Элли (СИ)

— Да бросьте, Знающий и без неё все сразу узнал. Но Харут, откуда ты-то знаешь?
— Как это откуда? Знающий провел собрание, где всем рассказал, что было, и сказал, так будет с каждым, кто осмелиться применить магию на горожанах!
— Вот же выродок! — ругнулась Элли, — я знала, что это не будут хранить в тайне, но чтобы вот так, наказать в назидание… Какой стыд.
Волшебница устало прошла к столику и оперевшись на локти, спрятала лицо в ладонях.
Харут и Хина переглянулись, и принялись утешать девушку.
— Не переживай, никто и не думает, что ты по-настоящему виновата. Волшебники недовольны, и считают, что их пытаются ущемить в правах. На собраниях жуть, что творилось. Многие высказались в твою защиту, — мягко говорил Харут.
— Это приятно, но мне что-то подсказывает, что они больше боятся, что им тоже достанется за их выкрутасы, — вяло отозвалась Элли, — Но, меня выпустили не просто так, я должна помочь па… Знающему, — волшебница едва не ляпнула, что падишаху. Элли честно держала в секрете свое происхождение.
— Он садит тебя в темницу, а ты ему помогай? — маг был возмущен до глубины души, — Хелем совсем зазнался! Мы ему не прислуга, по поручениям бегать!
— Дело серьезное, Римия пропала.
— Вот как? — Харут стушевался, и сразу спросил, — тебе нужна помощь? Что-нибудь уже удалось узнать?
Элли покачала головой:
— Нет, пока ничего не нужно. Я постараюсь разобраться сама.
— Как хочешь, но если что, рассчитывай на меня.
— Буду, — улыбнулась девушка.
Она осмотрела своих гостей и с удивлением отметила:
— Хина, меня конечно не было всего месяц, но кажется волосы так и не отросли?
Танцовщица потрогала край волос и кивнула:
— Ни на капельку не отросли. Харут считает, это потому, что мы отдали их Тени.
— Может быть, — устало согласилась Элли.
Харут активно хозяйствуя на кухне заварил травяной чай и рассказал о том что было, пока Элли скучала в камере. Волшебник, после новостей о заточении, был настроен решительно. Он завалил письмами и прошениями Знающего. Однако аудиенция у первого из магов, и попытки доказать, что наказание несоразмерно проступку провалились. Многие волшебники поддерживали его, но не собирались открыто выступать против.
Харут также, тая свою симпатию к танцовщице, заявил, что труды Элли пойдут прахом, если Хина останется жить в этой лачуге, продолжая труд танцовщицы. Он надеялся взять ее под свое крыло, но вышло все иначе.
— И чем же ты теперь занимаешься? — с улыбкой спросила хозяйка дома.
— Господин Харут сказал у меня есть небольшой магический дар…
— Энергия есть, но немного, — уточнил волшебник.
— Да, — кивнула девушка, — и ещё, у меня неплохая подготовка и выносливость. Годы танцев не прошли даром.
Элли смотрела на гостей, не понимая, куда они клонят. Затем, догадавшись, она воскликнула:
— Быть не может! Хина, ты что, решилась пойти в Храм Гнева?
Бывшая танцовщица воодушевленно кивнула. Харут тоскливо заметил:
— Я пытался ее отговорить, предлагал помочь мне с исследованиями, можно было даже взять пару уроков управления энергией…
— Это не то, чего бы мне хотелось, — мягко, но решительно заявила Хина. Она подсела к Элли и пока в ее глазах-лунах блестел восторженный свет, она возбужденно говорила. — Поймите, у меня теперь будет свое жилище…
— Я мог купить тебе дом, — тихо пробурчал под нос Харут.
— Я не хотела быть беспомощной и бесполезной. Я должна сама добиться чего-то. Вы итак спасли меня от ужасной смерти. И благодаря Храму, я могу неплохо заработать.
— И ты будешь убивать людей? — недовольно осведомилась Элли.
— Это совсем не обязательно. Как вы знаете, прошения в Храм Гнева подают самые разные: от охраны, до сопровождения в дальние экспедиции, и за это тоже неплохо платят.
Волшебница все еще в сомнении покачала головой, удивляясь такой прыти.
— И выходит ты подходишь?
— Да, моей энергии достаточно, как и выносливости. Меня обучат и я смогу выполнять заказы по своему желанию, — девушка светилась от энтузиазма.
