Леонхард фон Линдендорф 4 (СИ)

— Да ладно, чтобы король и занимался таким бесчестным делом?
— Курт, ты прям как ребёнок. Или приставка «фон» в голову ударила? Как будто я пол жизни наемничал, а не ты.
— Ну, вы, господин граф, и сравнили: где наёмник, а где король. Король — это же первый из рыцарей. Гарант и воплощение всех их достоинств, их рыцарской чести.
— Ага, ага. Англичане с французами режутся уже пол столетия и на сказки о рыцарской чести им уже давно плевать. Вырезаются целые города и деревни, убивают и женщин и детей. Где тут рыцарская честь? Это у нас, в Германии, воюют пока по рыцарски: сойдутся два войска, помашут мечами и разойдутся. А мирных жителей не трогают. Если только угонят крестьян на свою территорию и расселят там. Хотя и у нас тоже всякое бывает. Напомнить тебе, что швиссы сделали с нашим городом?
— Так то дикие швиссы.
— А нанимал их кто? Так что о рыцарской чести лучше не вспоминай.
— И что теперь? Жить с оглядкой? Всё время ожидать удара в спину?
— Естественно. На нас ведь очень сильно осерчал не только английский король, но и венецианцы с генуэзцами. А этих я опасаюсь куда больше. Вот уж где мастера в разных тайных пакостях.
— Да, ладно, где Венеция и где мы.
— Только на это и надежда. Но охрану наших секретных производств надо всё равно усилить. И как следует. Особенно стеклянную и зеркальную мастерские. И их работников. Так что солдат туда добавь и посидите с Элдриком, подумайте, что сделать, чтобы мышь туда не проскочила. Ни туда, ни оттуда.
— А как же ваша безопасность, господин граф?
— Ну, в замке они до меня не доберутся. В лагере и на заводе тоже. В город буду ездить с усиленной охраной. А вообще, всем надо быть настороже. Друзей у нас вокруг нет.
Они тут же с Элдриком стали думать, как усилить охрану производств и, главное, мою. Ну, вот, нашёл чем занять, теперь хоть от меня отстанет. Боком, боком и удрал. Хоть в горячей ванне полежать, расслабиться. Можно было бы и в баньку сходить, но как-то я к этому делу остыл. Да и долгое это дело — пока протопят, пока приготовят всё. Нет, лучше уж ванна. Тем более, мешать никто не будет — Ами занята разборкой барахла, что я привез и ей сейчас не до меня. Ирма, наверняка, тоже там. Да она и не придёт в нашу спальню. Так что до ужина можно расслабиться. Тем более, что вместо нормального ужина Ами опять пир устроит в честь моего возвращения. Опять придётся речи произносить, от пьяных дамочек отбиваться. Я бы лучше поужинал быстренько и повалялся в нормальной, не раскачивающейся на волнах кровати.
Неделя пролетела в приятном ничегонеделаньи. По утрам, конечно, занимался с Элдриком, а потом просто бездельничал. Возился с детьми, болтал с Ами. К своему телу она меня, к сожалению, уже не подпускала. Но к моим услугам всегда была Ирма. Вот уж кто от этого дела никогда не отказывался. И занималась этим с упоением и огромным энтузиазмом в любое время дня и ночи. Хотя и о своих обязанностях не забывала. Элдрик её накрутил после того нашего разговора, так что теперь в замок вообще никто посторонний проникнуть не мог. Даже продукты и дрова разгружались у ворот и только после проверки заносились в замок. На кухне вообще устроила террор. Все повара и их помощники были заново проверены, переписаны и со всеми проведена вдумчивая беседа. Всё-таки все они бывают в городе и мало ли кто к ним подойдёт и что предложит. Рекомендовано было ни от чего не отказываться, шума не поднимать, а незаметно сообщать обо всём Ирме или её помощникам. За любое подтвержденное сообщение полагалась очень крупная премия. Так что теперь все повара и поварята просто мечтали, чтобы кто-нибудь попытался склонить их к предательству.
