Забудь (не) навсегда (СИ)

В дороге мы с Асланом обсудили наше будущие. Каждый высказал свои ожидания. Аслан поделился своими трудностями. Я рассказала о желании изменить свою жизнь. Хотя я ещё не до конца определилась, что делать. Взять академ и переехать в Сочи, быть ближе к Аслану. Вопрос, что как нам быть вместе оставался открытым.
Солнце плавно садилось за море. Температура воздуха плавно опускалась вниз. Ещё один день подходит к концу. Играл медленный трек, и я успела задремать. Проснулась от ярких, слепящих глаза, огней.
Возле поста нам машет гаишник.
Аслан подчиняется указанию остановиться. Надеюсь, это обычная проверка.
— Ты что-то нарушил?
— Нет. Не переживай.
— Здравствуйте, сержант…. — Я всматривалась в лицо гаишника, выглядел он не очень дружелюбно.
— Какие-то проблемы, сержант…
— Нет, проверка документов. Ваши водительские права и документы на машину, — мимо нас промчалось несколько иномарок, их никто не остановил.
Аслан достаёт документы из бардачка и выходит из машины. Мне неслышно, о чём они говорят. Гаишник рассматривает документы и, видимо, задаёт вопросы. Уже стемнело и мне плохо видно, что происходит. Затем он указывает на багажник. Аслан разворачивается и быстро шагает в сторону нашей машины, но сержант что-то кричит. Аслан продолжает идти, резко открывает дверь, заводит мотор и выжимает педаль газа.
— Что случилось?
— Этому ублюдку не понравились мои документы. Что он о себе возомнил, придурок хренов.
— У тебя проблемы с правами?
— Нет, просто идиот денег захотел, — машина набирает скорость. На спидометре уже больше 120 км. Мы пролетаем своротку на Гудауту.
Нас стала преследовать машина гаи.
— Аслан, куда мы едем? Давай остановимся. Зачем рисковать. Если ему нужны деньги, у меня есть, дадим сколько нужно. Аслан, кричу я.
— Нет, нам нужно от них оторваться.
— Аслан, это не игра, — чем больше становится скорость, тем я больше паникую.
— Есения, успокойся. С какой стати я должен платить этим буржуем. Разве я не могу спокойно ехать по трассе в своей стране? Скажи мне, — его чёрные локоны растрёпаны, отчего он выглядит совсем юным и самоуверенным.
— Я понимаю, но они нас догонят.
— За это не переживай, — Аслан добавляет газу, и я замечаю табличку, обозначающую въезд в Гагру. Он сжимает руль до побелевших костяшек, а я делаю медленный и ровный вдох.
— Куда мы едем? Давай остановимся, — уговоры были бесполезны, он словно не слышал мои мольбы. Чувствовала, что ситуация заходит слишком далеко. Сейчас он вёл себя как упёртый подросток, не желающий поступать во взрослому.
Мы свернули в сторону гор и ехали по бездорожью, видимо по серпантину. На дороге совсем темно, нет фонарей. Страшно представить, что там внизу. Я впилась ногтями в обивку сиденья и пыталась не смотреть на дорогу. В сумочке снова завибрировал телефон. Надеюсь, наша погоня и звонки отца никак не связаны. Но на меня накатила новая волна страха. Вдруг отец замешан?
— Аслан, что сказал тебе гаишник?
— Сказал, документы липовые.
— Это нет так?
— Конечно, нет. Ты, что мне не веришь?
— Верю, просто всё выглядит странно.
— Ничего странного, здесь то и дело разводят на деньги.
— Куда мы едем? — повторяю свой вопрос.
— Сейчас доедем до деревни и там спрячемся. Милая, не переживай, это же так романтично.
— Очень. Я хочу, чтобы мы остановились.
И через несколько километров Аслан выполнил мою просьбу.
Мы доехали до старой церкви. Остановились возле амбара.
— Нужно переждать, нас не должны найти.
— Почему ты так в это уверен.
— Сюда не полезут.
Мы простояли так несколько часов.
Я открыла окно и вслушивалась в тишину гор, но она не успокаивала. Сидела как на иголках, а не на мягком сиденье. На мгновение посмотрела на Аслана, и выражение его глаз выдало беспокойство. Меня пробирает дрожь, потому что как бы Аслан ни казался выглядеть уверенным и смелым, ему тоже страшно.
Он обхватил руками моё лицо и произнёс, смотря в глаза.
