В глубину (СИ)

Рядом с ним я почему-то теряла свою способность правдоподобно врать. А ведь это единственное, что я хорошо умела делать с самого детства…
— Где? Ну, наверное, где-то в виртуальности. Потому что сама ты стояла как истукан перед домом Хсо добрых полчаса.
Он опять смеялся надо мной.
— Так вы меня видели?
— Я видел, — поправил Терс. — Не расскажешь, о чем вы так долго беседовали?
— Нет.
— Твои родители сейчас в этом мире, да. Но у них свои планы, и ты в эти планы входишь только тогда, когда что-то можешь для них сделать.
Насмешка исчезла из его глаз, а голос стал резким.
— Они бросили тебя, понимаешь?
— Нет, не понимаю! — возмущенно крикнула я. — Мама говорила мне совсем другое…
Я тут же осеклась и замолчала, а Терс нахмурился.
— Конечно, другое, кто же такое скажет. А вот обо мне она явно рассказала много интересного. Хотя мы с ней никогда не встречались.
Я промолчала.
— Я понимаю, — мягко сказал Терс, — что мы с твоей матерью говорим противоположные вещи, а тебе хочется верить ей. Знаешь, Хсо как-то упоминал, что ты очень похожа на нее и внешне, и характером. Но дело в том, что, когда она попала в одну очень сложную ситуацию, она сделала неправильный выбор. Это одна из причин, почему ты осталась одна. Мы хотим уберечь тебя от повторения ее ошибки, — в его голосе вдруг прозвучала горечь. — Хотя решение, конечно, принимать будешь ты сама.
Но тут вдруг он вздрогнул и пошатнулся. Арина, про которую я уже успела забыть, что-то закричала. Я проследила взглядом за ее рукой и увидела Бхара. С ним рядом стоял человек в плаще с капюшоном, скрывающим лицо. Руки этого человека были протянуты в сторону Терса. Я еще не успела ничего осознать, как оказалась между ними, раскинув руки и закрывая своего Наставника.
— Йалу, уйди! — прохрипел он и попытался оттолкнуть меня.
Но человек в плаще уже исчез, только Бхар неспешным шагом направлялся к нам.
Я продолжала стоять спиной к Терсу, поэтому не видела, что он шагнул ко мне, только почувствовала его руки на своих плечах. Он отодвинул меня и из последних сил послал в сторону Бхара практически смертельный удар. Тот даже не успел стереть улыбку с лица и рухнул на траву. Я не видела, куда он делся потом, может так и остался там, потому что подбежала к упавшему на колени Терсу.
— Кажется, меня выключили из твоей жизни, — сказал он, морщась от боли. — Мне придется уйти. Домой. Там меня отремонтируют. Потом вернусь. Найду тебя. Возможно это займет много времени. Дождись меня. Слышишь?
— Да, — прошептала я. — Можно я пойду с тобой?
— У меня не хватит сил перенести нас обоих. Прости, но ты опять осталась одна. Будь осторожна. Связи с тобой у меня не будет.
Я тоже встала рядом с ним на колени, и он оперся о мое плечо. Отмахнулся от Арины, которая что-то ему предлагала.
— Доверяй своему сердцу, но думай головой. Принимай решения сама, ты уже большая девочка, — он вымученно улыбнулся. — У меня еще осталось немного сил, чтобы сделать тебе пару подарков. Дай твою руку.
Он раскрыл ладонь, и на ней вдруг возник маленький черный вихрь, а когда он рассеялся, на его месте оказалось черное кольцо.
— Возьми его, — он надел мне его на палец. — Носи. Не снимай. Оно защитит тебя.
— С тобой все будет в порядке? — я испуганно смотрела на него — его лицо стало таким бледным, словно в нем не осталось ни кровинки.
— Да. Не переживай. Ты наверняка забудешь все то, что я тебе говорил. Но кольцо береги. До встречи!
И он растворился в воздухе.
Какое-то время я продолжала стоять на коленях, опустив голову. Что теперь? Еще минуту назад я была как ребенок, который выдергивает руку из руки взрослого и гордо считает себя самостоятельным. Вот только он знает, что взрослый рядом и поможет в случае опасности. А сейчас я действительно осталась одна. Терс уже не придет, даже если я его позову. И как же теперь хотелось его позвать! Поздно.
Я поднялась и посмотрела на Лелю, они с Ариной стояли чуть позади и явно не решались подойти ко мне.
