом, придётся рассказывать, что я с кем-то встречаюсь, а врать я не хочу. Да и контрабандист ни разу за пять лет, что я о нём знаю, никого не подводил: все зелья идеально соответствовали параметрам заказчика. 
- И то верно, - признала Джи.
Помолчала секунду, а после выдала то, что я ожидала от неё услышать с самого начала:
- Элин, что мне делать с Раоноком?
Вопрос был, как говорится, на все сто печатей. Если бы я ещё знала, как ей отвечать...
- Послушай, - начала я осторожно. - Я - тот ещё советчик в любовных вопросах, правда. Знаешь, что я думаю? Давай всё же сходим в "Шоколадные рожки", пока они не закрылись. И встретимся с Канидо. Он стажируется на лекаря душ и претендует как раз на нишу, связанную с любовными отношениями...
- Я не хожу к лекарям душ, - отрезала Джи.
"И, возможно, зря," - отозвалась я мысленно. Вслух, разумеется, ничего не сказала: Джиа с самого детства наотрез отказывалась посещать специалистов такого профиля. В этом вопросе родители предпочли не давить, дабы не рушить обретённое ею хрупкое душевное равновесие.
- Кани - не какой-то неведомый лекарь, а мой друг и твой приятель, - сказала я мягко. - И говорить вы будете о том, о чём сама захочешь. 
Она дёрнула плечом.
- Твой светлый будет беситься, - буркнула, но явно больше для проформы.
- Его неприязнь к Кани - только его половые трудности, - отрезала я холодно. - И, если больше возражений нет...
 
Джиа отвернулась; возражений, кажется, не было. 
*
- Я не ненормальная, - сказала Джиа. 
Я только мысленно простонала: именно с этого подруга обычно начинала разговор с лекарями разума. И они, разумеется, либо тут же понимали, что что-то не так, и делали охотничью стойку, либо пытались убедить Джи в обратном. И та, и другая линия поведения обычно убивала доверительный разговор в зародыше. 
- Я тоже, - вздохнул Кани философски и отпил шоколада. - Хотя иногда меня посещают сомнения.
Мне пришлось прикусить губу, дабы не заржать. Джи заморгала, явно не ожидая такого поворота. 
- Почему? - спросила она даже немного неуверенно. 
- Я сижу с вами, хотя и знаю, что вашим парням тут же доложат, и мне в очередной раз придётся давать клятвы, сращивать сломанные после круга конечности или лечить ожоги от светлой магии. Тем не менее, я продолжаю с вами общаться. Это ли не признак мазохизма?
Я стиснула зубы. Весёлость испарилась, как не бывало.
- Кани, пожалуйста, позволь поговорить с ними...
- Нет, - Канидо был спокоен и безмятежен. - В этом всё дело, верно? В том, что в демонах страсти, инкубах и суккубах, видят только тело и относятся с предубеждением. Причём все - и свои, и чужие. Общественное мнение отказывает нам в праве даже иметь друзей. Все тут же, с порога убеждены, что, если мы ужинаем с кем-то, то с этим же "кем-то" непременно спим. Отрабатываем ужин, так сказать.
Джи моргнула. Мне осталось только подавить вздох: как ни крути, Кани говорил правду.
- Я не хочу, чтобы вы за меня заступались, - продолжил он. - Я по праву вхожу в группу успевающих. И могу решить эту проблему. 
Мы молча отдали должное горячему шоколаду: сказать тут было нечего. Хотя Дайнор, по хорошим делам, заслуживал разговора: его предубеждение по отношению к суккубам и инкубам было проблемой само по себе, но в случае с Кани, который был моим первым любовником, всё было... скажем так, совсем сложно.   
- Раонок - не мой парень, - сказала Джиа резко, и я с облегчением поняла, что всё получилось. - В этом и проблема: он не мой парень. Я просто иногда с ним... удовлетворяю потребности. Люблю я другого. 
- И давно? - уточнил Кани мягко. 
- Что - давно? Удовлетворяю потребности или люблю?
- И то, и другое, - прекрасные глаза Кани таинственно мерцали в свете магических фонарей. Он явно использовал суккубьи чары, настраивая Джи на более миролюбивый лад.
- Я влюблена... очень давно. Почти с детства, если честно. 
- Как я понимаю, это платоническое чувство?
- Да, - бросила Джиа. - Но это - серьёзно. А вся ерунда с Раоноком - просто... наши тела и пристрастия просто совпадают. Не более того. 
- Не более того... - повторил Канидо задумчиво. - Но и не менее. Многие тратят всю жизнь, чтобы отыскать такое совпадение. И любовь сердец частенько разбивается о несовпадение пристрастий и тел, увы. 
- Намекаешь, что мне нужно повиснуть на шее у Раонока и прокричать "Люби же меня!" только из-за того, что нам хорошо вместе? Так это - не главное в любви!
- А что главное?
- Прозвучит по-детски, но - душа! - Джи была взвинчена. - А пристрастия... всегда можно подстроиться друг под друга, верно?
- Резонно, - кивнул Кани. - Хотя практика и показывает, что подстроиться можно далеко не всегда, и сознательные потребности нередко проигрывают инстинктам и подавленным желаниям, но... это по-настоящему сложный и неоднозначный разговор, которому тут не время и не место. Да, справедливо то, что чаще можно найти баланс в интимной жизни, если между партнёрами есть истинное взаимопонимание. И, пожалуйста, не пойми превратно: я не считаю, что ты должна бросаться кому-то на шею. Это сугубо твоё личное дело и вопрос выбора. Я хочу лишь удостовериться, что ты смотришь на ситуацию открытыми глазами и отдаёшь себе отчёт в том, что происходит.