На той стороне (СИ)
— Николай Павлович, я проверю, может, грабитель где-то рядом, во дворах. Не мог он далеко уйти. — Услышала Аня голос второго офицера. Он явно был старше. Видимо это тот, с подозрительным лицом. Почему-то он сразу ей не понравился, но думать об этом было не досуг. Да и какая разница, какой голос у офицеров, ей бы встать поскорее и убраться восвояси.
— Благодарю вас, ваше сиятельство! — Ответил молодой человек сослуживцу. И тот помчался прочь на своём гнедом жеребце.
— Ваше благородие, помогите мне пожалуйста, подняться. — Попросила Аня, намеренно принижая своё положение. Раз этот красавчик сам не догадывается подать руку девушке, распластавшейся перед ним на мостовой, придется просить самой.
— Ах, простите великодушно! Конечно, конечно. — Молодой человек подал ей руку и, придерживая другой рукой у талии, помог встать. «Не слишком ли для этого времени?» — подумала Аня. Но одной рукой он точно не смог бы справиться, поэтому она решила не морочить себе голову. Отряхнула юбку и салоп, поправила шляпку.
— Премного благодарна! Пусть Господь одарит вас всеми благами, сударь! — Аня поклонилась и собралась уносить ноги. Все-таки, пока второго офицера нет, а этот пылкий красавчик во всю пялится на неё и уж точно не будет её допрашивать, надо улепетывать подальше.
Аня сделала шаг и чуть не упала снова. Острая боль пронзила ногу. Оступилась, но её тут же подхватил офицер.
— Да вы же идти не можете, сударыня! Вам непременно нужен доктор! Какое везение, что мой дом совсем рядом. Не примите за оскорбление, но я отнесу вас к нам.
С этими словами Николай, так кажется назвал его напарник, легко подхватил её на руки и поспешил к дому Ильинских. "Черт!" Запаниковала Аня, так этот тот самый Николай, видеться с которым она была не должна? Тот самый, который, как сказала Татьяна Александровна, скоро возвратится со службы? Аня была близка к панике, а это, надо признаться, было крайне редким явлением. Она завозилась в крепких руках бравого офицера, пытаясь выбраться.
— Это совершенно ни к чему, сударь. Я смогу идти сама. Я вызову извозчика и доеду.
— Ну какой же извозчик, право слово? — Недоумевал Николай, а сам уже стучал коленом в двери особняка. Руки его были заняты строптивой ношей, которая пыталась выбраться из плена. Его это позабавило. Такая хрупкая девушка и такая ретивая. «Прямо-таки необъезженная лошадка», усмехнулся Николай своим мыслям.
На стук из дома выскочил недовольный Кузьмич и отворил дверь. Увидев стучавшего, он заохал:
— Ох, Святые угодники! Николай Палыч, что ж вы, ваше сиятельство, так тарабаните?! Ох ты ж господи, сударыня! А вы-то каким боком здеся! Что ж приключилось такого?
— Не тараторь, Кузьмич, — усмехнулся офицер. — Барышня ногу повредили, поскользнулись на мостовой. Беги за доктором Иветовым, да поскорее. Отправь посыльного. Пусть срочно к нам приезжают.
— Оставьте меня здесь, я тут дождусь доктора, — не унималась Аня. — Незачем мне к вам в дом идти.
— Это исключено, — строго посмотрел на неё Николай и вдруг улыбнулся очаровательной улыбкой. — Я один повинен в вашем падении и должен искупить свою вину.
Швейцар выскочил за дверь, а Николай, крепко держа Аню на руках, пошёл по лестнице вверх.
"Вот так влипла!" — подумала Аня обречённо. Ей бы сейчас в дворницкую входить, да возвращаться домой, а она лежит в ворохе своих юбок на руках красавца — офицера полиции и млеет от его синих глаз. Николай Павлович заметил, что она на него смотрит, и улыбнулся едва заметно одними уголками глаз, сохраняя при этом самое строгое выражение лица.
Это просто капец какой-то! Иначе и не скажешь.
Глава 21. Случай меняет всё
Когда Николай Павлович появился в передней с молодой женщиной на руках, в доме случился совершенный переполох. Сначала графиня Татьяна Александровна вышла встречать сына со службы и, увидев представшую перед ней картину, чуть не лишилась чувств. За ней выпорхнула Натали и показался Сашенька с нянькой. Потом в переднюю высыпали любопытные служанки. Все столпились, заверещали, загалдели.
