Мороженое со вкусом чили (СИ)

— Пошла она в жопу, — махнула рукой и поправила волосы. — Мне ты дороже, чем дрыганье под музыку.
— Ага. То есть ты дашь фору Фролову? Я правильно тебя поняла? — сделала изумленный вид, подначивая ее передумать.
— И он пусть тоже идет на хрен.
— Ну вот, — надула губы и посмотрела на нее исподлобья. — А я так хотела посмотреть на то, как ты утрешь ему нос. Эх…
— Как ты можешь думать об этом после всего… — она опять прослезилась.
— Сейчас я хочу отвлечься. И самое лучшее решение, это сменить обстановку и отдохнуть. Привести мозги в чувства после стресса, понимаешь?
— Угу, — Вика кивнула и ударив себя легонько пару раз по щекам, добавила: — Соберись!
— Вот и отлично, — улыбнулась. — Я понимаю, что ты переживаешь, но этим двоим нельзя давать повода и дальше измываться над нами. Как думаешь?
— Кто ты такая и куда ты дела мою подругу? — подозрительно прищурилась Покровская и придвинулась ближе. — Хм. У тебя взгляд изменился…У вас что-то было? — в ужасе отпрянула.
— Что? Нет! — вжалась в стул и забегала взглядом туда-сюда. — То есть…Не совсем…
— Ч-т-о-о?! Так было или нет?!
— П…по…поцелуй, — призналась под гнетом ее взгляда и закрыла лицо руками, смущаясь, словно ребенок.
— Охереть! — хлопнула ладонями по щекам, разинув рот.
— Я тоже в шоке! — покраснела.
— И-и-и-?! — ерзая на стуле, она вся напряглась, ожидая подробностей и нервно дергала ногой под столом.
— Соня? — из коридора послышался голос Макса и тихие шаги по гостиной. — О, привет, Покровская. Уже приехала.
Вика смотрела на него, как на врага народа, из-за внезапного появления и облома в плане сплетен. Но потом сменила гнев на милость и улыбнулась.
— Прив-е-е-е-е-т. А мы тут как раз о тебе говорили, — она поставила локоть на стол и прижалась ладонью к щеке, почти влюбленно на него посматривая.
— И что, моя Веснушка успела рассказать? — усмехнулся он и наклонившись, поцеловал меня в макушку.
— Что? — шепотом спросила Вика и эмоционально зажестикулировала, а когда Макс повернулся, сделала вид, что так и сидела с милым выражением лица, моргая глазами.
Я уткнулась Громову в руку, похихикивая. Он догадался почему у меня была именно такая реакция и усмехнулся еще больше.
— Девочки, вы голодны?
— Нет, — я покачала головой и посмотрела на нее.
— Я недавно поела. Кстати, Макс, мы тут обсуждали вечеринку. Ты, ведь, в курсе, что она сегодня?
— Если Соня захочет, то мы будем, — он приобнял меня за плечо, прижавшись спиной к стене.
— Я совсем забыла, у меня нет ничего подходящего же. Не думала, что мне что-то пригодится…
— Громов, будь мужиком и сопроводи дам в торговый центр! Мы едем покупать одежду! — пропела Покровская и встав со стула, довольно улыбаясь, вышла из кухни.
— С ней все в порядке? — Макс приподнял бровь, выглядывая из прохода в гостиную, где Вика игралась с собакой.
— Не знаю. Кажется, она сегодня напьется и что-нибудь натворит.
Мы улыбнулись друг другу.
***
Ближе к девяти часам мы стояли у квартиры Краснова. Поездка в торговый центр вымотала нам все нервы. Я спорила с Максом насчет покупки, но он в свою очередь не желал слушать мои доводы. Вика влезала в наш спор со словами: «Голубки, хватит спорить. Соня дай мужику оплатить все, что ты хочешь. А ты успокойся и молча это сделай». Так оно и случилось. Выбор пал на черное платье до колен. Из обуви решила взять удобные балетки для танцев. После покупки меня затащили в салон красоты, где сделали прическу и маникюр с красным лаком. Все это время Покровская и Громов общались между собой, будто они дружат всю жизнь. Удивительно, как меняется жизнь, если позволить ей ворваться с ноги, отшвырнув в сторону дверь, которую человек сам поставил. По первой некомфортно выходить в люди, держась за руки. Сразу столько удивленных глаз. Но Макса ничего не смущало. Он, наоборот, становился грозным при малейшей усмешке. Вика же тайно нас фотографировала и отправляла фотографии мне. И вот, тройная компания ждет, когда хозяин соизволит открыть дверь.
