Мечты о пламени (ЛП)

Мой вдох застревает в горле от белой ярости на лице Джована. Это один из немногих случаев, когда я вижу, как он использует большой меч, всегда пристегнутый к его боку. Никто в зале заседаний не шумит. Или, может быть, они шумят, а я слишком сосредоточена на остром металле, пронзающем мою шею, чтобы услышать.
— Дай мне уйти в безопасное место или я убью Татум, — шипит Блейн, слишком отчаявшись, чтобы бояться Короля.
А ему следовало бы. Его смерть смотрит прямо на него ясными голубыми глазами.
Джован слегка поворачивает голову в мою сторону, а затем медленно возвращается к Блейну.
— Старый друг, — говорит он. Я вздрагиваю от мягкости и решительности его голоса. — Ты умрёшь здесь и сегодня. Как ты умрешь, зависит от тебя, — произносит Джован.
— Как и твой отец, неспособен принять решение. Гласиум погибнет под твоим руководством.
Я вижу, как рука Блейна сжимается и напрягается в готовности.
Я отклоняюсь в сторону, и Джован беззвучно наносит удар. Меч Блейна прорезает мою вуаль до открытого участка горла.
Я хватаюсь за шею и, оглянувшись назад, вижу, как вероломная голова Блейна пролетает через зала заседаний. Она с глухим стуком ударяется о дальнюю стену. Его тело обрушивается на пол передо мной в виде мертвой и окровавленной кучи.
Рёв Короля разносится по комнате. Оландон бросается ко мне. Он дотрагивается до моей руки и поднимает её. Я вижу кровь на его дрожащих руках.
— Ты сильно ранена, — спрашивает меня Оландон.
Я понятия не имею. Я всё ещё стою, не так ли? Пол подо мной заставляет меня понять, что это не так. Позади него раздается звон меча, и я отшатываюсь от рук брата и оказываюсь в объятиях Джована.
— Дай мне посмотреть, — требует он, поднимая вуаль к моей челюсти.
Я слышу его прерывистое дыхание.
— Ничего серьёзного, — бормочу я. — Мы оба это знаем, иначе я была бы уже мертва. Меч просто задел мышцы.
Это просто кровопотеря.
— Он ранил тебя дважды, — говорит он сквозь стиснутые зубы, поглаживая над моей челюстью, где Блейн впервые задел меня.
— А ты достал его за один раз, — говорю я, кивая на тело на полу.
Кого-то позади меня рвёт.
Джован сжимает руки в массивные кулаки и смотрит поверх моей головы.
— Одной смерти недостаточно для этого грёбаного предателя! Я могу убить его сто раз и хочу убить его ещё сто раз.
В словах Джована есть что-то отстранённое, как будто даже сейчас он не верит, что это правда. Король снова проверяет моё горло, чтобы успокоиться, а затем кивает Оландону.
— Позаботься о ней, — говорит он ему.
— Без твоей подсказки мне бы это и в голову не пришло, — отвечает Оландон.
Я хватаю брата за руку. Он не хочет сейчас связываться с Королём Гласиума.
— Мы прервёмся на ужин, — бурчит Джован, расхаживая по комнате. — Будьте готовы не спать всю ночь. Мы должны нанести удар, пока пропажу Блейна не заметят в созданной им сети, — он указывает через всю комнату. — Ты, Лёд. Я хочу, чтобы ты пошёл сейчас и узнал как можно больше о тайниках с оружием.
Он поворачивается и смотрит на своих советников, которые все ещё в шокированном молчании смотрят на обезглавленную фигуру Блейна.
— И никому не одного долбаного слова, или ваша голова присоединится к его, — говорит он, дергая головой в сторону Блейна. — Уходите!
И Советники, и обитатели Внешних Колец бегут к дверям. Оландон передаёт мне комок ткани, и я прижимаю её к шее, пока он помогает мне встать на ноги. Джован стоит спиной к нам, лицом к пустой каменной стене. Мне хочется его утешить, но он явно хочет побыть один. Почему ещё он отвернулся? Он только что казнил человека, которого считал почти членом семьи, «последним напоминанием о своём отце».
Надеюсь, он не возненавидит меня. Надеюсь, он понимает, что у меня не было выбора.