— Я просто люблю тебя, и неважно, что наши миры раскрашены разными оттенками, потому что, когда цвета сочетаются, жизнь становится красивой.
 
После этих слов он нежно поцеловал и прошептал в губы.
— Я давал любви присягу, взяв в свидетели Кавказ.
До меня не сразу дошёл смысл сказанных слов. Только спустя время я стану как мантру повторять себе эти слова.
— Пойду прогуляюсь, проверю, где они.
Он вернулся через пять минут.
— На дороге никого, можно попробовать выбраться из ущелья.
Дорога действительна была пуста. Но только мы спустились к трассе как резко всё изменилось. Аслан бьёт по тормозам, машину резко заносит, но он успевает ее выправить. Еще пара миллиметров и нам не избежать столкновения.
Не прошло и минуты как фары осветили местность. Машина подъехала вплотную. Из неё выбежали несколько человек в форме и подбежали к Аслану. Один, который проверял документы, ударил его по лицу, второй пытался его скрутить и повалить на землю. Аслан сопротивлялся и отбивался как мог. Сейчас он походил на загонного зверя, на льва, который готов биться до конца. В его руке я увидела нож. Он как-то мне сказал, что всегда носит с собой или нож или оружие, потому что не знаешь где оно пригодится.
Теперь на место страха ко мне пришла паника.
Я вышла из машины. Сердце бешено стучит, в горле ком, но я смогла закричать, чтобы они оставили его в покое. На мои крики никто не обратил внимание. Я не знала, что делать, под ногами нашла камень и бросила в сторону нападавших, но промахнулась.
Аслан на секунду повернулся в мою сторону и улыбнулся. Но боковым зрением я увидела, как на нас несётся чёрный джип.
Подъехала еще одна машина. Дверь открылась и из него вышел мой отец. И теперь все страхи обратились в реальность. Он имеет отношение к нашей погоне. Господи, как все шло хорошо. Я уже поверила нашему счастью. Но нет.
К Аслану подбежало еще двое человек из охраны отца. На лице Аслана я увидела кровь. Они уволокли его в машину.
— Есения садись в машину, — приказал отец.
— Что ты здесь делаешь? Как ты нашёл меня?
— Садись в машину, — повторил он.
— Нет, — закричала я. Нужно помочь Аслану.
— Парень нарушил закон, зачем ты связалась с ним?
— Он ничего плохого не сделал.
— Тогда зачем удирал от милиции? Есения, послушай меня внимательно. Он не тот, за кого себя выдаёт. Поступила информация, что он торгует наркотиками. — Отец схватил меня за запястье и насильно пытался усадить в машину. Я вырывалась изо всех сил. Не повезло. Он держал крепко, да так, что рука стала болеть.
— Есения, не сопротивляйся. Нам надо идти.
— Это всё ложь, Аслан неспособен на такое. Не верю, — шипела я на отца.
— Ложь, я тебе докажу обратное. В его машине есть наркотики.
— Ты врёшь? Откуда тебе знать.
— Вот, смотри. — Он указал на людей в форме, которые обыскивали машину Аслана. Буквально через пару минут, они нашли пакетик с белым порошком.
Я просто не могла поверить своим глазам. Это не может быть правдой. Аслан не мог меня обмануть.
— Я провела с ним весь день, он не наркоман.
— Что ты знаешь о нём?
Я правда знала мало об Аслане, но достаточно, чтобы не считать его наркоманом.
— Тебе мало того, что у тебя есть? Неблагодарная, вместо того чтобы слушаться, делаешь всё наперекор, а мне потом расхлёбывать проблемы.
— Я никогда ни о чём тебя не просила. Мы прекрасно жили без тебя, — перешла на крик, потому что не могла успокоиться.
— Неужели? Вспомни, где я тебя нашёл.
— Если я тебе в тягость, тогда оставь меня в покое. Мне не нужна твоя помощь.
— Знаешь, сколько грозит за пособничество? Ты находилась в машине с преступником, ещё участвовала в погоне.
— Как ты можешь угрожать собственной дочери? Я не в чём не виновата. Уверена, это неправда, — просто не могу поверить, что мне угрожает собственный отец.
— Говорю, тебе, парень умело маскировался под студента, но на самом деле вместо учёбы сбывал наркотики. Как только я узнал, кто вокруг тебя вертится, попросил проверить его и собрать всю информацию на него. Я доверяю своим людям, а не твоему чутью.