Интрижка (СИ)

Он был одет как Джонни. Джинсы. Рубашка. Ботинки.
Женщина была пышная, в коротком платье, ноги почти лучше, чем у Иззи, только с сияющей темной кожей, что и делало их такими привлекательными, и он также не мог оторвать глаз от ее лица. У нее были волевые, поразительные черты, короткие волосы, которые были искусно уложены в легкий беспорядок прядей, обрамлявших щеки и шею.
Она была одета не так, как Иззи. Ярко-желтое платье было коротким, как он уже отметил, и обтягивающим, сверху чуть свободным и спадало с одного плеча. Она шла по газону в туфлях на шпильках, с ремешками на лодыжках, и не проваливалась в траву, Джонни подозревал, что она не носила ничего, кроме таких каблуков, и спокойно ходила в них, где угодно.
Подруга Иззи, Дианна, не скрывала, что оценивает его.
Ее муж тоже этого не скрывал.
Джонни почувствовал, как к ним сзади подошла Адди, Иззи двинулась, чтобы отойти от него и поприветствовать друзей, и он увидел, как Дианна начала открывать рот, собираясь поздороваться, когда другая машина свернула на дорогу к дому Иззи.
Собаки, которые вились вокруг новоприбывших, посмотрели в ту сторону, затем направились туда, на этот раз, залаяв все трое.
— О, нет, — прошептала Иззи, когда Дианна и Чарли повернулись, чтобы посмотреть, как потрепанный, ржавый, преступно неухоженный, старый светло-голубой «Мустанг» с визгом остановился у грузовика Чарли, подняв гравий и изрядное количество пыли с подъездной дорожки.
Он почувствовал нечто, исходившее от Иззи.
Почувствовал, как что-то еще ударило ему в спину.
Он повернулся к Адди, и увидел, как она побледнела, ее глаза не отрывались от «Мустанга», и она держала Брукса, будто кто-то пытался вырвать его из ее рук.
Джонни мгновенно отпустил Иззи и выступил вперед, когда высокий долговязый мужчина с копной темно-каштановых волос и всклокоченной бородой, одетый в выцветшие джинсы с дырками на коленях, рокерскую футболку и черные мотоциклетные ботинки, вышел из «Мустанга», не скрывая взволнованных и агрессивных движений.
Муж Адди.
Перри.
— Ты, тупая гребаная сука! — крикнул он, не сводя глаз с Адди.
Джонни почувствовал, как Чарли встал рядом с ним, но Перри будто не замечал, что двое мужчин, оба крупнее Перри, стояли между ним и его женой, преграждая ему путь.
Он также игнорировал собак, которые держались от него подальше, но были настороже, враждебно скаля зубы и рыча.
Бл*ть.
— Рейнджер, лежать! — приказал Джонни. — Демпси. Вихрь. Назад!
Собаки с неохотой послушались.
Они не набросились на Перри.
Но последовали за ним, низко пригнувшись.
— Ты, тупая гребаная сука! — вновь прокричал Перри, быстро приближаясь.
— Стой на месте, — прорычал Джонни, быстро перемещаясь, чтобы блокировать его продвижение.
Пристальный взгляд Перри встретился с его взглядом, когда он попытался свернуть в сторону, чтобы обогнуть Джонни.
— Убирайся с моего пути, чувак.
Джонни остался на месте, пока Чарли подбирался сбоку к разъяренному мужу Адди.
— Я сказал, стой, — предупредил Джонни.
Перри остановился и крикнул ему в лицо:
— А я сказал, убирайся с моей дороги, чувак!
— Тебе нужно успокоиться, — сказал ему Джонни.
— А тебе нужно отвалить, — рявкнул Перри.
— Послушай… — начал Джонни.
— Поцелуй меня в задницу, — усмехнулся Перри.
— У тебя есть одна минута, — продолжил Джонни, как ни в чем ни бывало, — чтобы развернуться, сесть в свою машину, поехать куда-нибудь и остыть, а затем встретиться с Адди, когда ты будешь в другом настроении.
— А если я этого не сделаю? — ехидно спросил Перри.
— Я буду держать тебя, пока Элиза звонит в полицию, — ответил Джонни.
— Иди нах*й. — Он метнулся в сторону, крича: — Адди!
Джонни метнулся за ним, как и Чарли, и оба мужчины окружили Перри, оттесняя его назад.
— Господи, да отвали ты! — крикнул Перри, ударяясь грудью о грудь Джонни.
