Мама для Ромашки (СИ)

На верхней ступеньке замираю в нерешительности. Оглядываюсь на плотно закрытую дверь в спальню Руслана и мнусь на месте, не в силах сделать шаг хоть куда-то. Уже бы определиться: вниз или… к нему. Пока что второй вариант явно лидирует.
Нет, Алиса, нет. К себе в комнату! Не вздумай! Неужели уже простила? — вопит внутренний голос, но, к сожалению, он оказывается абсолютно бессилен перед зовом сердца.
Быстро, пока не передумала, топаю до спальни Беркутова и ныряю в темноту комнаты.
Осторожно прикрываю за собой дверь и стою доли секунд, пытаясь привыкнуть к темноте. В комнате тишина, лишь бешено колотится сердце в груди, отчего мне кажется, что этот стук слышно на всю спальню.
Делаю пару робких шагов в сторону кровати Руслана и снова замираю. Крадусь, как воришка, боясь, что меня застукают с поличным. Но ничего поделать с собой не могу. Не пошла добровольно, теперь трясусь от страха, войдя без приглашения.
Привыкнув к темноте, четко рассмотрела лежащего в постели на боку мужчину. Замираю, все еще пару секунд мучаясь, принимая решение, и в итоге отмираю. Осторожно, на носочках, подхожу к постели и, стараясь его не разбудить, пролезаю под покрывало, похолодевшими ладонями обхватив за талию и придвигаясь ближе. Утыкаюсь носом в шею, вдыхая уже такой любимый запах Руслана.
Рус не шелохнулся и лишь спустя время, когда я уже стала засыпать, обхватил мои плечи. С улыбкой на губах я провалилась в безмятежный, сладкий сон.
А просыпаюсь от осторожного блуждания мужских рук по моему телу. Мурашки табуном ползут вслед за его осторожными пальцами. Перехватываю его руку, которая двигается в направлении груди, вовремя останавливая.
— Доброе утро, — шепчет мне на ушко.
— Доброе, — поворачиваюсь к нему лицом, ловя темный, почти черный взгляд.
— Безумно приятно просыпаться с тобой рядом, — осторожным движением пальцев убирает прядь волос, упавшую на лицо.
На это ничего не могу сказать, просто пропадает дар речи. В душе бурлят эмоции, тело просит порцию ласк, а разум вопит: не смей сдаваться под его очарованием.
— Ромашку отвезем в сад вместе? — не дождавшись от меня ответа, интересуется он, еще ближе притягивая к себе.
— Да, конечно, — хриплым голосом выдавливаю из себя.
Тут накалившуюся до предела атмосферу разрывает влетевшая в спальню кудряшка.
— Мамоська, папоська! — с визгом запрыгивает в постель ребенок, пробираясь между нами, тем самым предоставляя пространство нашим телам.
— Доброе утро, малышка, — целую в розовую щечку.
— А я сёня в садик не поду, — словно чувствуя наши намерения, выдает чудо.
— Почему это? — брови Руслана взлетают вверх. — У нас с мамой работу никто не отменял, так что, принцесса, на работу идут все, — щелкает ее по носику, а дочка недовольно пыхтит.
— Но мы потом так же с папочкой тебя заберем и проведем вместе вечер дома, — снова этот темный взгляд и мягкая улыбка.
Такими темпами, Лиса, у тебя тормоза сорвет раньше времени. Это слишком классно — видеть его таким. Таким домашним. Таким ручным. И моим.
Получив согласие Ромашки, мы завтракаем практически в своем маленьком семейном кругу. Девчушка лопочет без умолку, что не может не радовать. Рус же молча за всем наблюдает.
В сад под уговоры Роберты идем вместе с Русланом. Увидев такое сопровождение, воспитательница немного удивилась.
— Это моя мамоська, — тут же заявляет Ромашка, заставляя меня смущенно улыбнуться — я не знаю, как себя вести.
— Да, теперь кроме няни еще и Алиса, моя невеста, — заговаривает Руслан, объясняя сложившуюся ситуацию воспитателю, — сможет забирать Роберту.
— Замечательно, — улыбается приветливо женщина средних лет, а Ромашка тем временем, раздав нам с отцом поцелуйчики в щеку, довольная, убегает в группу.
К машине идем, держась за руки. Получается это как-то само собой, и от этого я готова улыбаться, как дурочка. Слишком мило, слишком невинно и да, Лиса, многого тебе и не надо.
— А тебе на работу не нужно? — интересуюсь, когда Рус придерживает дверь автомобиля, пока я забираюсь в салон.
 