— А деньги на вступительный взнос? — Элли никак не могла представить, что спасенная ей девушка окажется такой боевой.
 
— О, — чуть смутилась Хина, — господин Харут помог мне, со временем я верну долг.
— Нет необходимости, — ответил маг, с легкой тоской глядя на девушку.
— Это так ты ее отговаривал? Что аж деньги на взнос дал?
— Она уже все решила. Я не хочу на неё давить.
Элли удивленно смотрела на своих гостей, но махнула рукой, будь что будет. Сейчас есть проблемы посерьезнее.
Оставшийся вечер, компания провела в легких разговорах, а раздобытый Харутом кувшинчик вина окончательно расслабил Элли. Уже поздно ночью, когда гости собирались домой, Хина внезапно выдала:
— Эллихара, я отплачу за то, что ты для меня сделала. Благодаря тебе, я смогла изменить свою жизнь. Знай, ты всегда можешь на меня рассчитывать, — с этими словами она порывисто обняла волшебницу и поспешила домой.
****
Утреннее солнце, алым пятном поднимаясь по небу, застало молодую волшебницу на узкой улочке. Глинобитные дома стояли близко друг к другу. Из окна одного дома можно было легко дотянуться до стены другого. Девушка шла, уткнувшись взглядом в небольшой свиток, и бормотала:
— Так, так… Тут у нас жил пекарь, Эбет, — с этими словами она постучала в дверь. Ей открыли не сразу, после очередного стука, на пороге появилась пожилая женщина.
Седые волосы были туго скручены в пучок. Выражение лица было таким пустым, как будто она не живой человек. Припухшие веки скрывали взгляд, а под глазами чернели огромные круги.
Элли поняла, что скорее всего это мать несчастного Эбета, которая сразу глухо выдала:
— Уходите, я не жду гостей.
— Пожалуйста, уважаемая, позвольте задать пару вопросов, — волшебница придерживала дверь рукой, не давая женщине захлопнуть дверь, — прошу вас! Если вы мне поможете, я найду убийцу! — выкрикнула девушка.
— Да кто ты вообще такая? — горько осведомилась пожилая дама, — почему ты говоришь о моем сыне? — ее рука, удерживающая дверь резко опустилась, словно на упоминании о сыне у нее кончились силы сопротивляться. Элли, не ожидая такого резкого перепада, не рассчитала силы, и дверь, резко хлопнулась о стену. Одна из деревяшек на двери треснула. Хозяйка дома осуждающе посмотрела на незваную гостью. Однако та бросив на ходу «я заплачу за дверь», быстро прошла в дом.
Мать пропавшего пекаря недовольно спросила:
— Кто вы все-таки такая и почему вламываетесь ко мне в дом? Что вы говорили о сыне?
— Я Эллихара, по просьбе Знающего я ищу… — Элли замолчала пытаясь подобрать слова. Как сказать этой женщине, что ее сын не просто пропал, а уже скорее всего мертв?
— Моего сына? Что вы знаете? Где он? Вы его ищете? Я слышала, пропал не только он… — с надеждой в голосе тараторила женщина. Элли смотрела на нее, чувствуя горе этой женщины, которые сейчас тесно переплетались с надеждой. Наконец волшебница глубоко вдохнула и сказала:
— Я пока не знаю где он, и все ли с ним в порядке. Ответьте на мои вопросы и я начну искать пропавших.
— Х-хорошо, — сразу согласилась женщина.
— Когда ваш сын пропал?
— Несколько дней назад в праздник Синей звезды.
— Вы говорили, что знаете, что еще кто-то в округе пропал, это тоже было в праздник?
— Нет, несколько дней подряд у многих моих соседей пропадал кто-то. Вот, видите тот дом? Он сейчас пустой, там жили муж с женой. Она шила одежду, а он продавал. Однажды утром Юшина громко спорила с кем-то. Я выскочила, спросить в чем дело, она сказала, что ее муж так и не вернулся с рынка, — горько говорила женщина, — страж, убеждал ее, что он вернется, а мы собрались с соседями и пошли искать. Но ни на рынке, ни по пути его не было.
На следующий день пропала и Юшина. Я хотела зайти к ней, спросить, как она держится, но мне никто не открыл. Я побежала к стражам, объяснила, что пропали люди. Они принесли свой золотой порошок, ушли по его следам и с тех пор тишина.