Принцесса и призраки (СИ)

Говоря проще, князья Керрига были ненамного богаче, чем местные рыбаки, и видеть призраков было некому. Вряд ли князь присутствовал при еженедельной уборке комнат работницей клининговой компании.
— Этот призрак был привязан к вашему отцу? — спросила я чуть громче, чем следовало, потому что продолжала смотреть в окно. Пейзаж завораживал. Никогда не видела столько оттенков серого цвета одновременно. — Попытаюсь объяснить, он находился за спиной князя, или следовал за ним, или повторял характерные движения?.. 
— Если так можно выразиться, — Кристиан перехватил руль, я почувствовала, как машина чуть дернулась, — он следил за отцом. Мне так показалось. Так может быть?
Я все-таки повернулась к нему. Лицо красивое и сосредоточенное, но не такое, какое бывает у человека, когда он врет. 
— Если бы в доме было больше людей, если бы я не шел этому призраку навстречу… Он исчезал, его словно выключали, каждый раз, когда я появлялся. Призраки могут видеть?
— Нет, — я позволила себе улыбнуться. — Это нематериальные сущности, они не обладают нервной системой, как люди, хотя некоторые из них вполне способны воздействовать на людей и предметы. Судя по вашему описанию и по тому, что он напал на вашего отца, этот призрак как раз из таких.
— И вы знаете, как с ними бороться?
— Это не так сложно, как кажется. Это тоже наука… С методами, системой и повторяемыми экспериментами. Вы считаете, что призрак пытался сбросить вашего отца со скалы?
«Потому что ваш отец, по вашему убеждению, не мог сам споткнуться», — скептически договорила я про себя. Это было именно то, что я не выносила слышать от свидетелей. Домыслы, догадки, которые пойди еще отдели от правды.
— Отец сам сказал, — не очень охотно признался Кристиан. — Когда я потребовал от него прекратить прогулки.
— И его не смутил этот призрак?
Меня он смутил. Сущности привязаны к месту, я встречала мало описаний в делах и никогда не сталкивалась лично с призраками, покидающими место выхода. Как правило, это не кончалось ничем хорошим.
— Он считает, что это нормально.
— Нормально? — переспросила я. — Можете пояснить?
На панели ожил смартфон. Мне ничего не сказало имя, которое высветилось — Джейкоб. Друг, коллега, кто угодно, но Кристиан бросил на телефон быстрый взгляд и совершил правонарушение. «Штраф триста паундов, если остановит дорожная полиция», — отметила я.
Я не слышала, что говорил неведомый Джейкоб, и мало что смогла прочитать на лице Кристиана, разве что он сильнее сжал руль. Потом он вернул телефон на держатель.
— Боюсь, нам придется ехать быстрее, — сдержанно сообщил он. — Настолько, насколько это позволят правила. Звонил секретарь, отец снова в больнице, и, кажется, на этот раз что-то в самом деле серьезное.
Глава вторая
Я с уважением относилась к тому, что человеку нужно побыть одному, пусть с ним есть кто-то рядом. Нередко лучше молчать, чем донимать людей разговорами, особенно если они сразу дают понять, что молчать им легче.
И хотя у меня оставалась масса вопросов, я не выяснила практически ничего, даже взгляды князя на призрака, я молчала. Под колесами джипа стелился ровный асфальт, мы приближались к побережью, дул уже ощутимо сильный ветер и швырял в бок машины россыпи мелких камешков. Навстречу пронесся рейсовый автобус, и я почувствовала, как джип качнулся от потока воздуха. 
Я смотрела в окно и думала.
Кристиан просил не упоминать, что следователь приедет по делу. Просто гость, например, я. Самый подходящий из всех вариантов. Это было разумно, это было логично, но я представляла пока что с трудом, как смогу разобраться, не применяя привычные методы. Изображать восторженную девицу я не умела, и, возможно, за столько лет я вообще разучилась спрашивать. Допрашивать — да, и задача предстояла мне не из легких.
Князь Ланарт считал происходящее не стоящим внимания специалистов. Но в управлении обеспокоились.
Призраки — это плохо. Сущности с условным разумом и очень реальными целями. Опасные сущности, особенно телесные, молчаливые и не ограниченные абсолютно ничем. Призракам не место в мире, который покинули их тела, и больше всего меня тревожило то, что этот призрак появился внезапно.
 