— Нет, как же я оставлю тебя одну? — загадочно улыбается, помогая мне пристегнуться, как и утром.
— Тогда какие планы? — снова нарушаю тишину, когда выезжаем на трассу.
— Есть одна идея, завиральная, — улыбается он мне, снова возвращая взгляд на дорогу.
— Мне стоит начинать бояться? — похоже, его прекрасное настроение и меня заставляет улыбаться.
— Нет, не думаю, — снова загадка в голосе.
Дальше дорога в полном молчании. И минут через пятнадцать мы въезжаем на территорию автосалона.
— Зачем мы сюда приехали? — недоверчиво смотрю на мужчину. В этот хитрый прищур с соблазнительной улыбкой на губах.
— Только выслушай меня спокойно, ладно? — ждет моего ответа, и я молча киваю. — Я хочу подарить тебе транспорт, чтобы ты была независима от меня и моих дел. Это можно считать подарком на окончание института, как смотришь?
— Пока не знаю, — пожимаю плечами, чувствуя себя на самом деле немного неловко. Это слишком дорого и настолько неожиданно, что недоверчиво оглядываюсь на вывеску салона и потом опять на Руса.
— Тебе выбирать, Лис, — тянется ко мне, касаясь пальцами скулы, останавливаясь у уголка губ. — Это будет двухколесный конь или четырех.
— То есть все-таки без вариантов? — пытаюсь пошутить, намекая, что от подарка отказаться не получится, и Рус ухмыляется, но ничего не говорит.
Мы замираем, вот так смотря друг другу в глаза. И я не могу сдержать этот порыв нежности, что одномоментно накрывает с головой, и сама тянусь к нему, обвивая руками за шею. Облизываю пересохшие губы и целую замершего в ожидании дальнейших моих действий любимого мужчину в самый уголок довольной ухмылки. Его руки тут же притягивают меня ближе, и я чувствую его тяжелое дыхание на своих губах.
— Лиса, — накрывает мои губы в жадном и нетерпеливом поцелуе. От его напора захватывает дух, а желание тугой пружиной скручивается в низу живота. — Но ты так и не ответила, — а я готова стонать в голос от недовольства, когда он решает прервать поцелуй.
— Тогда это должна быть машина, у нас же есть ребенок, — шепчу еле слышно, так как в горле полная засуха.
— Тогда пойдем выбирать? — на лице все та же довольная улыбка.
— Пойдем, — соглашаюсь, все-таки смирившись с неизбежностью и с практичностью приготовленного мне подарка.
И стоит только нам попасть в просторный, светлый зал, как время начинает лететь с неимоверной скоростью. В автосалоне множество различных моделей, от маленьких до больших, как у Руса, машин. И я совершенно теряюсь в выборе, чувствуя себя не в своей тарелке. Мой опыт покупки транспорта заключался в выборе подержанного нейкеда, и сейчас, с этими десятками моделей, глаза поистине разбегаются. И на вопросы консультанта “что бы вы хотели” я не знаю, что отвечать. Хлопаю глазами и поглядываю на спутника, который в итоге берет все в свои руки.
Промучившись более двух часов и прослушав характеристики каждого из авто, мы свой выбор останавливаем на Мини Купере насыщенного желтого цвета.
— Ромашке понравится, — улыбаюсь я, разглядывая машину, уже делая десятый круг вокруг.
— Главное, чтобы тебе нравилось, — оформляя документы, отвечает Рус, поднимая всего на мгновение взгляд от бумаг.
— Автомобиль будет доставлен по указанному адресу сегодня вечером, — отчитывается консультант, который, должно быть, невероятно собой доволен.
— Спасибо, — благодарим и выходим на свежий воздух, а то последние минуты у меня уже начинала кружиться голова от нехватки кислорода.
 
— Я сто лет не ездила за рулем авто, — машу головой, пока идем к Доджу Руса. — Нет, дядя, конечно, научил и заставил права получить, но… — меня одолели сомнения, а смогу ли я вообще сесть за эту четырехколесную прелесть?
— Я могу попрактиковать, — подхватывает меня за талию Беркутов и разворачивает к себе лицом, ухмыляясь и поглядывая на мои чуть приоткрытые в возмущении губы.