Мороженое со вкусом чили (СИ)

— Лица не видно. Вот черт, — кусая губу, я разглядывала силуэт.
— Кто-то не хотел, чтобы она узнала, — задумчиво высказал свое предположение Макс.
— Неа. Вика же впустила, значит так или иначе узнала пришедшего, — покачала головой и взглянула на нее.
— Я ничего не помню.
Ссора переросла во что-то более жесткое. Последовал удар по лицу. Она упала на пол, а нападавший уселся сверху. Сначала сдавил руки на шее, потом убрал их, и вытащил из кармана небольшой шнурок и затянул вокруг. У меня на глазах навернулись слезы. У нападавшего ничего не получилось. Тогда с нее сползли и били ногами, кулаками, до того момента пока Вика не вырубилась. На полу образовалась лужа крови. Она пыталась сопротивляться, но ей выламывали руки. Слезы текли из глаз. Я видела, как она плакала от бессилия, что-то просила, но он не останавливался до последнего. Встав на ноги, вытер руки об штаны и посмотрел по сторонам. Видно, по поведению, что тот, кто совершил преступление — нервничал. Схватился за голову и затем начал все крушить. Создавать эффект ограбления. Подошёл к ноутбуку и качаясь из стороны в сторону, искал будто бы какую-то информацию. Не найдя нужного, перезапустил систему, словно стирал улики. Андрей Олегович остановил видео, потому что у Вики началась истерика.
— Макс, дай мне сигарету, — надрывно попросила она.
И убежала на балкон. Я вытерла слезы, не веря в происходящее. Кто мог совершить настолько мерзкое преступление? Кто додумался напасть на беззащитного человека? Вика никогда не курила, но смотря на нее через окно, видела, как у нее дрожат руки, и она плачет, затягиваясь сигаретным дымом. Ее трясло.
— Могу я? Не включайте пожалуйста дальше, пока она не успокоится, хорошо?
Не дожидаясь ответа, вскочила со стула и побежала к ней.
— Эй…
— Это ужасно, — прошептала сквозь слезы, давясь эмоциями.
— Почему ты не обратилась в полицию после нападения? — обняла ее сзади за талию, уткнувшись лбом в спину. Она дрожала.
— Не знаю. Я когда очнулась, испугалась, потому что ещё тогда не поняла, что произошло. Хорошо, что у меня были лекарства. Сложно было что-то делать, когда болит каждая клеточка тела. На носу был концерт, я не могла подвести Фролова, поэтому и появилась в Университете, чтобы успеть показать танец.
— Тише, Вик. Все хорошо. Мы обязательно узнаем, кто это сделал с тобой, слышишь?
— Да, — слабо кивнула и выкинула окурок за окно.
Мы простояли пару минут и вернулись. Обе на ватных ногах уселись обратно.
— Готовы?
— Да, — эхом просипела Вика и подняла заплаканные глаза на экран.
Видео возобновилось. На последней минуте силуэт размазался во время исчезновения из комнаты, и камера вырубилась. Я заметила на руке преступника часы. Циферблат покрылся трещинами, вероятно, после побоев.
— Информации не так много, к сожалению.
— Значит, мы не сможем доказать его невиновность? — расстроенно вздохнула и посмотрела на Макса. Он стучал указательным пальцем по спинке стула, где сидел его дядя.
— Других улик у нас нет. Попробую докопаться. Были ли у вас враги, Виктория? — обратился к ней, повернувшись вполоборота.
— Враги? Они есть у всех. Но чтобы напасть…
— Был ли кто-то кто мог желать вам зла? — он достал ручку из дипломата и стал расписывать увиденное на записи.
— Нет, — покачала головой. — По крайней мере — не знаю. Только если…
— М?
— У меня произошла неприятная стычка с одногруппником. Краснов, как раз. Это было за несколько недель до нападения.
— Вот как. Что произошло?
— Мы были на вечеринке, я тогда ругалась с Игорем и сделала неприличный жест. А на следующий день по всему Университету побежали слухи, а снятое втихаря видео попало в сеть. Все подумали на Фролова.
— У меня была с ним драка, — добавил Громов и поймал тяжёлый взгляд дяди на себе.
Я отгоняла прочь воспоминания того дня.
— Это было незабываемо…
— Что было дальше? — внимательно записывая слова, показал рукой, чтобы она продолжила.
