Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж
– Лерба сказала, парень ты смышленый, – разглядывая парнишку, ухмыльнулся Егор. – Это хорошо, как и то, что страха я в твоих глазах не вижу. А вот грамоты ты не знаешь. Это плохо! Придется учить.
– Учить? – осмелился переспросить отрок.
Князь усмехнулся:
– А ты думал? Как говорил… один известный кое-где человек – учиться, учиться и учиться! Да ты не переживай, не один будешь, есть еще такие же смышленые, как и ты… примерно твоего же и возраста. Учителя я уже вам нашел – а за учение их будущего жалованья высчитаю. Не корысти ради, а чтоб знали, что просто так в этой жизни ничего не дается, понятно тебе?
– Угу…
– С недельку подживешь здесь, в людской, а потом я для вас что-нибудь типа общежития придумаю. К делу приставлю, чтоб не только учились, но еще и работали… кому сейчас легко?! Все понял, Бруно? Тогда иди, Лерба проводит.
Выпроводив парнишку, князь задумчиво посмотрел в окно, на видневшийся над красно-коричневыми черепичными крышами шпиль собора. Не-ет, благотворительностью Егор вовсе не занимался, все эти мальчики нужны были ему для дела, обучая их, «господин Георг» работал на свое будущее – он вовсе не собирался задерживаться в Германии более чем на полгода. И так уж слишком задержался… ничего, теперь недолго осталось уже – финансовые дела налажены, еще чуть-чуть – и сильные мира сего на крючке. На русском крючке, а не у герра Ганса Фуггера! А крючок тот – золотой, серебряный – и для контроля верные люди нужны, всем князю обязанные… такие, как вот этот Бруно… или даже Лерба – девушка она очень умная.
– Я его проводила, мой господин, – вернувшись, доложила служанка.
– Хорошо, – покивав, Егор улыбнулся и спросил в лоб: – Тебе нравится этот мальчик, Лерба?
– Да ничего, на лицо приятный… Но он же совсем малыш!
– Это он сейчас малыш, – наставительно заметил князь. – А годика через три станет тебе добрым мужем.
– Но…
– Станет, станет, при мне же ты вечно не будешь жить! Ты его старше – воспитывай, делай таким, каким тебе надо: чтоб после советовался во всем, уважал и где-то даже побаивался. Тем более, он кажется, в тебя влюбился – вон как глазищами зыркал.
– Ой, – засмущалась девушка. – Ну, вы и скажете, мой господин.
Ночь принесла князю кошмар, навязчивый, липкий, полный ощущения страха и жуткой, нестерпимой боли. Егору казалось, что его тело рвут на куски раскаленными щипцами, и кто-то этого очень желает – радуется, смеется. И кричит – прямо в ухо кричит:
– Не-ет! Нет! Пожалуйста, не просыпайся…
Темно-шоколадные, полные ужаса и боли глаза, казалось, заглянули в душу… Та самая женщина. Князь уже видел ее…
– Кто ты?
– Я Марта…
Губы прекрасной, напуганной до полного унижения женщины оставались недвижными, однако молодой человек хорошо слышал ее голос:
– Я знаю слова… Я сняла твое заклятье… Меня заставили… Теперь ты беззащитен…
– Зачем ты говоришь мне все это?
– Мне стыдно… И, думаю, ты можешь помочь мне.
– Помочь? И чем же?
В глазах колдуньи вдруг вспыхнул огонь:
– Мне нужен яд!
Князю показалось, что он ослышался, однако Марта оказалась настойчивой:
– Меня держат в подвале, в монастыре Святой Магдалены. Пытали… и еще будут пытать. Я не верю им, знаю… Передай мне яд, слышишь?! Пожалуйста, передай – так вышло, что лишь к тебе я могу обратиться. Прошу, заклинаю – избавь меня от мук, ибо они скоро станут невыносимы.
Красивое личико исказило гримаса страданья, из глаз полились слезы… рыдания – это последнее, что слышал Егор во сне.
– Опять худой сон приснился? – тревожно вздрогнула Лерба. – О, господин мой… может быть, тебе нужно просто пораньше ложиться?
– Ага, – князь тихонько засмеялся. – И попозже вставать – так вся жизнь во сне и пройдет. А вообще-то, вот что, душа моя, – молодой человек вдруг сделался серьезным. – Я попросил бы тебя повнимательней отнестись ко всем… казалось бы, мелочам, не знаю, правда, к каким. К чему-то необычному, что выходит за всегдашние рамки – я вряд ли смогу обратить на это внимание, а вот ты… Постарайся, ладно?
