Индекс Цитирования (СИ)

Германыч затягивал паузу, искусственно нагнетая и без того уже высокое напряжение.
- По результатам, я чуть позже с Вами свяжусь, доложу... - начал было Яковлев, но Германыч его тут же перебил.
- Доложишь, мой хороший, еще как доложишь. Еще до конца этих суток доложишь, - с обманчивой ласковостью в голосе проговорил Ваганов.
Яковлев опасливо покосился на циферблат и от удивления вскинул брови - часы показывали восемнадцать двадцать пять. О чем толкует этот самоуверенный Германыч?
- А теперь слушай и запоминай, не облажайся на этот раз, - тон Ваганова резко изменился,
- через сорок пять минут ты спустишься вниз и будешь ждать Ладу за углом здания. Дальше - тебе помогут и повезут куда надо, ты с ней сможешь спокойно поговорить, без ее мужика, наедине. Ты только, вот, не тупи. И узнай уже наконец, где она прячет свои файлы.
Германыч внезапно отключился, а Яковлев взбудораженно пытался представить, что такого должно случиться, чтоб Лада сама покинула кабинет Смолина и отправилась на встречу с Яковлевым. Да еще и без этого своего Климова - ясен пень, пока все не уляжется, она будет таскать его повсюду с собой, хотя бы ради собственной безопасности. И похоже, сейчас пока не лучшее время просить Германыча о том, чтоб устранить Климова.
Заинтригованный тем, как всесильный Г ерманыч выманит Ладу из смолинского кабинета, Игорь Яковлев направился к двери. Справа от входа, рядом с вешалкой, висело зеркало в полный рост и он остановился, придирчиво оглядывая себя. Ни в коем случае нельзя еще и перед Ладой выглядеть помятым, а бесконечный день пока складывался так, что Яковлеву казалось, будто по нему проехался бульдозер.
Лихо подкрутив кончики усов, Игорь Яковлев, бодрясь вышел из кабинета и направился к лифтам. Словно карапуз в предвкушении новогоднего чуда, сейчас генеральный директор «Хроноса» был уверен - у Ваганова хватит смекалки и средств удивить его и на этот раз.
Пока лифт опускался вниз, Яковлев задумался о том, стоит ли звонить Астахову. Уж больно тот настаивал на том, что если Горностаева вдруг объявится - сразу же его набрать. Но тут же он решительно отмел эту мысль, так как вряд ли такое самоуправство понравится Германычу.
И внезапно у него появилась идея поинтересней.
  
Глава 27.
 
Со Смолиным я пересекалась несколько раз по предыдущим проектам, если Василевский куда-то уезжал и не мог присутствовать лично. И единственное, что мне не нравилось на этих встречах - периодическое присутствие его секретаря и личного помощника, Гвоздевой Тамары Владимировны. В этой женщине было что-то хищное, холодное и неприятное, но одну из своих функций безусловно она отрабатывала на все сто процентов
- доступ к ее начальнику для большинства лиц был надежно перекрыт этим добросовестным и высокомерным посредником.
Мы с Максом входим без стука в приемную - церемониться тут не стоит, так как задача Тамары Владимировны будет заключаться в том, чтоб не пропустить нас к Смолину. И тут будут все средства хороши. Женщина едва успевает подскочить со своего рабочего кресла с какими-то криками, но уже поздно - Макс коротко и отрывисто стучит в дубовую дверь смолинского кабинета. Не дожидаясь приглашения, мы сразу же входим.
- Лада? Не ждал, но очень рад! - глаза Смолина добродушно округляются, хотя я не обманываюсь насчет этой напускной приветливости. Если необходимо, старик умеет вести дела очень жестко и я надеюсь, мне не придется никогда стать свидетелем этой жесткости. Вполне достаточно и слухов.
От меня не укрывается и то, что Смолин коротко кивает Максу в знак приветствия, при этом пытается сдержать удивление - он явно не ожидал увидеть нас вместе, да еще и без предупреждения в его кабинете.
Я стою в замешательстве, пытаясь понять, с чего лучше начать разговор. Макс тоже молчит и пристально смотрит на Сергея Викторовича, выдерживая напряженную паузу.
Буквально через пару минут в кабинет влетает взбудораженная Тамара и верещит как бестолковая мартышка, пытаясь объяснить своему начальнику, что она старалась нас остановить. Смолин морщится и жестом велит ей снова вернуться на рабочее место, а от меня не укрывается та странность, что его секретарша могла ворваться в кабинет прямо с нами или сразу после нас. Она там за дверьми - что, макияж поправляла две минуты?
 