— Если через минуту, Краснов не выйдет, я сама сниму с петель эту дверь, — проворчала Покровская, оттянув низ платья. То самое, что мы выбрали по видеосвязи.
 
— Не удивлюсь, если он бухой с какой нибудь девчонкой в постели, — закатила глаза.
— Я думаю, что он просто в стельку в ванной над унитазом.
Дверь распахнулась и Пашка пьяно заулыбался.
— Наконец-то. Вечер уже в разгаре, — он впустил нас в квартиру и присвистнул от наряда Вики. — Идите в гостиную. Напитки там же, а я покурить выйду. Громов составишь компанию? — перекрикивая музыку, Краснов стукнул кулаком ему в плечо и кивнул в сторону кухни.
— Я скоро вернусь. Будьте осторожны, ладно? — серьезно сказал он нам обеим и незаметно чмокнув быстро меня в губы, ушел за ним.
Квартира у Пашки небольшая. Намного скромнее, чем у Калининой, но вполне уютная. Приглушенный свет бра на стенах, чтобы гости не заплутали или не споткнулись с пьяных глаз. Дальше по коридору две комнаты. Скорее всего спальня родителей и его. А в гостиной огромная толпа студентов. Кто-то сидел на диване и в креслах, обсуждая что-то. Кто-то дрыгался под песню. А другие ходили курить на балкон туда-обратно. В одном из кресел сидел Фролов с Евой. Они пили. Покровская оглядела обстановку, как и я. И тут, неожиданно, вернулись ребята. Краснов в наглую приобнял Вику за талию и повел к компании. А Макс осторожно обнял меня сзади и прошептал на ухо:
— Все хорошо?
— Да, — улыбнулась ему и взглянула на ребят.
— Хочешь выпить? — завел за ухо выбившую прядь у моего лица.
— Нет. Мой желудок протестует, — прикусила губу от приятного жеста.
— Хорошо. Пойдем к ним?
Музыка затихла, и мы услышали повышенные голоса.
— Краснов, будь добр, убери подушку, — промурлыкала ему Вика.
— Без проблем, детка. Все для тебя, — усмехнулся он и постучал рукой по коленкам. — Иди сюда. Согрею.
— Ты такой заботливый. Странно, что у тебя нет девушки, — кокетливо заморгала ресницами и уселась к нему, прислонившись боком к груди. — Неужели не нашлась та, которая растопит твое сердце?
Калинина одета в красное блестящее короткое платье на тонких бретелях, а на ногах серебряные босоножки с завязками по всей ноге до колен. Фролов сидел в черных джинсах и белой футболке с факом на груди. На шее висела цепочка. Подняв руку, у него мелькнул бинт. Игорь напрягся. Заметила по его позе. Он резко прижал бутылку пива к губам и сделал смачный глоток. Послышался стук кольца об стекло. Ева провела пальцами по его лицу, чем вызвала у Покровской отвращение. Они оба играют с огнем. Опасным огнем. Неужели им не страшно сжечь друг друга?
— Представление начинается, — усмехнулся Громов. Он отогнал пару ребят с дивана и уселся. — Иди сюда. Давай посмотрим на спектакль.
— Интересно, им самим не надоело? — присела рядом с ним. Макс взял меня за руку и переплел пальцы.
— Иногда люди боятся признаться самим себе в чувствах, что уж говорить о другом человеке. Фролов влюблен по уши в нее. Я это еще понял, когда только пришел к вам группу.
— Правда? А мне казалось, что он просто козел последний, — задумчиво высказалась, наблюдая как Ева и Вика вызывают ревность.
— Не исключаю. Иногда парни, — сделал акцент на слове, — провоцируют ссоры, потому что вы более эмоциональные. И для нас это означает, что вы все еще что-то к нам чувствуете. А вот если девушка начинает не обращать внимания, как это произошло между ними на вечеринке, то это звоночек. Спорю на то, что Фролов несколько дней ходил сам не свой.
— Получается вы специально выводите нас, чтобы понять значите ли вы для нас что-то или нет? — удивленно подняла брови.
— Именно. У девушек тоже есть свои секреты и манипуляции, — подмигнул он. — Видимо, по этой причине, он придумал ход с Калининой.
— Вызвать ревность Вики? — изумилась.
— Да. Он знал, как она будет себя вести. Если бы чувства умерли, то она просто не обращала бы внимания. А так как этого не случилось, и она устроила сцену в столовой, значит чувства еще есть. Но при этом у обоих болит душа, потому что приходится играть свои роли до конца.