У меня лёгкое головокружение, хотя я не уверена, от потери крови или от беспокойства за Джована. Наша совместная ночь, кажется, была так давно, и я хотела бы перенестись в тот момент.
— Лина… — шепчет Оландон.
 
Его обеспокоенный голос возвращает меня назад, и я тяжело вздыхаю, глядя на открывшуюся передо мной сцену.
Джован стоит спиной ко мне. Кровь Блейна повсюду.
— Тебе нужно допросить Гердена. Я распоряжусь, чтобы его задержали, чтобы у него не было времени отправить сообщения, — осторожно говорю я. — Я не знаю, насколько он был вовлечён в восстание, но он поддерживал всё, что исходит из уст Блейна за последние две недели.
Король поворачивается и наклоняет голову, показывая, что он слышит меня, а затем отворачивается обратно.
— Джован, мне… мне очень жаль, — говорю я, а затем ухожу.
* * *
Проходит два дня, а я почти не вижу его, не говоря уже о том, чтобы поговорить с ним. Проходит ещё одна трапеза, на которой Король Брум не присутствует. Он не отсутствовал в обеденном зале с тех пор, как услышал новости о Кедрике. В данный момент он нужен своему народу для укрепления своего положения. Хотя они не знают, что именно произошло, в ассамблее понимают, что что-то не так. Сдержанное настроение даёт мне небольшое представление о том, какой могла быть жизнь замка до моего прибытия сюда.
Я всё гадаю, могла ли я облегчить жизнь Джовану. Я чувствую, что должна объясниться. Может быть, мне стоило постараться, чтобы он выслушал меня о Блейне заранее. В глубине души я знаю, что убийство советника было бы одинаково болезненным и в таком случае. Я бы сделала это снова, чтобы быть уверенной, что он в безопасности, когда я вернусь в Осолис.
Я не появляюсь ни на одном заседании совета, используя в качестве оправдания свои незначительные повреждения. В действительности я не уверена в том, как меня примут советники и их лидер. Оландон остаётся со мной и Ашоном, и я вижу, что их дружба выросла сильнее, чем я предполагала. Мои друзья по казарме возвращаются во Второй Сектор. Все, кроме Льда и Вьюги, которые теперь занимают должности в замке. Лёд пытался выглядеть расстроенным из-за титула королевского шпиона, но ему это не удалось. Я ожидала, что Алзона расстроится из-за потери двух бойцов, но она сказала, что заключила сделку с лидером Гласиума, и потеря не будет проблемой. Хорошо, что мои друзья по казармам будут рядом.
Дозор — это шквал движения. Ашон теперь мой единственный стражник, а остальные помогают прочесывать Внешние Кольца, опустошая все обнаруженные тайники с оружием и, используя внутреннюю информацию, уничтожая криминальных лидеров Внешних Колец. Хейл и ещё несколько человек мертвы. Большая часть его бараков схвачена и брошена в подземелья для «допроса». Это была одна из тех областей, от которой я с радостью держалась подальше.
Самое главное, что Мэйси — новая женщина, а Соул — новый мужчина. Оба выглядят так, будто помолодели на десять лет. А Фиона и Санджей навёрстывают упущенное — тем образом, который во время еды вызывает отвращение у моего брата; его обзор от стола у трона ничем не загорожен. Я должна достать ему его собственную вуаль.
Опасность в значительной степени миновала, но я чувствую себя более опустошённой, чем когда-либо.
* * *
Я впервые нахожусь на тренировочном дворе в качестве Татумы. Сколько раз мне хотелось бросить своё место на дорожке с другими дамами и поменять его на позицию здесь, внизу? Я подавила знакомый зуд, призывающий взять в руки оружие и пропотеть. Когда-нибудь я смогу тренироваться вместе с остальными. Даже если это будет на Осолисе, а не здесь.
Стук копья, нашедшего свою цель, эхом разносится по пустому пространству.
— Почему ты не в обеденном зале с остальными? — тихо спрашивает Джован.
Я игнорирую его отстранённость.
— Только что была там. Ты ел? — отвечаю я, по дуге приближаясь к нему.
Мои ноги хотят привести меня прямо к нему. Я заставляю их подождать.