Эффект Ноцебо (СИ)

Я же просто глаз не могу отвести от молодой девушки. Возрастом чуть старше Тиф, ростом не выше нашей новоиспеченной сестры. Стройная, с прямой спиной и длинными, чуть ниже пояса, волнистыми волосами цвета меди. Россыпь веснушек на прямом, но слегка крупноватом носу, в меру полные губы, растянутые в смущенной улыбке. И каре-зеленые глаза, то и дело останавливающиеся на мне с нескрываемым интересом.
Толком не слышал, о чем они говорили. Не зацикливал внимание ни на чём другом, кроме как на густых девичьих ресницах, которые хлопали каждый раз, когда Элизабет прикрывала глаза. Завораживает это зрелище. Все в ней завораживает.
Но когда где-то вдалеке хлопнула одна из многочисленных дверей, знаменуя приезд Киллиана, я не ожидал, что за этим последует. Автоматом вскинул взгляд на брата, который, едва переступив порог гостиной, начал исследовать помещение, и снова перевел его на яркую гостью. Но Элизабет больше не смотрела на меня. Теперь все ее внимание осело на Киле, так же дотошно рассматривающем ее. Когда же я увидел, что плескалось в таких же, как и мои, глазах, то испытал впервые столь тяжелое чувство, как ревность.
Топлю брата в собственном превосходстве. Одичало занимаю себе место на этой территории, потому что я не собираюсь уступать. А по нему вижу, что тот не на шутку застрял с первого контакта, как и я. Что за колдовская сила в этой девушке, раз она привлекла к себе сразу же двух представителей семьи Хоггард. К тому же, самых разборчивых из них. Ни я, ни Киллиан не водимся с кем-то однодневным. Наблюдаю, как он медленно проводит взглядом по нашей гостье, останавливаясь практически на каждой детали ее внешности, при этом столько скрытых эмоций в нем, что аж внутри что-то вспарывает. Я знаю брата всю жизнь — и то, что вижу сейчас, мне не нравится.
Ощущаю какую-то возню рядом и оборачиваюсь. Вижу Ника, который оторвался от телефона и с беспокойством осматривает Тиффани. Взгляд голубых глаз бегает от Киллиана к ней, а брови, с каждым движением зрачков, хмурятся все больше. Все происходит за какие-то доли секунды, пока мама о чем-то восторженно тарахтит на заднем плане, а кажется, словно вечность проходит за то время, что в нашей гостиной разворачивается семейная драма.
Тиффани прожигает взглядом моего старшего брата, а следом за ним и Элизабет Дэвис, но ничего не говорит. Только сжимает руки в кулаки и до последнего пытается держать самообладание. Она все понимает. Видит, чувствует и болеет этими эмоциями. Я же тоже не слепой — знаю, что происходило между этими двумя. Как и Ник. Но сейчас Киллиан снова не считается с чужими чувствами, делая только то, что хочется в первую очередь ему. Поддается порыву, не думая о том, как ранит другую женщину в этой комнате.
— Все уже накрыто, — щебечет мама, приглашая всех жестом к столу. — Ох, Катрин, там твои любимые устрицы. Я готовилась.
— Заметно, дорогая, по твоей неуёмной энергии, — женщины смеются, не обращая ни на кого внимания, и движутся вперёд. Элизабет отрывает взгляд от Киллиана и, виновато улыбнувшись, следует за ними, зацепившись за меня своими шикарными глазами. Все тот же интерес снова сквозит в зрачках, заставляя меня тепло улыбнуться и кивнуть в ответ. Когда узкая спина, облаченная в обтягивающую атласную ткань, скрылась за дверью, старший из братьев вынырнул из своего забвения и огляделся, целенаправленно останавливаясь на Тиффани. Но она больше не смотрит. Все в ней напряжено до предела. Надо отдать должное — Тиф потрясающе красивая девушка. Сегодня она превзошла себя. Платье, выгодно подчёркивающее фигуру, пышные волосы, уложенные не в привычные кудри, а в аккуратные крупные волны. Макияж, подчёркивающий самые необычные глаза, которые я когда-либо видел. Но больше в ней нет расслабленности. В ней больше ничего нет, кроме жутких, студящих все нервные окончания, тоски и одиночества.
— Ричард, — Барлоу подходит к отцу и достаточно тихо выдает хриплым голосом, что слышно только мне: — мне нездоровится. Я, пожалуй, пойду к себе. Извинитесь, пожалуйста, перед Беатрис и четой Дэвис от меня.