— Макс сказал правду. Он пытался меня защитить. Во время потасовки, пришел Краснов и сам признался, что это он залил снятый компромат. У меня с ним произошел конфликт, а потом нас вызвали к директору. Там, Соня, рассказала, что это сделал он.
 
— Ну, тогда бы он напал на меня, если говорить честно.
— Через пару дней Краснов оказался в больнице, — добавила Вика.
— Причина?
— Мы его избили, — прервал на полуслове ее Макс. — Когда Игорь узнал причастность Краснова к инциденту, то вспылил. Он подошёл ко мне на перерыве между парами и сказал, что собирается его прикончить. Он не хотел, чтобы Вике было больно и готов был размазать его голову по стене.
— А они были друзьями? — дядя делал пометки.
— Лучшими на тот момент, — подтвердила я.
— Хорошо. Я понял. Подъезжайте завтра в участок. Мне нужны ваши показания, — сложил листы в стопку и убрал в дипломат вместе с ручкой. — Прихватите с собой камеру. И Макс?
— М? — нахмурился он.
— В этом доме установлены камеры?
— Хм, без понятия. Только если в холле, — предположил. — Я разузнаю.
— Отлично. Что ж, я поеду в офис работать и собирать информацию, а вы отдыхайте.
Проводив его дядю, мы вернулись на кухню собирать мусор от еды.
— Как думаете, у него получится? — вытряхивая пакет, наклонилась за ведром под мойкой.
— Справится. Не сомневайтесь. Он лучший юрист.
— Макс? — Покровская позвала его, проходя мимо с упакованной едой. — Игорь, правда, тогда подрался с Красновым?
— Да. И я помог ему в этом.
Я завязала узел и посмотрела на нее взглядом "я говорила тебе". Она же опустила глаза вниз и на лице проскользнула тень улыбки. По возвращению домой, я умывалась в ванной, как ко мне постучалась Вика.
— А?
Дверь отворилась, и услышала ее голос через шум воды:
— Максу дядя позвонил. Выходи.
— Окей.
Наскоро умывшись, пулей выскочила из ванной и наткнулась на Громова, столкнувшись с ним. Он усмехнулся.
— Так соскучилась? — провел пальцем по щеке и наклонившись нежно поцеловал.
— Дурак, — рассмеялась, смотря на него снизу вверх. — Вика сказала, что тебе дядя звонил.
— Ну вот, а я уже понадеялся, что ты ко мне бежала, потому что жить без меня не можешь, — печально вздохнул.
— Самоуверенности у тебя не отнять, — улыбнулась и обняла его за спину. — Ты сказал, что продаешь квартиру. А где же ты живёшь сейчас?
— Пока у дяди. Скоро уже решу этот вопрос, — щелчок по носу, и я поморщилась от его действия.
— Надеюсь, что ты скажешь мне свой адрес.
— Ты будешь меня преследовать? — сделал вид, что ужаснулся и ущипнул за задницу. Взвизгнула, стукнула ему по руке и посмотрела за плечо.
Покровская стояла, прислонившись плечом к стене и зацепив ногу за щиколотку другой. Сложила руки на груди. Ее глаза закатывались от нашей милой сцены, а брови похабно задергалась, намекая на секс.
— Обязательно. Буду присылать тебе тайные послания, — прищурилась, понизив голос до шёпота и широко улыбнулась, будто маньяк на выгуле.
— Сумасшедшая Веснушка. Это заводит, — склонился над ухом и ласково прикусил мочку. — Мне может понравиться.
— Фу! Испорченный! — поморщилась и шлепнула ему по пятой точке.
— Только для тебя.
Его губы накрыли мои и поцелуй углубился, когда его язык игрался в танце с моим.
— Кхм-кхм.
Мы оторвались друг от друга и обернулись.
— Я все понимаю. Но, можно удовлетворю свое любопытство и занимайтесь чем хотите, — невинно заморгала.
Громов тихо рассмеялся.
— Дядя звонил предупредить, что на завтра вызвал Грозную.
— Грозную? — приподняла бровь. — Зачем?
— Он спросил кем она приходится Еве, я рассказал, что они подруги, — пожал плечами. — Больше ничего.
— Хм…
— Все? Я могу теперь увести свою невесту в спальню? — его глаза вспыхнули озорным огоньком. Он схватил меня за бедра, толкаясь вперёд к двери.
— Удачной ночи! — пропела Вика и хихикая, удалилась в гостиную.