Траурный эндшпиль (СИ)

— Зомби точно не будут стрелять по нам из пушек, — вздохнул я. — Ладно, тогда даём задний.
— Меня увидели! — донеслось из рации. — Возбудились и начали собирать бойцов!
— Лейтенант, дай команду на разворот колонны, — вздохнул я.
Медлить было нельзя, поэтому колонна оперативно развернулась и мы убыли к ранее преодолённой развилке.
Дроновод следил за активностью потенциального противника, благодаря чему зафиксировал запуск гражданского дрона, направившегося вдоль шоссе в нашем направлении. Скоро он нас догонит и они узнают нашу численность. Надо сильно спешить.
— Что делают эти придурки? — спросил я через десять минут пути.
— Отправили пять БМП и два бронеавтомобиля в погоню, — ответил дроновод. — Танков не наблюдаю.
— Можем устроить засаду, — предложил Пасечников. — Если Дракоша сумеет избавить нас от дрона — будут высокие шансы на успешную нейтрализацию преследователей.
— Не будем связываться, — покачал я головой. — Нам надо добраться до Женевы, а не истребить всех, кто тут живёт.
Честно говоря, просто не хотелось связываться и тратить на это время. У меня всё ещё есть надежда закончить экспедицию без лучевой болезни.
— Если будут догонять, устроим им горячую встречу в Ориоле, — решил я.
— Там мы сами будем на птичьих правах, — сказал на это Пасечников. — Тут у нас хоть ориентиры есть, и бойцы ознакомлены с местностью…
Я остался непреклонен, но приказал дроноводу наблюдать за вражеской колонной.
Очень быстро мы достигли города Ориоль, где стало ясно, что у нас проблемы.
Большая орда зомби двигалась через город, напрочь заблокировав трассу. И была отчётливо видна коллективная заинтересованность всех мертвецов издалека слышимым рёвом двигателей.
— Сворачиваем в коттеджи, — приказал я через рацию. — Шифроваться бессмысленно — вся округа знает о нашем появлении, поэтому разрешаю открывать огонь по необходимости!
«Одноэтажная Франция» изобиловала петляющими улицами, густой растительностью и автомобильными завалами, которые мы вынуждены были обходить.
Времени на организацию засады уже не было, потому что почти любая остановка приведёт к поглощению ордой. И даже если зомби не сумеют выковырять нас из бронетехники, прохождение орды займёт неопределённое время.
— Всё, они развернулись и поехали обратно! — доложил дроновод.
Полагаю, увидели через свой дрон приближение орды и резко дали задний. И это предельно понятно.
— Сворачиваем к Ле Брау, — приказал я головной машине.
Колонна въехала в истерзанный бедствиями район, где раньше жили обеспеченные люди: каждый коттедж тут огорожен кирпичной стеной, чтобы всякие холопы со смердами не лезли своими грязными лапами на священную частную собственность…
— Полкилометра, группа шустряков, не менее пятнадцати штук, на десять часов от головного! — предупредил дроновод. — Быстро прут в нашу сторону!
— Оружие на левый борт! — скомандовал я. — Стреляют только БТР!
Встреча с ретивыми шустряками состоялась менее, чем через полторы минуты.
Твари перепрыгнули через каменный забор и сразу же понеслись к источнику гула и дыма.
Самым необычным среди них был шустряк в остатках стальных лат. Наплечник сохранился только один, шлем куда-то пропал, правый сапог отсутствовал, а остальное, включая бронированные перчатки, всё ещё было на теле.
Застрекотали крупнокалиберные пулемёты с БТР, от которых не поможет никакая средневековая броня.
Одоспешенный шустряк словил короткую серию тяжёлых пуль в грудь и рухнул на траву, поэтому я перестал следить за его дальнейшей судьбой в триплекс командира. С остальными шустряками была примерно схожая картина — крупнокалиберные пули вырвали из их туловищ клочки плоти или оторвали им какие-то конечности, после чего они перестали быть важны, а мы поехали дальше.
— Орда резко меняет курс, — более спокойно сообщил дроновод. — Батарейки ещё на двадцать минут.
— Проскочим, — уверенно заявил я.
Петляя между частными владениями некогда преуспевавших господ, мы вырвались из Ориоля на заросшую сорняками пашню, но затем въехали в редкий лес.
