Идеальный парень (СИ)

– Тут сердечки на пластыре. Как мило. Ты милый, Паш. Ради такого пластыря не жалко ещё один палец порезать.
– Так хватит с тебя уже.
Забрал полторашку и попытался поставить её на верхнюю полку, только Алина обняла меня со спины, и я даже замер.
– Не отпущу тебя, Паш.
– Почему не отпустишь? – спросил, боясь повернуться. Просто положил ладонь на её руку и ловил такой редкий момент.
– Потому что мне хорошо рядом с тобой. Мне все это нравится. Понравилось, как Морт дрых на тебе, понравилось слышать бубнёж телевизора в квартире, как ты наволочку мне поменял, как палец обработал.
Надо срочно скорую вызывать, у Алины сепсис, она бредит.
– А в чем проблема-то?
– Ты не поймёшь и не поверишь. Всё о-о-очень сложно, – начала оправдываться она, я повернулся, взял её за плечи и заглянул в глаза.
– Я пойму. Обещаю. Просто объясни в чем проблема? У тебя кто-то есть?
Черникова шумно фыркнула, а затем начала странно посмеиваться.
– Нет у меня никого. То есть один парень. Денис. Это инструктор с курсов экстремального вождения. Мы с ним пофлиртовали немного. Завтра должно быть первое занятие, а может быть даже свидание, но…
– Но идти ты не хочешь?
Она помотала головой и снова посмотрела на меня, как тогда в лифте, словно искала помощи и поддержки. А затем её слегка затуманенный взгляд сфокусировался на полке за моей спиной, через мгновение Черникова покраснела не то от стыда, не от злости.
– Это квас там?
– Ну да. Я хотел тебе сказать, но ты мне слова вставить не дала.
– Смотрел и ржал надо мной, да?
Я только закатил глаза. Опять все по кругу. Сейчас мы посремся и разбежимся по углам.
– Я не хочу больше ссориться. Можешь взять свою рыбу и садись смотреть со мной фильм.
– Наелась уже, спасибо, – бурчала Алина, но слегка поутихла, гладила пластырь на своем пальце и поглядывала на диван, оккупированный котом. – Полчаса посижу и пойду спать, мне вставать рано.
Я лишь пожал плечами и протянул ей пульт.
– Выбирай.
Черникова оказалась верна себя и сходу перешла в раздел ужасов.
Для нас двоих на диване осталось уже не так много места, и мы сели с краю, чтобы не тревожить кота.
Не следил за происходящим на экране. Раздумывал над её словами, пытаясь влезть в голову своей соседки. Безуспешно. Ей хорошо со мной, но есть какая-то странная причина, по которой мы не можем быть вместе. Это точно не работа, а что-то настолько фантастическое, что даже мне будет тяжело поверить. Кубик-рубик а не девушка. Никак не соберу её. Вроде одна грань уже во всю горит зеленым, а на других полнейший хаос.
Ей хорошо со мной, но на свидание она идёт с каким-то Денисом.
– Давай сделку, – подаю голос и жму на паузу, четко на там моменте, где с экрана таращится жуткая инфернальная монашка.
– Какую?
– Ты идешь на свидание с этим Денисом.
– Я и так с ним на свидание иду, Паш.
– Я не договорил. Ты идешь с ним на свидание. Прям такое полноценное свидание с поцелуями.
– О, разрешаешь мне поцеловать другого парня. Это у тебя фетиш такой, Парфёнов?
Терпеть. Когда-то же должна она всю эту желчь из себя выдавить уже.
– Целуешь его. Как только ты понимаешь, что со мной тебе лучше, ты приезжаешь сюда, и уже никаких отговорок, Черникова. Мы все решим.
Сам не понял, что сказал, надеюсь, она хоть поймет.
– Я должна поцеловать другого парня, чтобы понять, что я на самом деле влюблена в тебя? Многоходовка, Парфёнов, браво!
– Типа того.
– А если мне понравится целовать другого парня?
– Тогда квартира твоя и должность твоя. Я уволюсь и больше не буду попадаться тебе на глаза.
– Слишком хорошо, чтобы быть правдой, Паша. Можешь уже писать письмо Терехову. Я прямо сейчас оденусь, выйду на улицу и первого встречного засосу ради такого.
– По рукам. Одевайся, – слишком спокойно сказал я.
Она блефует. Она же блефует, да?
  
Глава 15.2
 
Алина 
Два ночи, и я мёрзну около подъезда. Рядом с преступно довольной мордой стоит Парфёнов и курит невидимую сигарету. Он издевается или нервничает сейчас?
 