Через неделю объявился Гюнтер. Довольный — ужас. Он не только успел пересчитать и переписать весь привезенный товар, но и загрузив корабли заранее подготовленными изделиями, отправить их вновь в плавание. У него идея-фикс: добиться не двух торговых экспедиций в сезон, а хотя бы трёх. А лучше вообще круглый год гонять корабли на юг. Я пока сопротивляюсь. Рано ещё. Года через 3-4, когда у нас и в самом деле будут нормальные моряки, тогда может быть, а пока рано. И выкупленные у мавров моряки не помогут. Во-первых, их не так уж и много, а во-вторых, полностью им доверять я не могу. Лучше уж подождать, когда свои настоящими моряками станут. Но в этот раз может и в самом деле успеют три раза на юг сходить. Сейчас конец мая и если нигде задерживаться не будут, то к концу июля или к началу августа вернутся. А задерживаться им негде. В этот раз оружия не так и много получилось, в основном просто сталь. И оружие будет продаваться в Португалии, за серебро. А из Португалии сразу в Танжер. Аркебуз они сейчас не повезут. Их на заводе с пол сотни наклепали, но они так там и лежат — никто ведь не знал, как пойдёт этот товар. Ничего, в следующий раз захватят. Да мы и ещё сделаем. В принципе, можно уже и пушки на продажу лить. Наподобие тех, что мы уже продавали. Думаю, в Испании и Португалии они очень хорошо пойдут. У них кораблей много, особенно у португальцев и всех их вооружать надо. А то французы с англичанами один раз прикупили у меня небольшие партии пушек и всё, забыли про меня. А пушки товар очень хороший — себестоимость с нашим развитием технологий никакая, а стоить будут немеряно. Можно получить прибыль и в 300 и в 400%. Вот только надо медью и оловом запастись. У меня и то и другое есть, но не так много, как хотелось бы. Продавать буду, естественно, только бронзовые пушки, о стальных пусть пока только помечтают.
 
Ещё Гюнтер загрузил, конечно, стекло и зеркала. Это наш традиционный товар. Так сказать эксклюзив. Ни у кого нормальных зеркал, да и стекла тоже, пока нет, а у мавров уже есть. Пусть гордятся. Ну и платят, конечно, за это побольше. Ну а что? Понты стоят дорого. Пора, конечно, запускать понемногу и в Европе этот товар, но кому? Англичанам и французам сейчас не до роскоши. Нет, и им что-то можно впихнуть, но так, единичные экземпляры, а это не интересно. Испанцы мне в последний раз не понравились. Мутные какие-то. Португальцам? Можно попробовать. В Италию лучше вообще не соваться. В Балтику нас не пустят. Ну и ладно. Пока мавры берут по хорошей цене, будем возить туда, Европа подождёт.
Гюнтер на меня насел, чтобы я выполнил свое обещание: объехал, наконец, своё графство. Да, помню, обещал, но до чего же не хочется. Более-менее крупных населенных пунктов, которые я не посетил осталось штук 6. Два на севере графства — Изерлойн и Нойенраде, и четыре на востоке — Майнерцхаген, Нойштадт, Гуммерсбах и Халвер. Так себе городишки, скорее, большие деревни. Что мне там делать, я даже представить себе не мог. До Майнерцхагена хотя бы по реке добраться можно, он стоит в верховьях Волме и сейчас, пока вода в реке ещё не спала, дотуда можно добраться с какими-то удобствами, а к остальным восточным городкам — только на лошадке. Отбивать зад о седло и зачем? Что я там увижу интересного? Но придётся тащиться, обещал ведь. Можно сгонять в свои северные городки, они, вроде, не далеко от реки Ленне, долго в седле трястись не придётся, но Гюнтер ведь всё равно не отстанет и придётся мне потом и в восточные городки ехать. Нет, поеду на восток, а от северных как-нибудь отобьюсь. Пообещал Гюнтеру, что через пару недель выеду.
— Господин граф, если хотите всю дорогу провести в седле, то тогда можно и через две недели. А если выехать завтра, то можно большую часть дороги пройти на струге.
— Понял. Завтра так завтра. Готовь струг.
— Всё уже готово. Два струга стоят в Хаттингене.
— Зачем два-то?
— А охрана? А лошади?
— Ладно, два так два.
В принципе, ничего страшного, через неделю вернусь. Ну, может, через две. Только не пойму — на фига? Лицом поторговать? Оно мне надо? Ладно, чего уж теперь. Может Ирму с собой прихватить? Всё веселее будет.
Пошёл к Ирме. Встретила она меня хорошо. Ворох каких-то тканей, лежащих на кровати тут же полетел на пол, а мы оказались на этой кровати. И не плохо провели ближайший час. Но ехать со мной она отказалась, сославшись на какие-то свои очень важные дела. Вот ведь, придётся одному тащиться. Пошёл спать. По пути заскочил к Ами, пожаловался на жизнь. Думал она меня поддержит, а она наоборот, поддержала Гюнтера. Мол я должен, как всякий порядочный владетель, в первую очередь заботиться о своих землях, объезжать их, интересоваться жизнью подданных. Помогать им. Судить. Ведь все города и деревни в графстве принадлежат лично мне и везде суд сеньоральный. То есть я являюсь главным судьёй. А меня большинство в графстве даже не видели никогда. Хорош судья. И вообще, надо о своих землях думать, а не мотаться где-то за морями. А то я не думаю? Так я и мотаюсь, чтобы сделать графство богаче. На что она только головой покачала. Ну, в общем-то, она права. Не сидится мне на одном месте. И объезжать графство не хочется, потому как скучно. А вот отправиться куда-то, как Ами говорит: за моря, как раз не скучно, а очень даже интересно. Ладно, теперь уж точно спать пойду.