 
— Конечно, милая, не волнуйся, — папа беспокойно хмурит брови, дотрагиваясь ладонью до бледного женского лица. — С тобой все в порядке? Может, вызовем врача?
— Нет-нет, это просто переутомление и отголоски стресса. Так бывает, не переживайте.
Он только кивает, по-прежнему продолжая рассматривать девушку с подозрением, но затем сам уходит в столовую. Я, словно в замедленной съёмке наблюдаю, как Киллиан следует за ним, встречаясь взглядами с Тиф, но не предпринимает никаких попыток поговорить. Он просто уходит. Он открыто выбирает свой пресловутый интерес, нежели ту, которую он знает столько лет и которая ждала его все это время.
Когда спины братьев скрылись из вида, а в гостиной остались только мы с Тиффани, девушка еле держалась, чтобы не разрыдаться.
— Тиф…
— Не нужно, Чарли, — торопливые шаги, и только взмах светлых волос, когда она пулей вылетает из помещения, оставляя меня с неимоверно поганым осадком внутри.
Не знаю, сколько времени проходит, прежде чем я двигаюсь с места. Медленно вхожу в столовую, наблюдая за столом, где оживленно о чем-то болтают женщины, отец в очередной раз разносит Ника за новую порцию инфантильного поведения, Элизабет молча разглядывает стол, заваленный блюдами, а Киллиан же напряжённо смотрит на меня, но словно сквозь, ожидая совершенно другого человека. И почему-то именно сейчас мне расхотелось быть здесь. Знаю, что нужен я в другом месте.
— Мама, — подхожу ближе и целую ее шелковистую кожу на щеке, — я пойду проведаю Тиф. Немного позже присоединюсь к вам.
— Что с Тиффани?
Голос брата рассек пространство агрессивной волной. Встречаюсь с ним взглядом, давая понять, что сейчас ему лучше не лезть. Но Киллиан есть Киллиан. Любые предостережения для него пустой звук.
— Ей нездоровится, девочка слишком много на себя взвалила, — объясняет мама скорее гостям, чем старшему сыну. Скулы на его лице заиграли желваками, а вена, всегда выдающая его напряжение, запульсировала на лбу. Только он предпринял попытку подняться, как Беатрис Хаггард резко его остановила: — Киллиан, я прошу тебя, сядь. Ты только пришел.
— Проверю Тиффани и вернусь.
— Туда уже идёт Чарли, поэтому, будь добр, — внимательные глаза остановились на Элизабет, мечущейся между мной и братом, как мячик для пинг-понга, — останься с нами хотя бы некоторое время. Тебя не бывает дома.
На удивление, Кил оставляет свои попытки покинуть застолье, но с лица не сходит маска раздражения и напряжения. Я же, вежливо кивнув всем собравшимся, обещаю вернуться и поспешно удаляюсь, снова пересекаясь взглядами с мисс Дэвис.
Когда оказываюсь у нужной двери, то почему-то долго собираюсь с мыслями, чтобы постучать. Не знаю, какой я застану Тиф, и что смогу сделать для нее. Но, все же, уверенно ударяю кулаком о темное полотно.
Тишина.
Снова повторяю стук.
Опять тихо.
Аккуратно толкаю дверь, которая, к моей неожиданности, поддается. Захожу в темную комнату, где единственный источник света в ней — дисплей девичьего телефона, освещающий заплаканное лицо.
Медленно прохожу внутрь, понимая, что Барлоу слышала, как я вошёл. Подхожу к кровати, на которой то ли полулежит, то ли полусидит девушка, и опустился рядом. Громкий смех Тиф по ту сторону экрана заставил меня потянутся вперёд, чтобы увидеть движущуюся в телефоне картинку: Барлоу обнимает темноволосый высокий парень, что-то проговаривая оператору, а Тиффани без конца смеётся громким, безумно заразительным хохотом. Таким я помню ее смех. И такой ее мне очень не хватает.
— Кто это?
Задаю вопрос, не надеясь услышать ответ. Но и тут девушка меня удивляет.
— Мой парень, — и столько горечи в этих двух словах, что терпкая слюна застряла у меня в горле, не в силах пройти дальше.
— Почему вы не вместе?
Молчание, которое красноречивее всех возможных слов. Только тяжелое женское дыхание выдает весь спектр чувств, которые испытывает Тиффани. Встречаюсь с блестящими глазами, а затем просто крепко сжимаю хрупкую девичью ладонь, лежащую рядом со мной. Все, что мне сейчас хочется — просто поддержать и защитить.