Кровоточащие сердца (ЛП)

Мэв дернулась вперед, а затем ее рука тоже полезла в карман. Мартин посмотрел на карман, пытаясь угадать, что она там прятала.
Кол? Ей нужно было что-то больше, чтобы убить кого-то его возраста. Возможно, она никогда раньше не встречала такого вампира, как он. Может, она думала, что все вампиры слабы, и их убьет заостренное дерево. Что бы это ни было, его мутило от одной мысли, что он скоро узнает.
Он со смехом отпустил священника.
— Прости, старина! Боюсь, я не так хорошо сегодня собою владею. Я уже заглянул в запасы отца. Вы знали, что старик держал в подвале сотни бутылок? Хороший виски. Он никогда не говорил мне, пока был жив, но теперь я хорошо использую все это.
Священник покраснел, но что-то в его взгляде потеплело при слове «виски». Хорошо. Это было то, что Мартин мог использовать в своих интересах.
— Боюсь, священники не пьют.
— А, — Мартин хлопнул мужчину по плечу. — Но мы же не в церкви.
Мэв прервала их, и от ее голоса у Мартина пробежали мурашки по спине.
— Вы хотите сказать, что не знали, что мы приедем?
— Знал. Мой дворецкий, конечно, сказал мне, но я не знал, что вы приедете сегодня вечером! — он широко раскинул руки, будто собирался обнять священника. Но даже он отступил от него на шаг.
Священник кашлянул и посмотрел на Мэв.
— Боюсь, в это сложно поверить. Ваше письмо вызвало нас в этот дом.
Ах, они помнили о письме. И она его получила.
Мартин встретился с ней темным взглядом и увидел в глазах вызов. Она думала, что он слишком глуп, чтобы помнить слова, написанные им в письме, или думала, что все это ложь. В любом случае, этот вызов разогрел его кровь и пробудил в нем животное.
Священник продолжал говорить:
— Я знаю, что трудно, когда Церковь проверяет вас. Мы здесь, чтобы поговорить, не более. Конечно, если мы обнаружим, что здесь используются какие-то… сомнительные методы, то нам придется обо всем этом сообщить Церкви. После этого, если мы выясним, что слухи верны, вас вызовут в суд.
Боже мой, он когда-нибудь переставал говорить? У Мартина были дела важнее, чем слушать болтовню священника. Если бы он хотел это услышать, то пошел бы в церковь.
Все притворство слетело с него, как если бы он стряхнул с себя плащ. Он расправил плечи, выпрямился во весь внушительный рост, и прищурился, глядя на добычу перед собой. Женщину, которая понятия не имела, что станет его невестой.
— Как странно, что этот мальчик говорит за тебя, когда очевидно, что ты здесь главная, — прорычал Мартин.
Казалось, все в комнате затаили дыхание от его слов. Но он хотел, нет, ему было необходимо увидеть, что она будет делать, когда, наконец, увидит вампира, с которым ей предстоит сражаться. Вампира, в борьбу с которым она вложит всю свою энергию и усилия, даже зная, что проиграет. Она должна была знать, что попадет под его чары. Наверняка, она почувствовала, что он сделал.
Притяжение между ними было почти невозможно преодолеть. Он хотел вонзить свои клыки в эту хорошенькую шею, в изгиб ее груди, глубоко во внутреннюю часть ее бедра. Ему нужно было отметить сотни мест на ее теле, и она тоже этого хотела. Он чувствовал запах.
— Ты считаешь себя очень умным, да? — спросила она.
— Да.
— Значит, эта уловка должна была вызвать ложную безопасность? Ты думал, если войдешь в эту комнату пьяным, мы сочтем тебя безобидным? — она осмотрела его с ног до головы, явно указывая на то, что его тело было далеко не безобидным.
Хорошо. Он хотел, чтобы она посмотрела на него. Он хотел, чтобы она увидела, что могло ждать ее в будущем.
Мартин взглянул на священника, который смотрел между ними двумя, будто пропустил что-то важное. Да, но Мартин не хотел, чтобы бедняга навредил себе.
Он ссутулился, хотя от этой позы у него болели мышцы между плечами.
— Нет никакой уловки. Я не знаю, о чем ты говоришь!