— Можно я побуду у тебя?
 
Она удивленно кивнула, и я только теперь поняла, что задала вопрос на ее языке. Так вот он — второй подарок Терса…
ЛЁЛЯ
До самой темноты Йалу просидела на подоконнике, обняв колени и глядя куда-то вдаль. На мою попытку вызвать ее на разговор она мягко сказала:
— Леля, я бы хотела побыть одна. Пожалуйста.
Так странно, что теперь она говорила на русском не хуже меня. «Это Терс сделал», — нехотя бросила она в машине в ответ на наши вопросы. Действительно, она говорила правильно, как и он, и также как он, с каким-то чужим оттенком. Хотя говорила она совсем мало.
— О чем они разговаривали? — спросила Аринка, когда мы ушли в комнату и оставили Йалу одну.
— Не знаю. Как ее можно об этом спрашивать? Мне кажется, она в полной растерянности.
Аринка задумчиво взглянула на меня:
— Ты видела, как она смотрела на Терса?
Я кивнула.
— Что между ними двумя? — снова спросила Аринка. — Неужели он ее имел в виду?
— Ты о чем?
— Она — его девушка?
— Что ты, она же совсем ребенок!
— Совсем, да не совсем. Он надел ей кольцо на палец. Что бы это значило?
— Мы даже не знаем, кто они такие. Мало ли что может у них значить кольцо.
— Да, ты права, наверное. Они вовсе не похожи на влюбленных. Ладно, это все неважно. Скажи лучше, что ты собираешься делать?
— Сначала надо поговорить с Йалу. Ты не обидишься, если я попрошу тебя уйти?
— О да, безумно обижусь! — насмешливо протянула Аринка. — Успокойся, не обижусь. Я знаю, что она меня терпеть не может. Сегодня она это явно продемонстрировала. Давай, удачи!
Я закрыла за ней дверь и снова вернулась в комнату. Когда Йалу захочет поговорить, она придет сама. А пока мне тоже не мешает подумать.
Слова Аринки все же запали в память. Тем более, что я до сих пор не могла забыть взгляд Терса, когда я ляпнула про чувства. Мы не заговаривали с ним больше на эту тему. Но нет, он не похож на человека, влюбленного в Йалу. Он — учитель, она — ученица. Вот она явно влюблена в него, хотя даже себе в этом не сознается. Но в четырнадцать лет влюбляются во всех окружающих.
Ей тяжело будет без него. Мы с Аринкой всполошились, когда Терс исчез. «Этот, в капюшоне, что — убил его?» — испуганным шепотом спросила Аринка, но я и сама не знала ответа на ее вопрос. А Йалу стояла с таким обреченным видом, что я не решилась спрашивать ее. Уже в машине она сама, без наших вопросов, сказала, глядя в окно: «Терс жив. Он вернулся домой».
Я и не думала, какое облегчение принесут эти слова. И на лице Аринки отразилось то же чувство. Она даже машину повела ровнее и спокойнее.
Сейчас вдруг вспомнилось, как еще в начале этого дня Терс сидел с нами в этой комнате и убеждал нас помочь ему. «Ведь ты сама говорила, что побежала бы за Йалу, если бы знала, где она. Говорила?» Я изумленно кивнула. «Так я могу сказать тебе, где она», — улыбнулся Терс.
— Леля! — вдруг послышалось с кухни.
— Я здесь, — отозвалась я, выходя в коридор.
— Поговори со мной о нем. Ты ведь все равно про него думаешь.
— Ты умеешь читать мысли? — я зашла на кухню.
Йалу покачала головой.
— Нет, не умею. Мысли слишком индивидуальны, чтобы можно было читать их как книгу. Я просто чувствую, что мы думаем об одном.
Я присела рядом с ней на подоконник.
— Что ты хочешь услышать?
— Расскажи, как вы познакомились.
Я подумала и начала рассказ с Игоря. Йалу внимательно слушала и перебила только один раз.
— Он так быстро ушел, потому что побежал к фонтану искать мои намерения. Наверняка это он прислал Бхара.
— Кого?
— Бхара. Ну, того, что был со мной в домике. Он жил когда-то в нашем селении. Его выгнали.
— За что?
— Я не знаю. Мне никто не рассказывал, да я и сама не спрашивала.
— Так странно, что мы можем теперь понимать друг друга, — улыбнулась я.