— Когда вы видели призрак впервые? — я все-таки нарушила тишину, мне нужна была информация — сверка информации. — Вы не ответили на мой вопрос.
— Недели две назад? — Кристиан покачал головой. — Может, чуть больше. 
— Вас это не удивило? Или в вашем доме призраки появлялись и раньше?
— Кажется, да. Ценность замков заключается в том, что они с привидениями, верно? — Он шутил, пусть и невесело, и я затруднялась сказать, хороший ли это знак. — Периодически их замечали, но это семейные предания. Обиженные жены, свалившиеся с лошади мужья. С ними, если мне не изменяет память, отменно справлялись священники.
Я кивнула. Методы церкви были более сложными, но работали в те времена, когда наука еще не продвинулась так далеко. 
— Сейчас вы не предлагали отцу пригласить священника?
— Он считает, что призрак закономерен, ваше… мэм, — Кристиан опять сбился, поморщился, и я, хотя он не мог меня видеть, разве что краем глаза, подняла ладонь.
— Давайте договоримся, — попросила я. — Я для всех ваша гостья, надеюсь, вы придумали правдоподобную легенду, как мы познакомились. Вы будете путаться, меня узнают те, кто не должен меня узнавать, нет никакой проблемы проверить любые подозрения в сети… Раз мы настолько близкие друзья, что вы пригласили меня на выходные, забудьте про «ваше высочество». Достаточно, что ваш отец наверняка узнает меня. Условились?
Кристиан сбавил скорость. Я рассмотрела указатель «К замку Ланарт, частная собственность», но мы проехали поворот — под указатель «Кэр Керриг, 12 миль, ограничение скорости: 40 миль, осторожно: ремонт дороги». 
Он мне не ответил, вероятно, не знал, что сказать, и с теми, кто не был связан никакими сословными условностями, мне было намного проще.
— Мои коллеги называют меня по имени. 
Мне стоило бы добавить, что добрая половина из них понятия не имеет, кто я, а вторая половина, возможно, догадывается, но не обращает на это никакого внимания. «Принцесса, серьезно? Ну круто», — сказал Дин, мой напарник, и больше эту тему мы с ним не поднимали. 
— Вас устроит версия, что мы познакомились в Тремонте прошлым летом? — с легкой улыбкой спросил Кристиан. — Я не так часто куда-либо выбираюсь.
— Если вы скажете, что я ненавижу Тремонт, — согласилась я, — тем более что это сущая правда.
— Почему?
Я не собиралась кривить душой.
— Потому что это пафосное тяжелое место, куда нет доступа нуворишам, каждый из которых может запросто купить этот самый Тремонт целиком, и когда идешь по улице, кажется, что она колышется от поклонов как море. Я была там всего один раз с братом и его женой, до того как… давно, они увлекались горными лыжами, а я просто хотела развеяться перед очередной сессией. Вряд ли там что-то изменилось. — И это была не та тема, которую я хотела бы развивать. — Что-то еще можете рассказать мне про этот призрак?
— Если бы мог, я не стал бы писать в управление. Меня беспокоит то, что отец считает это нормальным и не придает никакого значения. И то, что призрак агрессивен.
— А как отец это вам объяснил?
— Пока никак. Вы познакомитесь с ним и поймете.
О князе Винсенте Ланарте я знала только то, чем меня порадовала сеть. Вдовец, проходил службу в армии, но так было принято, и не сказать чтобы аристократия сильно переживала по этому поводу, по образованию искусствовед — тоже весьма типично, иметь диплом и никаких поводов применить его к делу, даже когда есть нужда в заработке. Но вот Кристиан…
 
— Кто вы по образованию?
Кристиан, который был одет слишком дорого для человека, чья семья вынуждена экономить. 
— Художник и программист. Занимаюсь дизайном игр, хорошая профессия для того, кто не хочет афишировать свой род занятий. «Скорость», наша последняя разработка.