– Сосательный рефлекс покоя не даёт, Пашенька? – едко спрашиваю его, когда он делает очередную воображаемую затяжку.
– Не отвлекайся, мы здесь чтобы на твой сосательный рефлекс посмотреть, – шутит в ответ Парфёнов, а когда до него наконец доходит смысл сказанного, то бледнеет и заходится кашлем. – Алин, я не то имел в виду.
– Ну конечно. Дым не в то горло пошёл?
– Ты нарочно мне все эти ловушки расставляешь, Черникова? Сосательный рефлекс, не в то горло…
– Возможно.
Улыбается. И я заворожено смотрю на его губы. Не хочу я никого целовать, кроме него. Мне это и без всяких экспериментов понятно, но я зачем-то продолжаю играть в эту игру.
– Вон тот импозантный мужчина около баков, – Паша кивает на копающегося в мусоре бродягу в пиджаке.
– Импозантный… Из какого века это слово?
Он призадумался.
– Из того же, из которого ты позаимствовала фразы для своего письма.
Туше. Я то послание переписывала раз двадцать, пока умные мысли не пришли. Я даже в круглосуточную аптеку за таблетками ему сходила, идиотка.
– Моё письмо тут не причем, – обиженно буркнула я и собралась скрестить руки на груди, но Паша быстрее сжал мою ладонь.
– Ладно, найдём тебе другого. Не дуйся. Пойдём.
Парфёнов вёл меня по ночным улицам и на самом деле всматривался в редких прохожих. Не думает же он, что я реально буду сейчас с кем-то целоваться? Наша игра зашла слишком далеко.
Дёрнула его за руку, прежде чем на самом деле попросит какого-то парня поцеловать меня.
– Паш хватит.
– М? А что я делаю?
– Уже не смешно все это, – сказала с каким-то надломом в голосе и добавила совсем уж жалкое: – Пожалуйста…
Моё пожалуйста сработало совсем не так, как рассчитывала. Вернее я как раз на это и рассчитывала, просто не ожидала. Паша остановился, повернулся ко мне и прижался своим лбом к моему.
– Что пожалуйста? – совсем тихо спросил, и я едва слышала его за гулом в висках.
– Просто пожалуйста, – повторила я, сделала шаг ему навстречу и тут же наступила ему на ногу, как близко он стоял.
– Пожалуйста нет, или пожалуйста да? – щекочущим шепотом спросил Паша, но не меня, а мои губы, потому что воздух от этих бесконечных “пожалуйста” дразнил меня, вызывал такую сильную жажду, что терпеть это мучение было уже невыносимо.
– Пожалуйста да, – ответила ему и зажмурилась, в ожидании, что на меня сейчас метеорит с неба свалится. Одно успокаивало, мерзавца Парфёнова я на тот свет с собой заберу.
– Нет, – отвечает мне, задевая губы и медленно отстраняется, оставляя меня задыхаться от негодования и желания.
Я даже на мыски привстала в надежде урвать своё заслуженное. Только Паша уже не коротышка и выше меня на голову.
Смеётся, наблюдая за моими тщетными попытками, и чувствую себя в этот момент ужасно глупо. Хочу стукнуть его, наговорить гадостей, обнять. Почему сейчас, когда я готова открыться этому пагубному чувству, он сбегает? Мстит? Победил?
Мысли мечутся в какой-то безумной лихорадке до тех пор, пока Паша не сжимает мою руку и не произносит безобидное:
– Найдём работающую кафешку, а?
Вся моя досада мгновенно испаряется, оставляя единственный вопрос:
– Почему ты не поцеловал меня?
– Ты завтра идешь на свидание с другим парнем. Я просто поставил себя на его место. Наверно ему было бы чертовски обидно, если бы ты поцеловала другого.
– Заботишься о незнакомом человеке? Ты настолько благородный?
Это совсем не тот Парфёнов, которого я знала. А знала ли я его вообще?
– Я даже больше о тебе забочусь. Ты бы точно грызлась всю ночь, ведь ты всегда была честной и прямолинейной.
Да уж. А меня как раз Парфёнов знает лучше, чем я сама.
Позволил ему вести себя дальше по ночным улицам, пока мы не нашли во дворах какой-то круглосуточный минимаркет со столиками и кофейным аппаратом. Я наблюдала за своим соседом, как он пытался колдовать с сиропами, чтобы сделать из дрянного кофе что-то удобоваримое. Улыбалась. Мне было легко и хорошо от этой жутко навязчивой Пашкиной заботы. Он поставил передо мной свой шедевр, а я совсем не торопилась его пить, просто грела руки о стаканчик, и думала о том, что у Паши слегка искусаны губы. Отчего?