 
— Орда ещё не закончилась, но движется дальше, — сообщил дроновод. — Предполагаю, что скоро они дадут петлю и направятся за нами.
— Хрен бы с ними, назад мы этим маршрутом не поедем, — ответил я.
Через десять с лишним километров, когда мы выехали из леса, дрон летел на последних трёх процентах, поэтому мы сделали остановку и поймали его, после чего поставили на док-станцию, запитанную от БМП.
Дальше ехали почти вслепую, что было рискованно, но необходимо — останавливаться в такой близости к орде было бы безумием…
— Сколько он будет заряжаться? — спросил я.
— Через десять-двадцать минут будет заряжен дрон Аркаши, — ответил дроновод, которого зовут Игорем. — Он запустит его и будет вашими глазами — седьмой канал на рации.
Пересекли узкую лесную полосу и выехали на очередное заросшее поле, где среди сорняков, вопреки Мичурину и селекционерам, произрастали крупные очаги пшеницы.
Орда шла дальше, но несколько раз попались рамы и шустряки, в небольших количествах, а также один токсик. Впрочем, как встретились, так и подохли — в токсика я стрелял лично, применив 25-миллиметровую пушку БМП VBCI. Тут тебе и двухплоскостная стабилизация, и оптика отличная — токсик буквально взорвался кислотным султанчиком, забрызгав и убив окружающих его зомби.
Но всё хорошее заканчивается, поэтому мы вновь въехали в плотную жилую застройку, где вновь пришлось объезжать заторы и завалы. Тут прошли сильные пожары, выжегшие дома и машины, но это только усугубило проходимость дорог.
Несколько раз пришлось высаживать десант и заниматься расчисткой, потому что не было объездов, но концентрация зомби тут была минимальной, поэтому обошлось без драм и прецедентов.
— Всё, началась трасса, — сказал я, оторвав взгляд от триплекса командира. — Дальше поедем с ветерком!
/8 августа 2022 года, Французская Республика, пригороды Валанса/
— Тут полная жопа, — констатировал я, разглядывая пейзажи в триплекс.
Город превратился в пепелище, ветер поднимал пыль и пепел, раскидывая их по окрестностям, всё дальше и дальше во все стороны. Термоядерная боеголовка сначала сложила большую часть высоток в нашу сторону, а затем подпалила всё, что может гореть. Дозиметры показывали высокий фон, в котором лучше вообще не находиться.
— Не останавливаться — едем на повышенных! — приказал я.
Дрон работал с помехами, но он уже по факту стал одноразовым — он точно очень хорошо облучился и теперь его только выкидывать. Но жизни бойцов дороже, чем кусок пластика и цветмета.
— Контакт! — дал о себе знать дроновод. — Здоровенные животные прут в нашем направлении, три часа! Количество — не менее двадцати! Дистанция — восемьсот метров!
— Орудия направо! — приказал я. — Стрелять из всех стволов!
Они двигались очень быстро, поэтому стрельба началась практически сразу.
На этот раз, в дело включился и «Леклерк», на ходу выстреливший осколочно-фугасным снарядом.
Я повернул башню на три часа и тоже присоединился к обстрелу. Пушку выставил в режим быстрого огня, то есть на четыреста выстрелов в минуту. Лента — БЗ-БЗТ-БЗ-ОФТ.
Первой же очередью срезаю тварь, забравшуюся на ржавеющую крышу некоего обгоревшего здания. Три снаряда просто пробили её, а четвёртый взорвал голову.
Крупнокалиберные пулемёты БТРов полностью заняли самых быстрых тварей, а «Леклерк» бил по тем, что отстают — прямых попаданий от него никто не ждал, поэтому наводчик старался достать новых врагов накрытием и осколками.
Количество свирепых животных, лишь отдалённо напоминающих медведей, неуклонно сокращалось, но это не помешало самым крепким и быстрым добраться до БТР.
Один из мутантов в прыжке выдернул из люка отчаянно стрелявшего в него из М2 Браунинга бойца.
Я перевёл прицел на эту тушу, упавшую за броневиком и дал короткую очередь ему в горбину, но это не вызвало никакой реакции, так как эта тварь уже была мертва.