– Как прикажешь, мой господин, – девушка пригладила волосы и тут же спросила: – Тебе угрожает опасность?
– Наверное, можно сказать и так… Опасность. Только вот не знаю – какая и с какой стороны?
– Я поняла тебя, господин. Не беспокойся, все, что возможно – сделаю.
С утра князь отправился к Фуггеру, где договорился взять для испытания неких дюжих молодцов, изъявивших желание поступить на службу в компанию. Молодцы оказались те еще – с кулаками молотобойцев и физиономиями висельников. Решительные, готовые на все, парни… вот, только что касаемо интеллекта…
Впрочем, князь знал, как это все выяснить, устроить, так сказать психо-неврологическую экспертизу.
Велев всем кандидатам выйти во двор, Егор обвел их внимательным взглядом и, усадив на бревна, предложил:
– Для начала будем играть в города, игра простая…
Быстро объяснив правила, молодой человек назвал первый город:
– Новгород!
– Дортмунд…
– Вормс!
– Почему Вормс? – герр Георг прищурился, пряча усмешку. – Только не говори, что у тебя там мама.
– Матушка моя давно померла, а Ворс – рядом с Дортмундом.
– Ах, вот как… бывал в тех местах?
– Ну да, – молодец ухмыльнулся и повел плечом. – Довелось!
– Хорошо, – покладисто кивнул Егор. – Продолжаем дальше. Значит – Вормс.
– Страсбург!
– Молодец! Теперь – ты.
– Фрейбург.
– Поясни. Почему Фрейбург?
– Потому что тоже на «бург».
– Понятно… Что ж, пусть так – Фрейбург. Следующий!
– Генуя! – здоровенный парняга с квадратным лицом и арбузами-кулачищами неожиданно ухмыльнулся. – Думаю, господин, на том мы и закончим.
– Почему это? – удивился Егор.
– Потому что на «я» я знаю только Яффу, остальные же, боюсь, не назовут вам ничего.
– Хм, – подумав, Вожников махнул рукой и внимательно присмотрелся к парняге, оказавшемся вовсе не таким тупым, каким выглядел.
А еще было такое впечатление, что Егор уже где-то видел этого дюжего молодца – больно уж кулаки приметные, запомнил.
– Мы где-то встречались? – князь посмотрел парню в глаза.
– Конечно, встречались, и не один раз, господин, – улыбнулся тот. – Я раньше служил в корчме, куда вы частенько заглядывали, и даже пару раз говорили со мной.
– Ах да, да, – тут же припомнил Егор. – Ты Фридрих, так?
– В точности так, господин Георг. Но Фридрих – это слишком уж громко. Друзья зовут меня – Фриц Колесо или просто – Колесо.
– Почему Колесо? – Вожников вскинул брови. – Ты что – логистик? Тьфу… С тележным делом знаком?
– Нет, незнаком, – пожал плечищами парень. – Просто лет семь назад, на праздник, на спор сломал о свою голову тележное колесо. Крепкое, доложу вам, случилось колесико!
– Одна-ако, – покачал головой, князь весело рассмеялся, следом за ним захохотали и остальные кандидаты в наемники.
– И часто ты таким образом развлекаешься? – отсмеявшись, поинтересовался Егор.
– Да с того самого случая – никогда. Голова ведь – чтобы думать, а не колеса об нее бить.
– Молодец! – господин Георг одобрительно улыбнулся. – Значит так, Фридрих, назначаю тебя сержантом – старшим. Но, не думайте, что вы уже приняты – еще нужно пройти испытание.
– Мы готовы, господин, приказывайте!
Вскочив с бревен, парни, числом дюжина, изъявили полное желание немедленно ринуться в бой.
– Нет, нет, – охолонул их князь. – Сломя голову никого бить не надо. Сначала надобно поразмыслить, хоть задание и простое: напасть на монастырь Святой Магдалены, освободить из подвала одну девушку и быстро уйти – так, чтоб никто не успел очухаться. Ясно?
– Вполне, – наморщив лоб, отозвался за всех Фридрих. – Сколько мы можем думать?
– До вечера, – усмехнулся Егор. – Придумаете раньше – сообщите. Живу я…
– Я знаю, господин Георг.
Юный Бруно возвращался на постоялый двор с радостным сердцем: он только что встретился у Красных ворот с братом Деметриусом, и тот дал ему любовное зелье, даже два – первое наказав подмешать его в вино сразу двоим – не только служанке, но и ее господину.