- Ну что ж, - задумчиво протягивает Смолин, когда за Тамарой закрывается дверь, - не так конечно я представлял нашу встречу, но что поделать. Мы предполагаем, а случай -располагает.
- Случай или человеческий фактор, - пожимаю плечами я и Смолин кивает в знак согласия.
- Да, Ладочка, человеческий фактор вон всего сколько тут понапутал всем нам. Ты -то как сама? Слухи, надо сказать, бродили тут разные. И о тебе, и о том, что на самом деле случилось с Василевским.
Смолин немного помолчал и, с легким нажимом в голосе, добавил:
- И о твоем спутнике тоже.
- Я сейчас пытаюсь разобраться в своем статусе. Кто я? Одна из подозреваемых в убийстве шефа и бывшего мужа, свидетельница убийства или следующая жертва? И боюсь, мне толком никто не может ответить на эти вопросы. Вот поэтому мы здесь.
- А почему сбежала из «Г ранд Леона»? Почему скрывалась?
Макс делает шаг вперед, заслоняя меня собой, и отрывисто чеканит:
- Эти вопросы задавайте мне. У меня были все основания полагать, что и за Ладой ведется охота, ее надо было очень быстро выводить с территории отеля. Есть причины точно знать, что убийце Василевского нужна была какая -то служебная информация, так как телефоны убитого тот забрал с собой. И если это так, то возможно Лада - следующая потенциальная жертва. Я не мог этого допустить.
- Ты. Не мог, - констатирует факт Смолин и уголки его губ трогает едва заметная улыбка. Макс вопросительно смотрит на Смолина, но тот продолжает.
- Да, кстати вот, а «не мог допустить» - кто именно? Максим Климов или Джованни Скальди?
В точку. Наивно было предполагать, что человек такого уровня как Смолин не озаботится тем, чтоб изучить того, кому поручает важные задания. Разумеется, он мог узнать некоторые факты из жизни Макса, вопрос только - какие именно и из каких источников.
- Оба, - хмуро усмехается Макс, но не отводит прямого взгляда от Смолина. Удивления не показывает, держится уверенно.
- Оба значит, - утвердительно кивает головой Смолин, но при этом я не вижу на его лице ни признаков злости, ни чего-то еще, что меня бы беспокоило. Казалось, он готов к любой ситуации и в жизни его уже ничем не удивить.
- Эх, молодость-молодость, незабываемые безрассудства, прекрасное время.
Смолин задумчиво смотрит прямо перед собой и улыбается какому-то своему мимолетному воспоминанию. Впрочем, все мы тут понимаем, что основной разговор еще впереди и это - всего лишь изящная прелюдия.
- Макс, ты только уясни себе вот что - здесь, в этом кабинете, для Лады точно нет врагов. Макс быстро кивает головой в знак согласия с услышанным.
- Так, Лада, - неожиданно Смолин переходит на деловой тон, - ты уже в курсе того, что происходит в компании? По большому счету мне бы сейчас не было до этого прямого дела, но сама понимаешь - я инвестировал немалую сумму и хотелось бы снова видеть инновационный научный стартап «Хронос», вместо того военно-полевого борделя, который развел там ваш Яковлев.
При упоминании о Яковлеве у меня вырывается тяжелый непроизвольный вздох. Вот всего неделю этот шакаленок на руководящем посту, а не успел на него мне пожаловаться только ленивый. От главного инвестора не укрылась моя досадливая реакция.
- Да, с ним надо срочно что-то решать, а то он до беды доведет вашу компанию. А у меня в ней все-таки тоже есть определенные интересы. Думаю тебя, как своего личного помощника, Василевский успел посвятить в то, что «Хронос» должен войти в мою группу компаний?
- Да, он как говорил об этом. Но пока без особых подробностей, собирались все это обсудить по приезду из Сочи. И раз уж я здесь, то лучше будет, если я передам Вам сейчас файлы по своему проекту. Понимаю, что их надо свести в презентацию. Но у меня просто не было времени все подготовить, кто ж знал, что так выйдет. Я могу их Вам сейчас отдать, а все объяснения подготовлю в течение нескольких дней. Так подойдет?