Никто из них не поверил ему, но это было нормально. Он довел ее интерес до пика, и это все, что его заботило. В конце концов, она могла держаться неподвижно и хмуриться, но он чувствовал ее учащенный пульс. Ее сердце билось быстрее, чем дольше он смотрел на нее.
 
— Ну, тогда, — пробормотал священник, — думаю, будет лучше, если нам покажут нашу комнату.
— Вы не голодны? — спросил он, все еще глядя на Мэв. — Я проголодался.
Она не дрогнула на этом слове.
— Не сомневаюсь.
Они могли бы продолжить эту вкусную игру в ближайшее время. Он не хотел отталкивать ее, когда все только начиналось.
Мартин отошел в сторону и указал на дверь.
— Мой дворецкий был бы счастлив показать вам ваши комнаты. В них недавно убрали, хотя я не могу ручаться за состояние дома.
— Спасибо, — сказал священник и сразу же направился к двери.
Мэв, однако, не торопилась. Она остановилась перед ним, ни капли страха не было в ее существе.
— Недавно убрали? Вы же не знали, что мы приедем.
Он наклонился так близко, что увидел, как расширились ее зрачки. Он глубоко вдохнул, на этот раз слышно, чтобы она знала, что он наполняет свои легкие ее ароматом.
— Я никогда не был хорошим лжецом.
— Так ты признаешься во лжи?
— Только тебе, — в его горле пересохло, он желал ощутить вкус ее крови. Ему нужна была она, как никогда еще не была нужна другая невеста. Он словно умер бы без ее вкуса.
Она мягко улыбнулась ему, и он придвинулся еще ближе.
— Ты дал мне дар, Герцог. Ключ в письме. Я найду, что он отпирает.
— Я буду рад скрыть это от тебя, — он отчаянно хотел коснуться ее, но эта игра только началась. — Приветствую в Кастра Ноктис, Мэв Винчестер.
— Я не говорила тебе свое имя, — прошептала она.
— Знаю, — он усмехнулся, показывая так острые клыки. Но он был спиной к священнику, так что улыбка ничего не доказывала. — Хороших снов, мисс Винчестер.
Она покинула комнату, наполненную запахом огня и серы.
ГЛАВА 6
Леон опустил ее сумки в углу комнаты, когда дворецкий ушел. Он размял плечи и даже не скрывал зевок.
— Ладно, меня устраивает. Я пойду за дворецким, увидимся завтра рано утром. Да?
— Ты уходишь? — Мэв отвернулась от комнаты.
Тут было мало мебели, признавала она. Конечно, вампиры должны были впечатлять, и обычно они не могли мыслить. Но учитывая, что это был герцог, она ожидала… большего.
Небольшая кровать занимала почти всю комнату. Дубовое покрытие пола было как в ее спальне в женском монастыре, включая дубовый сундук у подножия кровати. Оба были маленькими. Матрац был тонким, как бумага, а бледная подушка пожелтела от времени. У единственного окна была тонкая стеклянная рама, сомнительная в таком замке, а маленький туалетный столик явно был перенесен из другой комнаты, учитывая, что он все еще был покрыт тонким слоем пыли.
Убрали. Верно. Конечно, кто-то убрал.
— Да, я ухожу, — Леон подмигнул. — Я иду в свою комнату, вот и все. Мне нужно поспать.
— Ты проспал всю дорогу сюда. Ты не хочешь говорить о том, что произошло? — она указала сквозь стену на гостиную. — Этот мужчина явно вампир.
— Он явно пьяница, который слишком быстро тратит деньги отца. Я уже встречал таких мужчин, как он. Они всегда приходили в семинарию, потому что их семьи не знали, что с ними делать. Поэтому они думали, что смогут стать священниками, — Леон пожал плечами, его руки безвольно свисали по бокам. — Вероятно, он дурак, который думает, что было бы забавно насмехаться над Церковью. Мы оба знаем, что обстоятельства не делают мужчину вампиром.
— Он вампир, — повторила она. — Я не знаю, как ты можешь думать иначе.
— Возможно, у меня больше опыта общения с такими мужчинами, как он, Мэв. Не все являются сверхъестественными существами, и не все пытаются тебя убить, — он снова зевнул, на этот раз прикрывая рот рукой. — Мне жаль, что у тебя была жизнь, из-за которой ты задаешь вопросы буквально всем, но этот мужчина — всего лишь нормальный человек, который хочет вывести нас из себя. Это все.