Низкий, яростный звук вырвался из горла Джонни.
— Все будет не так.
Новый голос в разговоре заставил всех мужчин замереть.
Адди обогнула их со свободной стороны.
 
Хорошей новостью было то, что она больше не держала Брукса.
Плохая новость заключалась в том, что она обогнула их со свободной стороны.
— Отойди, милая, — пробормотал Джонни, делая шаг в сторону от Перри, но к ней.
— Я в порядке, Джонни, — заявила она, но ее глаза были прикованы к мужу.
Перри бросился прямо в атаку.
— Ты, бл*ть, серьезно провернула это гребаное дерьмо?
— А ты серьезно спрашиваешь меня об этом дерьме? — огрызнулась она.
— Ты не дала мне шанса объяснить, — парировал он.
— Объяснить? Объяснить, как я пришла домой с работы с мигренью и обнаружила нашего сына в кроватке даже без игрушки, чтобы скоротать время, взволнованного и обеспокоенного, а тебя в моей постели с какой-то шлюхой, которую ты трахал? — спросила она.
Джонни почувствовал, как напрягся всем телом, и как что-то новое обрушивается на него со всех сторон.
Он знал, что Иззи стояла рядом с сестрой, даже если ее не видел. Чарли находился возле них. Но у него было такое чувство, что Дианна исчезла вместе с Бруксом.
Он не оглянулся.
Он уставился на Адди, избегая смотреть на Перри, чтобы у него не возникло желания свернуть мужику шею.
— Нам нужно поговорить, — постановил Перри.
— Нам больше ничего не нужно, — ответила Адди.
— Ты забрала моего ребенка, — заявил он.
— Извини, Перри, позволь я объясню тебе кое-что, — начала Адди. — Видишь ли, после того, как донор впрыснул свою сперму, делу конец.
— Я не гребаный донор спермы, — выпалил Перри как раз в тот момент, когда Джонни почувствовал, что их компания стала больше.
Он посмотрел на дорогу и увидел еще один грузовик, въезжающий на быстро образовавшуюся парковку.
Старый красный «Шевроле» с серебристыми вставками.
Джонни знал этот грузовик.
Иисусе.
Тоби.
Он понятия не имел не только о том, что Тоби приедет в город, но и о том, как Тоби узнал, где его найти.
Но в данный момент он не мог думать об этом.
— Ты, очевидно, еще не очень хорошая нянька, — небрежно заметила Адди, либо настолько настроенная на то, что происходило с мужем, что не заметила прибытия Тоби, либо полная решимости сосредоточиться только на этом.
Как и Перри, который доказал это, ответив:
— Я не нянька. Я отец Бруклина.
— Отец купает своего ребенка, Перри, — объяснила Адди. — Кормит из бутылочки. Укачивает, чтобы он уснул. И, о, еще кое-что, он оплачивает, по крайней мере, несколько счетов.
После того, как Тоби вылез из грузовика, Джонни коротко кивнул ему и вернул внимание к текущей ситуации.
— Ты же знаешь, я искал, с кем провести концерты, — заметил Перри.
— Не уверена, как можно их найти, лежа на диване с шестью банками пива или трахая какую-то бабу в моей постели.
— Адди, не вешай на меня это дерьмо. Ты не давала мне уже несколько месяцев.
— Потому что я уставала, Перри. Выбивалась из сил. Я мать-одиночка маленького мальчика с отцом-бездельником, который живет со мной, — выпалила она в ответ, и по тому, как охрип ее голос, Джонни понял, что она держится на волоске.
— Я люблю своего сына, — бросил Перри в ответ.
— Он игрушка, какой была и я до того, как потеряла блеск и новизну, а жизнь со мной тебе наскучила, но ты не отдал меня. Ты отшвырнул меня в сторону и стал искать новую игрушку, точно так же, как я знаю, ты поступишь с Бруклином, когда с ним перестанет быть весело, — ответила Адди.
Джонни увидел, как подошел Тоби, не совсем близко, но достаточно, чтобы услышать.
Брови его брата взлетели вверх.
Джонни еще раз коротко кивнул и снова посмотрел на Адди.
— Это неправда, детка, — теперь уговаривал Перри. — Я люблю тебя. Люблю Бруклина. Ты же знаешь. Просто с тех пор, как группа распалась, было тяжело и…
— Боже, пощади меня, — язвительно протянула Адди. — Ты — абсолютный стереотип, а я — идиотка, которая купилась на него.