— Анна Алексеевна! Что с Вами стряслось? — Глаза Татьяны Александровны округлились от ужаса.
— Я подвернула ногу, поскользнулась прямо на мостовой. — Ответила, смущаясь, Аня. Она уже сидела на диванчике в приёмной, где ещё два часа назад проходила собеседование на работу.
— Это всё я, maman. Это я — виновник столь ужасающего случая. На Анну Алексеевну, — объяснил Николай и, повернувшись к Ане, уточнил, — так ведь вас зовут? — Девушка кивнула. — На Анну Алексеевну напал вор. Пытаясь догнать воришку, мы с Александром Сергеевичем напугали сударыню, и она упала.
— Бог ты мой! Какое несчастье! — Всплеснула руками графиня, но тут же мобилизовалась и раздала поручения слугам. — Глаша, срочно нагрей воды. А вы, подготовьте чистую и сухую ветошь на всякий случай. Надо послать за доктором!
— Маменька, я уже отправил Ивана Кузьмича. Вам ничего не нужно делать. Разве что представьте нас, раз вы знакомы. — И хитро подмигнул матери.
— Ах, Николай, ты не исправим! Такое происшествие, а ты и тут в своём амплуа.
— Ну, какое амплуа, маменька? Не пристало светским людям знакомиться таким образом и я всего лишь хочу исправить ситуацию. — Невозмутимо ответил офицер.
— Николя, ты невозможен! — Пожурила графиня старшего отпрыска, закатывая глаза. — Ну, конечно, я вас представлю. Анна Алексеевна была у нас с утра. Она будет преподавать Саше. Познакомьтесь с моим несносным сыном Николаем, милая!
Аня, наблюдая за этой семейной сценой, поняла, что графиня Ильинская без ума от Николая и готова простить ему любое поведение. Чем этот стервец и пользуется без зазрения совести. В ответ на знакомство она кивнула и сухо представилась, ибо не хватало еще любезничать с этим самовлюбленным хлыщем.
— Анна Алексеевна Терепова, рада знакомству.
Аня была не рада. Ни знакомство с офицером полиции, ни подвернутая, судя по всему лодыжка, не входили в ее планы. Но «fors omnia versas» — слепой случай меняет все. И теперь она сидит здесь в особняке в ожидании доктора и теряет время.
— Николя, а за доктором послали? — Спохватилась Натали, она опять все прослушала.
— Уже, сестрица. Не стоит волноваться.
— Может, нам переместиться в более удобное место? — Предложила графиня. — Не в передней же осматривать Аннушку.
— Прекрасная идея, матушка. Здесь совершенно не то место для осмотра. — Николай снова подхватил потерпевшую на руки и понес вглубь квартиры. — В кабинет?
— Ах, нет, сынок. В кабинете паркет разбирали у печи, помнишь, полено выпало и испортило пол. Там завтра паркет менять будут. — Напомнила Татьяна Александровна.
Аня даже сопротивляться не стала. Это было жутко неприлично, Аня видела, что прислуга уже шепчется и перекидывается взглядами, но что ей оставалось? Настырный офицер все равно не дал бы ей передвигаться самостоятельно.
— Так куда нести Анну Алексеевну? — Повторил свой вопрос Николай.
— В ее будущую комнату. — Распорядилась Татьяна Александровна.
Вся процессия переместилась в покои, подготовленные для Ани, — комнату у кухни, с окнами во двор, но довольно большую и светлую, в два окна. Комната была обставлена довольно скромно, но ремонт выглядел свежим. Всё необходимое в ней имелось — письменный стол у окна и этажерка для книг рядом; шкаф, сундучок на полу у шкафа; кровать. Возле нее притаился столик для умывания. Саму же кровать отделяла от основной комнаты ширма. Кроме того, Аня успела заметить широкое мягкое кресло и на стене над ним бра. Обои были простенькие, но свежие. На потолке по периметру расположилась небогатая лепнина, а в центре из скромной розетки свисала люстра с электрическим освещением.
Николя внёс Аню в комнату и прямо поверх покрывала уложил на кровати. Глашка притащила таз с водой, чистую ветошь и встала у входа, не желая уходить. Татьяна Александровна и Натали тоже присутствовали здесь. Прислуга перенесла кресло и его подвинули к самой постели. На кресло уселась графиня, а Натали стояла позади матушки и с сочувствием смотрела на Аню. Та лежала на подушках и чувствовала себя шутом, на которого устремлены все глаза этого дома. Лишь через пару минут Татьяна Александровна спохватилась и прогнала всех прочь.